Эпоха капитализма

За!Прошедший 2005 год стал годом масштабных перемен в российском хозяйстве. Те, кто внимательно следит за новостями, могли заметить одну весьма любопытную тенденцию ? все больше ключевых частных промышленных активов переходит под контроль государства. Сначала в руки государства переходит ключевой актив бывшей империи Ходорковского ? «Юганскнефтегаз». Затем все нефтяное хозяйство Абрамовича ? «Сибнефть». Потом часть машиностроительной империи Бендукидзе ? «Силовые машины». И, наконец, в конце года государство вернуло себе контроль над крупнейшим автозаводом страны «АвтоВАЗом», чье руководство теперь будут осуществлять менеджеры из «Рособоронэкспорта», еще одной крупнейшей военно-промышленной госкомпании. И это уже не единичные случаи, можно привести и другие. (А еще ходят упорные слухи, что в ближайшие месяцы внутрь госкомпаний будут затянуты и «Норильский никель», и УГМК, и Евразхолдинг). Мы выбрали лишь самые знаменательные и показательные эпизоды новой тенденции российской экономики. Как ее назвать? Привычное, сладостное для одних и страшное для других слово «национализация» не подходит. Не подходит, потому что структура управлений компаний остается прежней, рыночной. Их акции котируются на бирже, их менеджеры назначаются советом директоров. Правда, контрольный пакет акций уже принадлежит государству, а значит, и совет директоров состоит из чиновников. Исходя из всего вышесказанного, логичнее всего назвать начавшуюся тенденцию как становление госкапитализма. Плохо это или хорошо?Во-первых, это необходимо. И сразу по нескольким причинам. Причина первая ? снижение коррупции. Как ни странно, но в условиях современной российской действительности ни один бизнес, а уж крупный тем более, не может работать, не имея в госструктурах своего человека, которому постоянно необходимо давать «откат». О масштабах этой гигантской коррупции писали уже не раз и не два, но только в последние годы стало понятно, что она угрожает самому факту существования России. А между тем традиционными способами побороть эту коррупцию не было никакой возможности. Доказать факт перевода определенной суммы владельцем компании на счет чиновника, регулирующего отношения в сфере деятельности этой компании, невероятно трудно. И даже посадив двух-трех пойманных за руку коррупционеров, саму коррупцию одолеть практически невозможно. А вот проконтролировать деятельность государственного управляющего, равно как и отследить все финансовые потоки госкомпаний, значительно проще, и даже коррупцию гораздо проще пресекать традиционными средствами МВД и прокуратуры.Причина вторая. В России сложились все условия для экономического рывка. Нам предоставлен уникальный шанс, и если его не использовать в течение ближайших трех-четырех лет, он будет упущен, и возможно, навсегда. Но чтобы воспользоваться этим шансом, необходимы масштабные, если не сказать колоссальные, инвестиции, измеряемые не в миллионах рублей, а в миллиардах долларов. У частных корпораций, сколь бы богаты и могущественны они ни были, таких денег нет, и привлечь они их не смогут. Более того, большинство владельцев частных компаний (не тех, что создавались с нуля, а те, что были приватизированы) настоящими владельцами себя так и не ощутили. Характерен пример Романа Абрамовича, создавшего из «Сибнефти» великолепный инструмент для зарабатывания денег, но не для создания новых производственных мощностей. Ни одного нового нефтеперерабатывающего завода он не построил. А это значит, что ощущал себя не собственником, работающим на будущее своих детей и внуков, а скорее временно назначенным управляющим, которому досталась очень неплохая рента. Стимула вкладываться в развитие крупномасштабных проектов у него не было. А у государства есть. И один из главных стимулов ? безопасность. Если не будет крупномасштабных инвестиционных проектов, страна не будет развиваться. Если она не будет развиваться, она будет слабеть. А если будет слабеть, то в скором времени национальная элита потеряет над ней контроль и он перейдет какой-нибудь внешней силе ? хоть США, хоть Евросоюзу, хоть Китаю. И если частный собственник может за сходную цену уступить свой бизнес, сколь бы масштабным он ни был, то национальная элита такого права не имеет. И, значит, будет вынуждена развивать страну и ее экономику.