Алексей Дьяков: грех жаловаться на карьеру
В понедельник главный тренер «Старта» отметил свое 50-летие. А сегодня в 18.00 на льду спорткомплекса «Сормово» начнется праздник, посвященный круглой дате Алексея Дьякова, кульминацией которого станет матч ветеранов советского и нижегородского хоккея с мячом. Накануне мы встретились с именинником, попросили вспомнить его яркое прошлое. ДосьеАлексей ДЬЯКОВ. Родился 21 марта 1961 года. Заслуженный мастер спорта. Воспитанник нижегородского хоккея. Первый тренер — А.П.Никишин. Выступал за «Старт», «Несшье», «Муталу» (оба — Швеция). В «Старте» с 1979 года (с перерывом). За «Старт» в высшей лиге провел 279 матчей, забил 278 мячей. Серебряный призер чемпионата СССР 1980 года. Бронзовый призер чемпионата России 1996 года. Обладатель Кубка СССР 1983 года. Чемпион мира 1989 и 1991 годов. Серебряный призер чемпионата мира 1983 года. Победитель турнира на призы газеты «Советская Россия» 1982 года. Чемпион мира среди юниоров 1980 года. Чемпион СССР среди юниоров 1979 года. Чемпион СССР среди юношей 1978 года. Бронзовый призер чемпионата СССР среди юниоров 1980 года. Бронзовый призер чемпионата СССР среди юношей 1977 года. Входил в список «22 лучших» хоккеистов чемпионатов СССР. Лучший бомбардир Кубка СССР 1991 года. Тренер бенди-гимназии в Несшье 2001 – 2007 годов. Играющий тренер «Несшье» 2001 – 2007 годов. Тренер юношеской сборной Швеции 2003 – 2007 годов. Чемпион мира среди юношей 2006 года и бронзовый призер юношеского чемпионата мира 2004 года (в качестве тренера). В сезоне 2009 – 2010 годов — главный тренер молодежной сборной России (до 23 лет).С 2007 года — главный тренер «Старта». ПЕРВЫЙ ТАЙМ: СОВЕТСКОЕ ВРЕМЯ — Алексей Григорьевич, как-то вы уже говорили, что вполне могли стать футболистом… — Было дело. Жил на Калининском поселке, рядом со стадионом «Старт». Гонял сначала шайбу у Сергея Ладяшкина за дворовую команду «Спутник», после чего меня заприметил Александр Павлович Никишин. Сказал, что если не получится в хоккее с мячом, то быть мне футболистом. И, надо сказать, что в футболе у меня неплохо получалось, много забивал, ездил на разные соревнования. Однако хоккей с мячом все-таки перевесил. — И успехи не заставили себя долго ждать. Ожидали, что всё так пойдет? — Знаете, я всё время тренировался с ребятами старше себя на пару лет, может, поэтому стал быстро расти как игрок. Помню, в 1978 году впервые вызвали в «молодежку», которая готовилась к чемпионату мира в Ульяновске. Но меня в последний момент отцепили, ведь там были хоккеисты 1959 года рождения, а я — 1961. Мол, молодой, всё у тебя еще впереди. И, признаюсь, не особо расстроился, верил в собственные силы и через два года пришел мой первый крупный успех — победа на юниорском чемпионате мира в Финляндии. Этот успех разделили и другие «стартовцы» — Олег Шестеров, Юрий Игнатьев и Леонид Жаров. За это мы получили значки мастеров спорта, чем очень тогда гордились. — В том же 1980 году вы впервые попали в основу «Старта» и помогли ему завоевать первые серебряные награды. А долго вас «мариновал» Фокин? — С мужиками тренировался с 1977 года, но Юрий Ефимович не спешил бросать меня в «мясорубку», дескать, придет и твое время. Я не обижался, играл за юношей, на область. Да и чего говорить, когда в основе такие зубры, как Юрий Гаврилов, Александр Рычагов, Владимир Коровин, Сергей Гладких, Евгений Горячев…Наверное, золото юниорского чемпионата мира помогло мне пробиться в команду и в 80‑м удалось провести последние два матча чемпионата СССР. Дебют получился на ура! В Кемерове мы сыграли 5:5 с «Кузбассом», а в Новосибирске хлопнули «Сибсельмаш» — 7:5. И там, и там я забил по два мяча. — Ветераны, наверное, сразу зауважали? — В коллективе сразу приняли по-доброму, жаловаться не на что. Хотя, как и другим молодым, тоже пришлось вначале потаскать чужие клюшки (смеется). Сейчас «дедовщины» вроде бы у нас уже нет, а тогда это было в порядке вещей. — А когда попали в национальную сборную Советского Союза? — В 1981 году состоялся чемпионат мира в Хабаровске. На подготовку к нему вызвали и меня, 19-летнего. Однако