Да будет полиция!
Страна обсуждает законопроект «О полиции», разработанный по инициативе президента. Текст в свободном доступе в Интернете. В том, что милицию скоро переименуют в полицию, сомнений уже нет. А вот законопроект, как обещают, будет дорабатываться с учетом мнений участников виртуального обсуждения. Оно получается бурным. А извиниться? Кглаве о принципах деятельности полиции, например, уже больше 800 комментариев. Всего же в проекте 11 глав — о правах и обязанностях полицейских, правилах приема на службу, порядке применения физической силы, оружия и других аспектах. Президент сообщил, что слово «милиция» вызывает у него ассоциацию с дружинниками в погонах, что сразу стало одной из самых тиражируемых цитат. Пришло время, сказал Дмитрий Медведев, создать структуру, в которой будут служить настоящие профессионалы. По мысли авторов законопроекта, главным для российских полицейских должны стать соблюдение прав и свобод граждан — так даже отдельная статья называется. Например, задержанному сотрудник полиции должен будет сразу сообщить о его правах, а если сам чьи-то права нарушил, то создатели проекта обязывают его извиниться. Отдельная статья посвящена «обеспечению общественного доверия и поддержки граждан», чем подчеркивается: берется курс на устранение пропасти, возникшей, судя по результатам различных опросов, между милицией и гражданами. Многие человека в погонах стали просто бояться. Причины для этого, к сожалению, есть. Один только майор Евсюков чего стоит… «Федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел постоянно изучает и учитывает мнение граждан о деятельности полиции, — говорится в документе. — Мнение граждан о деятельности полиции является одним из основных критериев официальной оценки ее работы». К слову, заявлять или просто сообщать о преступлениях, согласно проекту, граждане смогут «в том числе в форме электронного документа». Детали, видимо, проработают. А вообще, это было бы удобно. Названия статей «Законность», «Беспристрастность» говорят сами за себя. При этом несколько раз упоминается, что полиция должна быть вне политики. В статье «Запреты, связанные со службой в полиции» прямо так и говорится: запрещается принадлежать к политическим партиям. Кроме того, полицейскому запретят «допускать публичные высказывания, суждения и оценки, в том числе в средствах массовой информации, в отношении деятельности государственных органов и их руководителей, а также решений федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел». Подарки сдать В общем, меньше слов, больше дела. Полицейский, по мысли создателей проекта, должен стать образцом объективности, честности, трудолюбия. Дай то Бог! Причем лучшие качества он должен будет демонстрировать не только на службе: «Сотрудник полиции при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебных отношениях должен воздерживаться от любых действий, которые могут опорочить его достоинство, вызвать сомнение в его беспристрастности или подорвать авторитет полиции». Малейшие проблемы с законом в прошлом — препятствие для приема на службу. Кроме того, кандидаты в полицейские «проходят психофизиологические исследования, тестирование на алкогольную, наркотическую и иную токсическую зависимость». О мздоимстве предлагается напрочь забыть. Полицейскому запрещается «получать в связи с выполнением служебных обязанностей вознаграждения от граждан и организаций (подарки, денежное вознаграждение, ссуды, услуги, оплату развлечений, отдыха, транспортных расходов и иные вознаграждения)». И, видимо, чтобы уж совсем соблазн отбить: «Подарки, полученные сотрудником полиции в связи с протокольными мероприятиями, служебными командировками и другими официальными мероприятиями, признаются федеральной собственностью. Сотрудник полиции, сдавший подарок, полученный им в связи с протокольным мероприятием, служебной командировкой или другим официальным мероприятием, может его выкупить». Полицейским разрешат «входить беспрепятственно либо проникать в любое время суток в жилые и иные помещения граждан, на принадлежащие им земельные участки, на территории, земельные участки и в помещения, занимаемые организациями». Эту формулировку из Закона «О милиции» в новом документе уточнили: «с повреждением, если в этом есть необходимость, запирающих устройств, элементов и конструкций, препятствующих входу, проникать в находящиеся там контейнеры, емкости и иные объекты, в транспортные средства (за исключением территорий, объектов и транспортных средств дипломатических представительств и консульских учреждений иностранных государств) и осматривать их». Условия те же: если преследуют преступника, при стихийных бедствиях, авариях — в общем, если есть угроза жизни и здоровью граждан, а также «при наличии достаточных оснований полагать, что там совершается преступление, произошел несчастный случай, находится лицо, пребывающее в беспомощном состоянии». К слову, формулировка «при наличии достаточных оснований полагать» встречается в проекте не раз, вызывая критику участников обсуждения — требуют конкретнее говорить, а то, мол, не избежать недоразумений или чего похуже. То же о фразе «если это