Нижегородец рассказал, как стал голосом знаменитого Шарика из «Простоквашино»

Выпускник Нижегородского театрального училища Антон Савенков сегодня – один из самых востребованных актёров дубляжа в стране. Его голосом в русских версиях знаменитых фильмов говорят Сэм Уит в «Привидении», Чхо Сан Воо из «Игры в кальмара», Трандуил из «Хоббита», Кларк Кент из фильмов о Супермене, Баязет из «Великолепного века», Энрике Монастарио и Ночной Ворон в «Зорро» и тысячи других героев. А недавно он стал официальным голосом Шарика в мультсериале «Простоквашино». Артист рассказал о возвращении легендарного мультфильма, секретной кухне озвучки и о вкусах современных зрителей.

Герои вокруг

– Антон, список озвученных вами героев какой-то невероятный, только сервис «Кинопоиск» выдаёт почти 800 фильмов. Сколько их на сегодняшний момент?

– Их уже невозможно посчитать, потому что это ежедневная работа. «Кинопоиск» даёт 1/10 того, что ты пишешь, – самые главные роли. В разы стало больше героев сериалов Кореи и Китая. Сегодня Китай выходит на первый план. Турции стало меньше: проседают турецкие сериалы по рейтингу – наши сограждане их наелись.

– Часто актёры становятся официальными голосами зарубежных звёзд, кто из них – вы? И кто самый любимый? Может, Том Фелтон, известный по роли Драко Малфоя в «Гарри Поттере»?

– На самом деле закреплений не бывает, просто иногда заказчик и прокатчик боятся отрывать привычный голос от актёра. Но уже, к примеру, благополучно обходятся при дубляже Леонардо ди Каприо без Бурунова. Он стал знаменитым, и заказчики не хотят, чтобы к иностранному артисту присоединился известный русский.

Тома Фелтона я озвучил в четырёх проектах – в сериале про Флеша, Лаэрта, в фильме «Офелия». А «Альтер» дважды переозвучивали, потому что когда Том его проспонсировал, добавили спецэффектов.

У меня есть очень смешное закрепление. Однажды я продублировал в сериале пожилого турецкого актёра Угура Полата – просто дурачился. Он характерный, невысокого роста, кряхтящий, весёлый и играл мерзкого адвоката. Я его записал, и кому-то так понравилось, что меня пригласили бегом во второй сериал с ним и прямо сказали: озвучивай с такими же шуточками, прибауточками и кряхтениями.

А из героев на сегодня самый любимый – Шарик, поскольку он из детства, самый дорогой и близкий.

– Сейчас у публики и кинематографистов новый всплеск интереса к истории про «Простоквашино». Вышли новые серии мультсериала, фильм. Как случилось, что вы стали голосом Шарика?

– Я очень этому рад, потому что все, кто ругался, что это не «Простоквашино», увидели, что оно может быть и таким. Просто время изменилось, но интерес остался и выстрелил.

А Шарика я озвучивал сначала в радиоспектакле, в рекламных роликах, было много других разных проектов от «Простоквашино». И ребята с «Союзмультфильма» спросили: «А что, ты не озвучиваешь настоящего Шарика?» и представили меня продюсерам. И мы были взаимно рады. Они – потому что нашли меня, а я – потому что мне дали Шарика!

Шарик и компания

– Как всякий советский ребёнок, вы наверняка очень трепетно относитесь к Льву Дурову, ставшему эталонным голосом Шарика.

– Я был без ума от советского мультфильма! Когда я пришёл к Льву Дурову, поступать на работу в Театр на Малой Бронной, то, услышав его голос, сначала почувствовал, что сейчас передо мной сидит Шарик, а потом – де Тревиль из «Мушкетёров»!

Мы с ним посидели, поболтали, и я признался: «Хочу в ваш театр!». Он: «Ты какие спектакли у нас смотрел?». «Никаких». И он ответил: «Ты молодой, дурачок, ты хочешь куда-нибудь попасть, чтобы какая-то копейка у тебя была. А ты сходи в зал, посмотри, может, тебе не понравится, ты же судьбу выбираешь, дурак! Дуй в зал, потом поговорим».

В итоге в Театр на Малой Бронной я не попал, но Шарик для меня – это Лев Дуров. Он здорово «попал в книжку»: Шарика сыграл на 200 лет вперёд – деревенского простоватого пса, который пытается разобраться в жизни.