в состав пробиться не удалось, а дебют в сборной состоялся через год в турнире на призы газеты «Советская Россия» в Сыктывкаре, где мы одержали победу. — 1983 год — серебро чемпионата мира и победа в Кубке России. — Мой дебют на взрослом мировом первенстве в Финляндии, увы, радости не принес. На групповом турнире выиграли все матчи, а вот в финале нас шведы просто разбили — 3:9. Зато очень дорога победа в Кубке страны, финальный раунд которого проходил в спорткомплексе «Олимпийский». В последнем матче «Старту» необходимо было обыгрывать великий «Енисей», который к тому моменту уже потерял шансы завоевать трофей. И мы победили 3:2, а я забил два мяча. — Можете сказать, что ваш дуэт с Сергеем Максименко был идеальным? — Действительно, с Серегой мы понимали друг друга с полуслова. И все соперники боялись нашей связки, ведь мы много забивали. — Между вами было какое-то негласное соперничество, кто больше забьет? — Нет, никакой конкуренции или зависти у нас не было. Мы с удовольствием друг другу отдавали голевые передачи, даже в тот момент, когда можно было забивать самому. Мы работали на команду! — В 1989 и 1991 годы для вас ознаменовались победами на чемпионате мира. Какое золото более запоминающееся? ‑Скорее, второе чемпионство. В 89‑м мы уверенно обыграли в Москве в финале Финляндию, а через два года в упорной борьбе взяли верх над шведами — 4:3. Конечно, эмоций в 91‑м было гораздо больше, ведь, согласитесь, не одно и тоже, выиграть финал у финнов или шведов. Великая была у нас сборная, с сумасшедшей конкуренцией в линии атаки! Сергей Ломанов, Виталий Ануфриенко, Александр Цыганов… — Как отметили этот успех? — Ну, как обычно отмечают наши люди? По-русски (смеется)! До утреннего самолета гуляли на банкете. В ту ночь нам всё было позволено… — В родном городе как-то отметили ваши успехи на уровне властей? — Может, положение было тяжелое в стране, но никаких чествований не было. Так, приехало телевидение, записало небольшое интервью и на этом всё закончилось. — В другие команды звали? — Приглашало постоянно московское «Динамо», звонили из «Зоркого», «Вымпела» (Калининград), «Динамо» (Алма-Ата), но меня никто из Горького не отпускал. ВТОРОЙ ТАЙМ: ЗАГРАНИЦА — Перейдем к вашей заграничной карьере. Как оказались в Швеции? — Всё как бы закрутилось в августе 1990 года, когда «Старт» в «Олимпийском» играл на этапе Кубка страны. Когда он закончился, я приехал домой, а наш наставник Юрий Георгиевич Гаврилов остался в Москве, где проходил международный турнир с участием двух шведских клубов «Эдсбюн» и «Сириус». Кстати, за «Сириус» тогда уже играл Сергей Ломанов-старший. Так вот, Гаврилов позвонил и сказал, что у «Эдсбюна» есть на меня виды и есть возможность сыграть за них. Я сразу же взял билеты на ночной поезд, утром — в Москве и сразу попал на раскатку «Эдсбюна». Потренировались полчаса, а вечером была игра с «Сириусом». Сыграли мы 5:5, а я, если не изменяет память, забил гол и сделал результативную передачу. Тренер шведов спросил после матча, есть ли у меня желание продолжить сотрудничество. Я ответил, что есть-то, есть, но в ту пору мы ничего не решали. В итоге «Эдсбюн» пообещал, что будет вести переговоры о моем переходе через советский спорткомитет. Но что-то там не сросталось. Сезон я вновь провел в «Старте», попал на чемпионат мира в Финляндию, где все-таки подписал контракт с «Эдсбюном». Шведы пообещали, что все проблемы урегулируют и вышлют в клуб все необходимые документы по моему переходу. Вернулся домой, неделю жду факса, месяц. Нет и нет. Потом все-таки приходит бумага, что соглашение расторгнуто из-за финансовых неурядиц «Эдсбюна». — Расстроились? — Кончено, хотелось попробовать свои силы в элитном клубе. Тем не менее, вскоре меня вызвали в Совпрофспорт (была такая организация), где ознакомился с предложением от другого шведского клуба «Несшье». Признаюсь, не хотел туда ехать, все-таки это первая лига, но меня уговорили. Сказали, что команда будет бороться за выход в Элитсерию, и что помимо меня там будет еще трое русских — Николай Паздников, Юрий Першин и Виктор Ковалев, который