И она уже развивает. Минувший год отмечен рекордными успехами «Газпрома» ? флагмана российского госкапитализма. Капитализация компании выросла с 60 млрд долларов в начале 2005 года до 200 млрд в начале 2006 года. «Газпром» напрямую выходит на европейский рынок, и готовит масштабный выход на американский и китайский рынок. Плюс к этому начинает развивать два чрезвычайно емких инвестиционных проекта ? строительство Северо-Европейского газопровода и освоение Штокмановского месторождения. Думаете, все это было бы под силу частной корпорации? Нет. А госкомпании под силу. И что лучше?Против!Когда-то ведь это уже было. Еще на нашей памяти, еще совсем недавно, всего каких-то двадцать лет назад. Двадцать лет назад все средства производства в гигантской стране под названием СССР принадлежали государству. А уже через пять лет этого государства не стало. Почему?Хорошее не ломается ? вот и весь ответ. И если система сломалась, значит, она была плоха и слаба, и нечего особо мудрить. А поскольку вся система базировалась на сплошной государственной собственности на средства производства, значит, в этом и был коренной недостаток, сгубивший ее. Государство может управлять активами, это да. История это доказала. Но вот развивать эти активы, а тем более постоянно производить новые ? нет. И это история тоже доказала. К сожалению, на нашем собственном примере. До конца 60‑х СССР шел в русле мирового экономического и научно-технического тренда. Но потом инициатива была потеряна; во многом из-за неповоротливости громоздкой государственно-бюрократической машины и ее неумения перестроить научные и промышленные фонды страны. В результате страна полностью пропустила новый виток научно-технической революции. Компьютеры, мобильные телефоны, телевизоры, музыкальные центры, стиральные машины, холодильники ? все более-менее сложное и работающее на электронике страна сейчас закупает за рубежом. А это значит, что на наши деньги, которые мы платим за импортную продукцию, зарубежные корпорации проводят новые научно-исследовательские работы и вновь готовы вырваться вперед, оставив нас далеко позади, и на этот раз уже навсегда. Не слишком ли высокая плата за управление государством хозяйственными активами страны?Главная проблема коммунизма, социализма и госкапитализма состоит в скорости реакции на изменения в окружающем мире. Создание мощных государственных структур, управляющих экономикой, требует их сознательной жесткости и закрытости ? в иных условиях они попросту не смогут функционировать. Но эта же самая жесткость и структурированность приводят к отсутствию гибкости и к снижению реакции на вызовы внешней среды. Владелец частной компании вряд ли захочет терять свою прибыль, рисковать снижением стоимости компании, а значит, и оставаться без средств к существованию. Поэтому он постоянно и неизбежно заинтересован в отслеживании покупательских предпочтений и своевременной реакцией на них и на изменения в окружающем мире. Государственный чиновник, управляющий компанией, в этом отнюдь не так уж заинтересован ? его зарплата не зависит от уровня прибыли и дохода компании. Стало быть, и в развитии компании он не так заинтересован, как частный собственник.А теперь перейдем от общих рассуждений к частным примерам. Многие сейчас критикуют недавних частных хозяев российской нефтянки за то, что они не создавали новых производственных мощностей. Но вот «Роснефть», абсолютно государственная компания. И то же самое ? за пятнадцать постперестроечных лет ни одного нового нефтеперерабатывающего завода! Государство заявляет ? «сейчас мы будем строить!» А кто раньше мешал? Вам одной «Роснефти» мало, нужна вся нефтянка? Тогда почему ядром складывающегося государственного энергохолдинга становятся самые успешные частные нефтяные компании? Ответ, конечно, ясен, но он тянет за собой другой вопрос. Почему в лихие девяностые государство отдало падающую экономику на откуп частникам в обмен на взимание чиновничьей ренты, а сейчас, как только некоторые отрасли экономики пошли в гору, быстренько подминает их под себя? Нет ли здесь банального лицемерия и примитивной чиновничьей жадности? Очень многие люди ведь именно так и думают, и государство ничего не делает, чтобы их в этом разубедить.