неуместно или невозможно», позволяющей, например, не предупреждать о применении силы. Фраза, надо сказать, на все случаи жизни. Кстати, о силе. Законодатель в новом документе предусмотрительно указал: «запрещается наносить человеку удары палкой резиновой по голове, шее и ключичной области, животу, половым органам, в область проекции сердца, а также многократно наносить удары в одно и то же место; не допускается применение наручников, а также подручных средств связывания, заведомо влекущее телесные повреждения». Стреляю! «Сотрудник полиции не имеет права прибегать к пыткам, насилию, жестокому, бесчеловечному или унижающему человеческое достоинство обращению либо наказанию», — говорится в документе. «Ну, естественно! — скажет любой из нас. — Все правильно». Но по поводу формулировки развернулись споры. «Вы хотите, чтобы преступления не раскрывались вообще? — высказался один из участников обсуждения. — По этому подпункту можно привлечь к ответственности сотрудника милиции, посадившего в «обезьянник» задержанного, допустим, за мелкое хулиганство или кражу, до выяснения его личности, поскольку хулигану были причинены нравственные страдания тем, что он содержался за решеткой вместе с уголовником, который оказывал на него психологическое давление. При желании, а такое будет, естественно, возникать, как у адвокатов, всякого рода правозащитников, так и у властей предержащих при расправе с неугодными, отстаивающими правду милиционерами, можно применить этот пункт соответствующим образом. И прав будет тот патрульно-постовой, памятуя о коллизиях, способных возникнуть в результате использования этого пункта, который сделает вид, что не заметил и не станет применять соответствующие меры к распоясавшейся группе хулиганов, не станет задерживать преступника и т.д. Поверьте, кончится все именно этим». Поводов для сомнений, предложений проект дает немало, но это и хорошо. Чем больше высказываний, тем меньше шансов ошибиться в столь важном деле. И дело это, получается, стало общим. Немало эмоций вызвал такой пункт: «Сотрудник полиции с приведенным в готовность огнестрельным оружием имеет право произвести выстрел на поражение нападающего на него или задерживаемого им лица, если это лицо пытается сократить указанное сотрудником полиции расстояние, либо достать что-нибудь из одежды без команды сотрудника полиции, либо посягнуть на оружие сотрудника полиции, либо совершить другие действия, которые могут быть расценены сотрудником полиции как угроза насилия или завладения его оружием». Вот одно из мнений: «Вообще-то статья абсурдная. Что значит «из одежды»? А из барсетки, сумки, чехла, дипломата — можно? А если человек хотел достать документы или лекарства, например? А если я иностранец и не понимаю вообще приказа полицейского? Пункт надо серьезно доработать». Обсуждать законопроект предложено до середины сентября. Между тем уже раздаются критические суждения: мол, что даст переименование милиции в полицию? Люди-то на службе те же останутся. Только деньги будут потрачены на замену удостоверений и так далее. Однако скептикам стоит помнить истину: как вы лодку назовете, так она и поплывет. У полиции в дореволюционной России были славные традиции и большие успехи в борьбе с преступностью, чему немало свидетельств в литературе. А вот термин «милиция» вырос из непрофессионализма и социальной вражды. В общем, чтобы изменить положение дел в современной милиции, начинать с чего-то надо. Между тем В Нижнем Новгороде осудили теперь уже бывшего милиционера — заместителя командира роты полка ППС при областном ГУВД. Службу он совмещал с «бизнесом» — организовал что-то вроде публичного дома. Милиционер расклеивал по городу объявления со словом «досуг». Указывал номер своего телефона — специального, для этой «работы». Звонили и девушки, ищущие заработок, и клиенты. Следствие установило, что милиционер вовлек в занятие проституцией пять молодых женщин, 23 – 27 лет. Клиентам доставлял их на собственной машине либо на такси. Час любовных утех стоил 1500 рублей. — Половину заработка девушек сотрудник милиции брал себе, — рассказал нам следователь следственного отдела по Автозаводскому району СУ СКП по Нижегородской области Александр Кузьмин. Все это продолжалось с осени прошлого года по май нынешнего. Милиционер в ходе предварительного следствия вину признал полностью. Ему дали три года условно. Тем временем отделом по расследованию особо важных дел СУ СКП РФ по Нижегородской области возбуждено уголовное дело в отношении двух 24-летних оперуполномоченных КМ при ГУВД по Нижегородской области. Их подозревают в покушении на мошенничество с использованием своего служебного положения. По версии следствия, у милиционеров была информация о проведении проверки в отношении одного предпринимателя. Они предложили ему «помощь»: мол, сделаем так, что к уголовной ответственности тебя не привлекут. Свои услуги оперативники оценили в 110 тысяч рублей. Однако реально повлиять на ход событий милиционеры не могли, в чем и заключалось мошенничество. При передаче денег их задержали сотрудники Управления собственной безопасности областного ГУВД. Они дали признательные показания.
