В Нижнем Новгороде почтили память офицеров РУБОП, погибших в Грозном в 1996 году

6 марта 1996 года в районе площади Минутка сотрудники Нижегородского регионального Управления по борьбе с организованной преступностью (РУБОП), которые в составе специального отряда быстрого реагирования (СОБР) находились в командировке в Чечне, вступили в бой с чеченскими сепаратистами. Для 10 офицеров бой стал последним.

Десять героев

Всего наших ребят в том бою было 18. Здоровые умные парни, возраст – в районе 30. Самым молодым был Александр Кудрявцев – всего 24 года, самим страшим – его однофамилец Алексей Кудрявцев, 36. Так случилось, что оба они, два старших лейтенанта, оказались в списке погибших. Последним днём жизни 6 марта 1996 года стало также для майора Петра Пронина, капитанов Андрея Евлампиева и Алексея Чистякова, старших лейтенантов Андрея Примы, Павла Ромашова, Вениамина Старостина, Дмитрия Сябаева, лейтенанта Алексея Верещагина.

Для меня все эти события носят личный характер. Среди СОБРовцев на Минутке был мой муж Вадим Власов. Вечером 8 Марта неожиданно зазвонил телефон: короткое «Со мной всё в порядке» – и гудки. Что случилось? А с кем не в порядке? Пыталась дозвониться в РУБОП. А на следующий день в новостях по нашему ТВ вдруг пошли чёрно-белые фото ребят. Некоторых сослуживцев мужа я знала лично. «Чеченская Республика, площадь Минутка, погибли в бою с сепаратистами», – звучал как метроном голос ведущего. И тут всё встало на свои места…

Несколько следующих дней – как во сне. На автомате занималась с ребёнком, дочке было тогда полгодика, и постоянно звонила дежурному: «Когда наши вернутся из командировки?». Они прилетели ночью 11 марта, оставшиеся в живых сотрудники, и 10 цинковых гробов…

А 12 марта весь Нижний Новгород прощался со своими героями, которые отдали жизни, но не допустили, чтобы какие-то бандиты растащили по кускам нашу великую страну. На площади Горького было черно от народа, в людском водовороте мы даже не смогли пересечься с мужем, который провожал в последний путь своих друзей…

Сам погибай, а товарища выручай!

Так что же случилось на Минутке в то роковое 6 марта 1996 года?

Война в Чеченской Республике шла уже второй год. Считалось, что Грозный был очищен от боевиков, но они не собирались складывать оружие и продолжали активное сопротивление, особенно в горных районах.

А рано утром 6 марта духи вошли в город с нескольких направлений и атаковали военные комендатуры и блокпосты внутренних войск в районе проспекта Ленина и площади Минутка.

Наш СОБР был поднят по тревоге, прибыл в Главное управление оперативного штаба (ГУОШ), откуда один за другим выезжали отряды курганского, пермского, липецкого СОБРов. Через какое-то время радиоэфир заговорил на разные голоса: «Веду бой, требуется помощь!», «БТР подбит, обложили со всех сторон!», «Есть «двухсотые» и тяжелораненые, долго не продержимся»…

У ГУОШа стала формироваться колонна из сотрудников Оренбургского, Чувашского и Марийского СОБРов. Недолго думая, к ним присоединились и нижегородцы: сам погибай, а товарища выручай! Они рванули туда, где шёл бой, даже не проведя маломальской разведки. Они рванули, даже не дождавшись командира: Алексей Колобов находился на совещании. Рванули… и попали в хорошо организованную засаду боевиков. Позже выяснилось, что командовали ими полевые командиры Шамиль Басаев и Руслан Гелаев. 6 марта нижегородский СОБР понёс самые большие потери в своей истории – 10 человек.

Думать и просчитывать

В пятницу, 6 марта, в Нижнем Новгороде, у мемориального комплекса в Марьиной роще, где похоронены погибшие СОБРовцы, состоялся траурный митинг, посвящённый их памяти. Пришли родственники, сослуживцы, руководство, сотрудники, ветераны ГУ МВД России по Нижегородской области, а также регионального Управления Росгвардии, руководство и курсанты Нижегородской академии МВД России, представители Нижегородской епархии.

«6 марта 1996 года погиб мой друг Петя Пронин, – говорит Евгений Макаров, бывший в своё время первым заместителем начальника Волго-Вятского РУБОП Ивана Кладницкого, а в 1996 – 2002 годах – начальником Нижегородского УБОП. – И с каждый годом эта потеря ощущается всё отчётливей, потому что тогда мы потеряли лучших. Перед отправкой в Чечню Петя зашёл ко мне домой и говорит: «Мне нужно тебе что-то важное рассказать. Приеду – расскажу». Не успел… И все эти годы я постоянно думаю, о чём же он мне хотел рассказать?»

«30 лет прошло, как погибли ребята, но я снова и снова возвращаюсь к тем событиям, – сказал в интервью нашему изданию генерал-майор милиции в отставке Иван Кладницкий, руководивший Волго-Вятским РУБОПом с 1989 по 2002 годы. – Конечно, все мероприятия, все действия надо просчитывать. Сколько за мою жизнь было случаев, когда необдуманные решения могли обернуться потерями. Помню, в 1999 году я летал в Чечню, разбирался, когда нижегородский СОБР отказался идти на ночную зачистку. Я им всегда говорил: никаких ночных зачисток, только днём, только при огневой поддержке. А командир сводного отряда дал распоряжение на ночную зачистку в Старопромысловском районе. Наши отказались, а питерские ребята пошли. В итоге у них два «двухсотых» и трое раненых. Или пришлось атаковать один населённый пункт, у военных там были серьёзные потери. Он был сильно укреплён, танки бьют прямой наводкой – снаряды отлетают. Говорю командирам: так дело не пойдёт, тут нужна другая тактика и другое оружие. В итоге сработали как надо – ни одного раненого, ни одного убитого. Сейчас опять непростое время. Кое-кто возмущается, мол, СВО у нас идёт тяжело. А я считаю, всё совершенно правильно делается, и победа обязательно будет за нами».