Сколково и три буквы ТтТ: что это значит?

Черный лабрадор Хелла проходит мимо, приветственно махнув по моей руке хвостом. Будь ее радость более бурной, а амплитуда движения хвоста – более широкой, на руке остался бы синяк. В любом случае – он стал бы единственным минусом за все время моего пребывания в Сколково.

 

Вообще, слово Сколково можно писать с маленькой буквы – как имя нарицательное. Как символ передового и важного, как проявитель тенденций развития.

На прошлой неделе здесь прошел четвертый Всероссийский интеграционно-инклюзивный фестиваль «Арт МаркеТтТ». Именно так, с тремя буквами ТтТ на конце.

Создатель и организатор фестиваля Светлана Козинова утверждает, что ТтТ – это как два человека, поддерживающие за руки третьего. И что весь фестиваль – он такой.

На открытии фестиваля Света говорит гагаринское «Поехали!» и мчится вперед. Ее никто не догонит: светина инвалидная коляска – с электроприводом, так что даже если бежать, удержать ее темп сложно.

В принципе, Свету и по жизни мало кто обгонял.

Кстати, месяц назад Светлана Козинова была в Нижнем. Представляла свою линию инклюзивной одежды на фестивале Matruoshka Fashion Week.

Если называть вещи своими именами, Сколково – это большой высокотехнологичный квартал офисных и учебных зданий. Самое крупное из них – технопарк. Именно здесь и проходит Всероссийский «Арт МаркеТтТ». Технопарк мало похож на традиционный бизнес-центр: здесь практически нет аудиторий в привычном нам понимании. Представьте широкую автостраду. Очень широкую. То тут, то там автостраду перегораживают «капсулы»: помещения в виде восьмерок с полностью прозрачными стенами. Внутри капсул – столы, стулья, мультимедийное оборудование.

Это и есть аудитории. Причудливость их дизайна автоматически настраивает ход размышлений на нестандартность: трудно мыслить параллельно-перпендикулярными категориями, когда вокруг тебя – ни одного прямого угла. Да вообще – ни одного угла.

Так вот, Хелла. Она собака-поводырь. Привела в Сколково мастеров резки по дереву. Здесь же – создатели игрушек, соленой карамели, авторы селективной парфюмерии, украшений ручной работы, скульпторы, мультипликаторы…

У некоторых из них есть инвалидность. У некоторых – нет. Если честно, к концу дня о большинстве людей я так и не узнаю, есть у них эта «розовая справка» или нет.

Не приходит в голову интересоваться. Неважно это.

Я веду в Сколково тренинг «Дрессированные тексты». Рассказываю, как писать интересно и понятно. Мне задают вопросы и уточняют детали – особенно в том, что касается размещения текстов в соцсетях.

Участники фестиваля понимают: соцсети для них – это хороший способ бесплатно рекламировать свои работы. А им есть, что рекламировать. Практически никто из них не хочет сидеть дома и смотреть телевизор (даже если инвалидность дает на это полнейшее моральное право). Они хотят работать. И работают.

Еще лет двадцать назад это казалось бы или фантастикой, или дикостью (смотря с каких позиций наблюдать) – девушка на коляске организует всероссийский фестиваль в эпицентре современных технологий. Его участники развивают собственные проекты. Спикеры со всей России приезжают, чтобы передать им самые актуальные знания и навыки.

На «Арт МаркеТтТе» это никого не удивляет. А что такого? Чем человек с инвалидностью отличается от человека без инвалидности – кроме коляски?

Собственно, даже эта моя статья – анахронизм. Потому что я все-таки удивляюсь целеустремленности организаторов фестиваля. А для них это – нормально. Все равно, что дышать.

И они верят: настанет время, когда инвалидность будет не более существенным признаком, чем рост, вес или возраст. Если эти признаки вообще имеют какое-то значение.