Привычное, но оттого не менее раздражающее молчание властей по поводу происходящих масштабных событий становится все более странным. Тенденция налицо, и только ленивый не видит ее в упор, а власть по-прежнему предпочитает отделываться невнятными фразами вроде «удвоения ВВП» и «повышения уровня жизни». Это, конечно, хорошие и благородные цели, но как именно они будут достигаться, какие инструменты при этом будут применяться и чем ради них придется пожертвовать ? об этом ни слова! И даже в случае с «АвтоВАЗом», когда очень можно было чего сказать, вроде того, что Каданников загубил все шансы на возрождение отечественного автопрома, сказано не было ни слова. И от того не покидает тягостное ощущение, что чиновники не восстанавливать автопром собрались, а перехватить финансовые потоки и направить их в другое русло. Будь у государства внятная концепция по развитию автопрома (да и всех остальных отраслей экономики), оно бы ее изложило гражданам. А раз молчит, значит, либо считает нас неспособными понять эту концепцию, либо ее вообще попросту нет.А что касается сомнений по поводу способности частных компаний осуществлять крупномасштабные национальные проекты, то они и ломаного гроша не стоят. Боитесь, что им не хватит денег? Так дайте дешевые долгосрочные кредиты, все равно от лишних денег Стабфонд лопается, и они вернутся. И не просто вернутся, а вместе с построенными объектами. Если нужен пример ? посмотрите на американские компании.Особое мнение.На американские компании смотреть не нужно хотя бы потому, что Россия не Америка, и структура хозяйства ее устроена несколько иначе, чем американская. В Америке предприниматели создавали свои компании сами и с нуля, хоть иногда и при поддержке государства. В России все крупнейшие корпорации возникли в результате передачи государством своих активов в частные руки. И если то, что ты создал сам, априори принадлежит тебе, и очень редко кем это оспаривается, то запутанное распределение многомиллиардных активов вызывает куда больше вопросов и сложностей. Где-то этот процесс привел к успеху, где-то нет. Но так или иначе он закончился, и настало время оглянуться на тот путь, что был пройден за 15 лет, и оценить, что было сделано.Как ни печально, но сделано очень мало. Эпоха капитализма дала многое очень многим гражданам, но еще большим она дала мало или совсем ничего не дала. Частные российские компании оказались не в состоянии конкурировать с акулами мирового бизнеса, и, чувствуя непрочность своего положения и отсутствие поддержки государства, владельцы этих компаний все чаще подумывают об их продаже. В этих условиях гораздо лучше, если они продадут свои компании национальному государству, чем иностранной бизнес-структуре, сколь бы эффективной она ни была. В первом случае прибыль остается в России, во втором ? она уходит за рубеж.Впрочем, и госкомпании могут быть эффективными ? минувший год это показал как нельзя лучше. Чего стоит один «Газпром», вышедший в тройку ведущих мировых энергохолдингов! А РАО ЕЭС, вернувшее себе всю энергетику стран бывшего СССР! А «Внешторгбанк», чьи только зарубежные финансовые активы достигли 9 млрд долларов! А «Совкомфлот», успешнейшее и крупнейшее предприятие отрасли, не прекращающее строить новые уникальные суда! Все это государственные компании, и капитализация их в минувшем году росла гораздо быстрее частных компаний. А сомневающимся в правильности этой политики стоит напомнить, что в минувшем году в страну пришло инвестиций на 57,4 млрд долларов ? в 2,5 раза больше, чем в 2004 году, и впервые больше, чем было вывезено капиталов за рубеж. Деньги всегда идут туда, где чуют успех!