там уже играл два года. Сезон-1991/92 «Несшье» прошел на одном дыхании, всех обыграл с двузначным счетом и вошел в группу сильнейших. — Как супруга восприняла переезд? — Конечно, была настороженность. Все-таки, чужая страна, ни бабушек, ни дедушек, дочь только первый класс закончила. Нам пообещали, что там будет русская школа с русскими учителями, но, оказалось, что в городке с 20-тысячным населением ничего подобного нет. Поэтому ребенку сразу пришлось идти в местную школу. — Изучение шведского языка трудно давалось? — Да, это очень сложный язык! Первые два года просто «кувыркались» (смеется). На первых порах у нас был переводчик, плюс мы каждый день всей семьей ходили на курсы. Только на третий год язык стал более-менее даваться, и сразу стало легче в быту, в работе. — Близкие не скучали по дому? — Не особо, думаю. Телевизор принимал наши каналы, к тому же все русские хоккеисты «Несшье» жили в одном подъезде. И все праздники мы дружно отмечали семьями. — Можно сказать, что тогда наши хоккеисты ехали в Швецию на заработки? — Да ну, нет…Больше хотелось просто испытать себя за границей, окунуться в другую жизнь. А контракты, честно говоря, были просто смешные. Да еще нам за вычетом налогов доходило только 70 процентов от них. И наши зарплаты были даже меньше среднего рабочего человека в Швеции. Но, надо признать, что клуб оплачивал нам проживание, на второй год выдали автомобиль. В любом случае, была стабильность. В отличие от наших команд, которые с приближающимся распадом СССР стали испытывать финансовые передряги. И та сборная Союза, победившая на чемпионате мира-91, почти в полном составе сразу переехала в Швецию. — Родителям как-то помогали? — Безусловно, когда приезжал на родину делал всё, чтобы они ни в чем не нуждались. Что-то купить, что-то достать. И до последних дней их жизни старался заботиться. Мама и папа были моими самыми главными болельщиками, всё время приходили на стадион, очень переживали за меня с самых пеленок, можно сказать… — А что больше всего поразило по приезде в Швецию? — Удивила тишина на улицах. Особенно после шести вечера никого нет, все магазины пусты! Ну, и, конечно, сразу бросилось в глаза изобилие товаров, продуктов. Для меня это было не в диковинку (все-таки поездил прежде немало), а вот для близких, да, после советских пустых полок был элемент шока. В общем-то, из еды ни в чем себе не отказывали, дочь, помню, первое время затаривалась импортными шоколадками, диковинными для нас игрушками (смеется)… — Вторая дочь у вас родилась уже в Несшье. А вообще дети наведываются в Россию? — Старшая, как 20 лет назад покинула нашу страну, так больше здесь ни разу больше не была. В Швеции у нее свой бизнес, муж — швед, и двое детей — мои внуки. Кассандре — 5 лет, а Иббе — скоро три года исполнится. А младшая заканчивает в этом году гимназию, приезжала ко мне в ноябре, и вот на юбилей ее вновь жду. — К сожалению, вы так и не сыграли за сборную России на чемпионатах мира… — Перед чемпионатом мира 1993 года главный тренер нашей сборной Вячеслав Манкос вызвал меня на сборы, проходившие как раз в Швеции, сыграл в контрольных матчах. Однако в Норвегию поехали более молодые ребята — Гапанович, Архипкин, Опытов…Хотя мне был 31 год, чувствовал себя великолепно, был одним из ведущих игроков шведского чемпионата. Поэтому, да, было обидно, что пришлось попрощаться со сборной. Дальше тем более было трудно рассчитывать на вызов. — Тренировочный процесс в Швеции сильно отличался от нашего? — Там были только вечерние занятия, да и то далеко не каждый день, много выходных.