– Чем отличается работа на «Союзмультфильме» от того, что было во множестве других студий?

– Мне совершенно искренно нравятся на «Союзмультфильме» молодые ребята. Я уверен, что из них вырастет что-то толковое. Вижу людей с сияющими глазами и верю, что они раскачаются. Просто у нас зритель такой суровый, типа: «Вы не соответствуете канону, как так можно?». На самом деле «Союзмультфильм» начал выпускать много разных хороших мультфильмов. У них есть прекрасные проекты.

Я вижу этих людей – и режиссёров, и сценаристов, и я вижу, какой объём работ они делают – невероятный, космический! Сколько у них сценариев – их упаковками приносят ко мне на запись. И я думаю: «Господи, эти люди спят хоть когда-нибудь?».

– Каково работать со звёздами – Антоном Табаковым, Татьяной Васильевой, Иваном Охлобыстиным?

– Мы же не вместе пишем, сейчас другие времена, нас пишут на компьютер. Мне могут проиграть, например, реплику Охлобыстина, как почтальон Печкин к Шарику обращается, и я тогда на это могу ответить: «Да, дядя Печкин!». Так что я видел их только в коридоре. Мы здороваемся, киваем друг другу, а взаимодействия, к сожалению, нет. Один выходит из кабины для озвучания, другой входит. Другие времена, другие скорости. Кроме всего прочего они люди знаменитые, очень сильно занятые, и под них просто выделяют какие-то дни.

– Какие забавные моменты были на озвучке?

– Иногда в запале, в образе Шарика, ты можешь дубль за дублем нести какую-то чушь, и потом тебе говорят, что ты произносишь совершенно другое слово! Ещё они любят меня не останавливать во время дублей. Чтобы когда текст закончился, я продолжал орать что-то от себя пару минут. Естественно, все смеются, причём смотрят через стекло из своей режиссёрской на меня, хохочут, тычут друг друга локтями, типа: смотри, смотри, что наш там вытворяет, а я в это время стараюсь!

– После него Шариком были Гарик Сукачёв, Павел Деревянко, Никита Волков. Почему они ушли? И как найти свой оттенок этой роли?

– Сложно работать со звёздами, они всё время заняты, не могут в любой момент приехать и записать правку. Поэтому и меняют.

А оттенок – я вдохновлялся Дуровым. Нарезал реплики его Шарика и перед записью на «Союзмультфильме» их слушаю, но ни в коем случае не пытаюсь его пародировать, потому что в мультфильме показано другое время и другой Шарик. Озвучкой Дурова я пользуюсь как камертоном. Его сбивчивый тон, его удивление в голосе – с ними я захожу в студию. Так что мне Лев Дуров продолжает помогать.

И Павел Деревянко, мне кажется, тоже придерживался курса Дурова. Кстати, так случилось, что я приехал на «Мосфильм», и в игровом фильме «Простоквашино» меня попросили озвучить пару вздохов его Шарика – потому что ради пары вздохов вызывать целого Деревянко – роскошь. Денег не напасёшься на каждый вздох. Вот тогда и вручает Антоша Савенков – приезжает и пишет вздохи, охи и реакции (смеётся).

– Сколько серий мультфильма вы уже записали?

– 15. Их сейчас рисуют. Я с удивлением узнал, что за один полный рабочий день хорошая выработка – две полностью прорисованные секунды с фонами, персонажами и реакциями! Я приходил к ребятам-мультипликаторам – это безумно интересно. Например, один парень сидел и на компьютере просто рисовал камни – была серия с речкой. И вот он один камень нарисовал, отложил в папку «Камни». Второй камень нарисовал, отложил в папку «Камни».

На самом деле тяжело работать в мультипликации, когда ты пришёл с дубляжа. Там у тебя есть уже готовое видеоизображение, ты знаешь, во что тебе надо попасть, чему нужно соответствовать. А когда пишешь с нуля, тебе дают эскиз или пару листочков эскиза в разных эмоциях, ты на них смотришь и читаешь реплики. Естественно, делается огромное количество дублей каждой реплики и каждой выкладки. Я после записи Шарика выхожу потный, как будто бы два часа бегал! Мультики же очень эмоциональные. Герой не просто говорит: «Пойду что-то поделаю», он реагирует: «Что такое?», «Как же так?». Поэтому озвучка очень выматывающая и в то же время весёлая и благодарная.