Бомбардир, который трудился не зря

5 декабря исполняется 70 лет Игорю Чистовскому — серебряному призеру чемпионата СССР в составе горьковского «Торпедо», заслуженному тренеру России, человеку, который много сделал для развития нижегородского хоккея. ГУЛЯ С КРАСНОФЛОТСКОЙ Его отец был грузчиком, мама — продавцом. Жили Чистовские на улице Краснофлотской (ныне Ильинская в Нижегородском районе), откуда рукой подать до стадиона «Динамо». Там Игорь и пропадал с пацанами. Сначала гонял кожаный мяч, потом увлекся шайбой. И так ловко с ней управлялся, что его приняли в секцию. В ней он получил настоящую клюшку, какую-никакую, но все-таки форму и… прозвище Гуля. По словам самого Чистовского, оно прилипло к нему из-за его бабушки, которая не выговаривала «р». «Иголь!» — звала она внука с улицы, а кому-то из друзей послышалось «Игуль». Отсюда и пошло, пока не сложился окончательный вариант. Так будущий мастер получил второе имя, которое сопровождало его почти всю жизнь. С ним он в «Динамо» перешел из мальчиков в юноши, с ним в 17 лет был взят в «Торпедо», где со временем вышел на первые роли в атаке. Когда Чистовский рвался к воротам соперника, с трибун постоянно неслось: «Гуля, шайбу!» Да и потом благодарные болельщики, вспоминая фирменную обводку и красивые голы форварда автозаводской команды, иначе как Гулей его не величали. МОГЛИ И ЧЕМПИОНАМИ СТАТЬ Почти весь свой первый сезон в классе «А», как тогда именовался высший дивизион советского хоккея, он провел на скамейке запасных. Потом Дмитрий Богинов, возглавлявший «Торпедо», отрядил рослого парня к Роберту Сахаровскому и Льву Халаичеву. Они были постарше, пусть молодого ведут за собой. А молодой словно этого и ждал. Подстраиваясь под партнеров, Игорь быстро нашел с ними общий язык. И скоро они так сыгрались, что стали ударной наступательной силой. Расчетливый технарь Сахаровский, огневой, если не сказать бесшабашный, Халаичев и хладнокровный хитрец Чистовский отлично дополняли друг друга. В 1961‑м автозаводцы первыми из немосковских клубов поднялись на пьедестал чемпионата СССР.Второе место! Добрых слов заслуживали все игроки, но так уж водится, что особенно хвалят тех, кто мало пропускает и много забивает. Болельщики, не жалея ладоней, аплодировали вратарю Виктору Коноваленко и нападающему Игорю Чистовскому, который стал самым результативнымв команде — 21 гол. В следующем сезоне он поразил ворота соперников 31 раз. Всего же форвард «Торпедо» под номером 9,дважды входивший в список сильнейших игроков страны,забросил в чемпионатах Союза 172шайбы. Чистовский по сей день состоит в символическом клубе «100 бомбардиров», который объединяет лучших снайперов отечественного хоккея. Есть чем гордиться! Но вот что интересно. Когда Игоря Борисовича просишь вспомнить самое-самое, он начинает говорить не про свои голы и даже не про серебряный сезон, хотя его забыть невозможно. Он рисует другую картину. …Март 1960-го. Четвертьфинал союзного первенства. В том году решающие матчи, как и сейчас, проводились по системе плей-офф, и горьковчанам выпало принимать непревзойденных армейцев столицы. В первом поединке хозяева одолели фаворита — 6:5. На следующий день соперникам предстояло продолжить серию до двух побед. Назревала сенсация. Но тут вмешалась погода. Лед под открытым небом стал таять из-за плюсовой температуры. Встречу сдвигали на более позднее время, а потом отменили вообще. Переполненным трибунам было объявлено о ее переносе в Москву на искусственный лед «Сокольников». Народ взревел от возмущения. Начались беспорядки, на стадионе вспыхнул пожар. Жуть что творилось. И пришлось ни в чем не повинным торпедовцам ехать в столицу. Они и там сражались очень достойно, но все же уступили — 1:3. По разнице шайб армейцы вышли в полуфинал. Чистовский до сих пор сожалеет, что всё так случилось. Ведь его команда тогда находилась в полном порядке, и если бы повторная игра состоялась в Горьком, можно было и в ней рассчитывать на успех. А там — прямая