Для нас это было непривычно, поэтому сами себе придумывали нагрузки. Но, надо признать, что тренировки у шведов были будь здоров! Полтора часа беготни буквально на износ! Ну, мы-то ладно, весь день дома, а они рабочие люди, приходили со смены. Тяжело, но пахали! Молодцы, что сказать. Еще, что удивляло, накануне матча игрокам предоставлялся выходной день. — Как относились к вам шведы? Ведь вы легионеры и, понятно, занимаете чье-то место. — Отношение к русским было доброжелательное, всегда во всем помогали нам. Но ведь каждому в душу не заглянешь, правда? Что у них было на уме, не знаю… — Тренеры «Несшье» не говорили, мол, забудьте про русский хоккей, будем играть по шведским схемам? — Естественно, пришлось как-то менять свою манеру игры и следовать установкам наставников. Мы ведь как русские привыкли: взяли мяч у своих ворот и потащили его вперед. Порой у нас это проскальзывало, на что шведы негодовали, дескать, куда вы летите, надо и защитникам мячик покатать, и с «бортовиками» отыграться, а уж потом об атаке думать. Но ждать передачу порой было невыносимо долго, приходилось брать инициативу на себя, за что получали нагоняи (смеется). А сейчас, смотрите, все ведущие шведские клубы играют в наш хоккей. Красиво, результативно! — Одно время вы поиграли в «Мутале». Расскажите об этом периоде. — Два сезона в этом клубе, можно сказать, мои лучшие шведские годы. «Мутала» билась за высокие места, и однажды в полуфинале мы обидно проиграли «Вестеросу» в дополнительное время, хотя были все предпосылки играть в «золотом» матче. Состав у нас был очень приличный — Партик Санделль, Хенрик Хогберг, Стефан Эрикссон, Сергей Ин-фа-лин, но не повезло. Ничего подобного за восемь лет выступлений за «Несшье» не было. — Зато за «Несшье» вы наколотили, если не ошибаюсь, 638 голов! Даже майку вам подарили с номером 600. — Это произошло за год до окончания игровой карьеры. Когда забил юбилейный гол в ворота «Оттербекена», я сразу отправился на скамейку запасных, где на меня надели майку с 600‑м номером. Организаторы матча разрешили. И уже в свой последний сезон я играл то под своим 11‑м, то под 600‑м номером. — Что-то помимо свитера «Несшье» привезли? — Нет, никаким коллекционированием я не занимался. Разве что собирал газетные вырезки о себе и записал несколько дисков с голами. — А когда вы стали работать в бенди-гимназии города Несшье, каким схемам учили своих подопечных? — Само руководство гимназии рекомендовало, чтобы добавлять в игру русский хоккей. Поэтому пропорции были примерно 50 на 50. Чего у шведов не отнять — это надежной игры в обороне, где каждый на своем месте действует дисциплинированно и тактически грамотно. От ребят также требовал движения, катания, скорости, того, чем прекрасна наша игра. — Сколько ребят было в вашем ведении? — Три группы: первый, второй и третий курс. Всего порядка 50 человек. Запомнился следующий момент. Всего в Швеции две таких бенди-гимназии: в Сандвикене и Несшье. И в январе к нам постоянно приезжали по 50 – 60 ребят, из которых надо было от силы отобрать 10 – 12 человек. И вроде бы их уже отбираешь по игровым качествам, но последнее слово остается за ректоратом. Ребят тестируют, проверяют успеваемость и только после этого принимают решение — оставлять в гимназии или нет. То есть, каким бы ты не был талантливым, учеба в Швеции должна быть на первом месте. — Кто ваши самые знаменитые воспитанники? — Это, конечно, чемпиона мира, один из лидеров «Виллы» Даниэль Андерссон. Есть еще много хоккеистов, выступающих в Элитсерии. Ну, и нынешняя команда «Несшье», которая играет рангом пониже, сейчас целиком состоит из тех ребят, кого я тренировал. — Что говорили в Швеции, когда вы возглавили ее юношескую сборную? — Местные газеты писали, что, как же так, назначили иностранца. Ведь во всех видах спорта у них работают только свои тренеры — таков менталитет. Но шведская федерация отошла как бы от этих традиций и во всем мне доверяла. И, считаю, со своей задачей я справился, привел сборную «Тре крунур» к победе в первенстве мира. По контракту я был должен отработать еще один год, но меня по-доброму отпустили тренировать «Старт», не стали чинить никаких препятствий. — А могли возглавить какой-то шведский клуб? — Да, предложений было много. И, не буду скрывать, и сейчас звонят, спрашивают, когда закончится контракт со «Стартом». Но родной город покидать не собираюсь. ОВЕРТАЙМ: ВОЗВРАЩЕНИЕ — Перед тем, как вы вернулись домой в качестве тренера, была еще короткая командировка в «Старт» в 1996 году, когда вы приняли участие в плей-офф и помогли команде завоевать бронзовые награды. Как так