дорога к чемпионству, поскольку другие претенденты на золото были автозаводцам тем более по зубам. ВЕРНОСТЬ КЛУБУ Ведущей торпедовской тройке поручили защищать честь страны еще до того, как город Горький завоевал серебро чемпионата Союза. В 1960 году Чистовский, Сахаровский, Халаичев в составе второй сборной СССР отправились за океан. В США она провела шесть товарищеских матчей, в том числе три — с национальной командой. И наши земляки в этих победных поединках хорошо себя проявили. В частности, Чистовский забросил три шайбы. Позднее он приглашался и в первую сборную. Играл за нее в Чехословакии, Швеции, в Москве. Но то были опять-таки дружеские встречи. Мэтр советского тренерского цеха Анатолий Тарасов в одной из своих книг назвал Чистовского всевидящим игроком, умным тактиком, но так и не снизошел до того, чтобы взять его на чемпионат мира или Олимпийские игры. А всё потому, что Горький считался хоккейной провинцией. Пробиться из нее удалось только Виктору Коноваленко: даже в Москве тогда не было таких надежных вратарей. Остальным зарекомендовавшим себя игрокам ставили условие. Дескать, перейдешь в столичную команду — будешь ближе к сборной. Чистовского и его партнеров по торпедовскому звену звали в ЦСКА, «Динамо». Но они не покинули родной коллектив. Как не покинул его и Коноваленко, которому вообще сулили золотые горы. Это называется — патриотизм. Очень жаль, что со временем он утратил свою изначальную ценность, растворился в денежных интересах. Сейчас в большинстве своем какие ребята? Где больше дают, туда и идут. А раньше люди ради города, где они выросли и стали настоящими мастерами, ради болельщиков, которые знали своих любимцев в лицо, могли пожертвовать заманчивым продолжением карьеры. Игорь Борисович Чистовский — один их таких людей. НИ О ЧЕМ НЕ ЖАЛЕЕТ Он рано закончил играть — в 30 лет. Не сложились отношения с Богиновым. Знавший себе цену игрок попросил прибавить к зарплате двадцать рублей, а тренер отказал. Но, скорее всего, это был только повод. Чистовский потом признавался, что написал заявление об уходе по причине усталости. Нет, не физической, а моральной. Из года в год — сборы, поездки, а он ведь еще в молодости обзавелся семьей, которую, пока играл в хоккей, видел урывками. Это очень тяжело психологически, когда любишь жену, сына. Но жить без шайбы он, конечно, не мог. Начал тренировать мальчишек. С помощью коллег по автозаводской спортшколе подготовил «золотой» выпуск: в 1976‑м юноши «Торпедо» выиграли первенство страны. Многие ребята из того состава позднее пополнили команду мастеров, а Вячеслав Рьянов, Юрий Вожаков, Анатолий Тарасов и Геннадий Курдин, выступая за молодежную сборную СССР, стали чемпионами мира. Причем первые трое добились такого признания дважды. Растущие тренерские успехи Чистовского не остались незамеченными. Уже через год его назначили главным в «Торпедо». Он взялся за дело с большим энтузиазмом. Поднял команду с десятого места на пятое. При нем защитник Юрий Федоров завоевал вторую золотую медаль чемпионата мира, а нападающий Александр Скворцов — первую; продолжал набирать силу Владимир Ковин, начинал раскрывать свой талант Михаил Варнаков. А кончилось тем, что Игоря Борисовича убрали с его поста, отдав предпочтение Николаю Карпову из Москвы. Однако спустя несколько лет Чистовского попросили вернуться. Он согласился, вот только подходящих условий для плодотворной работы уже не было: в конце восьмидесятых страна стояла на пороге смутного времени, и это сказывалось буквально на всем. Откомандовав два сезона в «Торпедо», заслуженный тренер вновь пошел к ребятне в автозаводскую ДЮСШ… Сейчас Игорь Борисович вместе с другими ветеранами родной команды ходит на хоккей во Дворец спорта профсоюзов, интересуется, как идут дела с подготовкой резерва, в котором «Торпедо» нуждается. И говорит, что, если б снова начать, он бы выбрал опять… Ну, может, с небольшими поправками. Значит, человек трудился не зря, раз он практически ни о чем не жалеет.