получилось? — Русские игроки тогда регулярно приезжали сюда на решающие матчи, если не были заняты в своих клубах. Однажды и мне удалось вырваться из Швеции в «Старт». Созвонились с Юрием Ефимовичем Фокиным, он спросил: «Готов?». Я ответил, что, конечно, готов. — Трудно было перестроиться с одного хоккея на другой? — Нет, я быстро нашел с ребятами взаимопонимание. Переходить со шведского хоккея на русский мне было гораздо легче, чем наоборот. — Поражение в полуфинальной серии от «Сибсельмаша», наверное, до сих пор сидит занозой в сердце? Что не получилось? — Если помните, мы в первом домашнем матче их легко обыграли, и в повторной игре на родном льду «Старт», может быть, был излишне самоуверен. Всё это вылилось в два не забитых пенальти в ворота Новосибирска… — Конечно, нельзя забыть и матч за бронзу с «Сибсканой» в Нижнем Новгороде. Первый тайм — 0:0, а после перерыва Дьяков забивает пять мячей и «Старт» побеждает — 5:0! — Интересно, что из пяти голов я забил два после розыгрыша угловых, а один — с пенальти. Хотя «стандарты» никогда и не бил, все голы в основном забивал с игры. — Как возник вариант возглавить «Старт»? — Сколько бы я не играл в Швеции, моей мечтой всегда было вернуться в родную команду. Последние несколько лет перед переездом регулярно контактировал с Фокиным на эту тему, но разные нюансы оттягивали возвращение. Одним из таких факторов было то, что, несмотря на свои 46 лет, еще вроде чувствовал силы, и вполне комфортно чувствовал себя в «Несшье» в качестве играющего тренера. Но, в конце концов, пришлось принять решение. И первый сезон в «Старте» был для меня очень тяжелым для адаптации. Спасибо моим помощникам Валерию Осипову и Вячеславу Рябову, которые постоянно поддерживали. — Различия в менталитете хоккеистов сразу почувствовали? — Конечно, дисциплина резко отличалась. Швед он никогда не опоздает на тренировку, ничего не делает без разрешения, всё строго по свистку. Допустим, даешь задание пробежать кросс, будь уверен, все добросовестно выполнят задание. А у насу русских в крови где-то «сачкануть», увильнуть, всё время приходится присматривать. Всегда говорю: в Швеции бенди — любительский вид спорт, а отношение к нему профессиональное. В России всё с точностью до наоборот. — Время быстро летит? — Да, вот уже 4 года, как я возглавляю «Старт». Сейчас, конечно, здесь полностью освоился, нашел общий язык со всеми ребятами, хотя, поверьте, это не так просто. 20 игроков — 20 разных характеров, и к каждому надо подобрать ключик. Кого-то надо по головке погладить, кому-то, наоборот, «поддать» как следует. В этом и заключается искусство тренерской работы. — В перерывах игр бывает, что срываетесь на повышенные тона? — К счастью, по сравнению с прошлым сезоном подобное случалось нечасто. Да и то, сейчас другое поколение, более ранимое что ли. И с ними нужно быть поострожнее. Это раньше с нами не нянчились, могли и матом обложить, и даже ударить. Всякое было… — С ребятами собираетесь в неформальной обстановке? — Конечно, это необходимо, трудно жить одним хоккеем. Например, если находимся за городом, в последний день сборов устраиваем шашлыки, делимся своими проблемами. Перед Новым годом тоже обязательно собираемся всей командой. — С Юрием Ефимовичем держите связь? — Обязательно. Всегда звонит, поддерживает в трудные минуты, дает ценные советы. Спасибо ему огромное. Ну, и перед сезоном Ефимыч традиционно уже выступает перед хоккеистами, дает напутствие. — А вы тяжело переживаете поражения? — Очень тяжело! Особенно после таких, как дома от «Волги», «Зоркого». Всю ночь не спишь, прокручиваешь в голове, что сделал не так, ищешь ошибки. Потом еще и видео на разборе обязательно присутствует. — Завершая нашу беседу, можете сказать, что карьера игрока удалась? — Мне грех на что-то жаловаться или о чем-то жалеть. Да, не получилось у меня победить в чемпионатах своей страны и Швеции, зато выигрывал золото на мировых первенствах, приобрел много хороших друзей за пределами родного города, что тоже немаловажно. А теперь у меня любимая работа в «Старте», за что тоже очень благодарен судьбе.
