Есть только мы…
Как-то случайно подслушала пожилую пару, сидевшую в парке на лавочке. Мужчина посмотрел на женщину: «Аля, а ведь мы сделали это. Мы постарели вместе»… История целой жизни двух людей, уместившаяся в паре фраз, заставляющих сжиматься сердце радостью и светлой грустью. Я вспоминала тех незнакомцев, глядя на Лидию Ивановну и Виктора Сергеевича Фоминых. И мысленно улыбалась: они тоже сделали это. Господи, какие же они счастливые…Шестьдесят? Это так мало!Если кто-то скажет, что любовь с первого взгляда и на всю жизнь – лишь выдумки неисправимых романтиков, я адресую их к Фоминым. Людям, сумевшим сохранить нежный трепет ее крыльев шесть десятков лет. «Так долго?» – удивятся иные. «Так мало, – вздохнет Лидия Ивановна, и счастье в ее глазах на мгновение сменится слезами. – Еще бы столько же…»Их встреча из тех, что была предначертана самой Судьбой. Иначе как бы коренной москвич Виктор Фомин сумел в Горьком столкнуться на жизненной дороге с юной Лидочкой Краевой, приехавшей из Кстовского района? Шел по улице мимо барака, на крылечке которого сидела с подружкой Она – хрупкая, с длиннющими косами и удивительной улыбкой. Только взглянул разок, а сердце уже откликнулось, зацепилось за улыбку, косы, что-то еще, едва уловимое, пока непонятное, но уже не позволившее забыть эту девушку. Да и Лидочка не стала спорить с нахлынувшим чувством – ответила на ухаживания.Сегодня они вспоминают, как ночами напролет катались на велосипеде и целовались до трех утра. Вспоминают так, будто и не было этих шестидесяти лет. Точно вчера всё случилось. И никуда не делись ни свежесть того первого чувства, ни его новизна, ни желание быть навсегда вместе, единым целым.Непростая девчонка– Мама, она необыкновенная, – Виктор стоял перед матушкой и рассказывал ей про любовь – он был уверен – всей своей жизни.– Папа, я выхожу замуж, – в это же самое время Лидочка, приехавшая домой, в деревню, пыталась испросить у отца родительское благословение на свадьбу.– Нет! – мужчина стукнул по столу кулаком с такой силой, что крепкие доски не выдержали: дочери не было еще и восемнадцати, какая свадьба?– Ты должен понять: это на всю жизнь, – проявила характер Лида. – Всё равно я выйду за него замуж. Я его люблю! – девушка разрыдалась в почти бессильном отчаянии. И отец сдался. Согласился:– Бог с тобой, делай как знаешь.Свадьбу играли 31 декабря. Из деревни приехала вся родня. Больше двух дней гуляли – широко, по-русски, под гармошку и народные песни. А вскоре молодой муж ушел в армию – почти на три с половиной года. И каждый день из Германии, где служил, писал письма двум своим самым любимым женщинам, ждавшим его дома, – жене и маме. Как знать, может, та давняя длинная разлука не давала им надолго расставаться потом, все шестьдесят лет.Друг без друга ни шагу– Пропали мы тогда, – и теперь у Виктора Сергеевича удивительно молодой смех. И нет в его тоне ни капли сожаления, что когда-то хрупкая и скромная Лидочка стала в их семье главной.– Наверное, именно на маминой мудрости всё в доме и держится – и отношения, и любовь, – улыбается сноха Фоминых, жена их единственного сына Вадима Наталья. – Хотя быт сейчас весь на папе – он и полы моет, и посуду. Бережет свою Лидочку.– Да какой секрет? – пожимает плечами Лидия Ивановна в ответ на мой вопрос, как сохранить любовь на столь долгие годы. – Мы вот ссориться толком так и не научились. Я до сих пор не знаю, как Витя ругается. А еще мы всегда вдвоем – и в гости, и по магазинам, и на кухне – борщ варим.Конечно, и у них всякое бывало и бывает, признают. Да у кого же жизнь совсем гладко течет, без порогов и перекатов? Быть может, в этом и есть ее особый вкус, особенное настроение. Но у Фоминых есть негласное правило: если кто-то один начинает ссору, второй просто молчит, пережидает бурю.Они вместе смеются так, как могут смеяться только родные, очень близкие люди. Люди, в жизни которых давно стерты местоимения «я», «он», «она». Все их с успехом заменило одно – «мы». Вот и в день своей бриллиантовой свадьбы, трогательно устроенной в автозаводском Дворце бракосочетания, они всё время держались за руки. И когда слушали историю своей любви как бы со стороны. И когда принимали поздравления от сына со снохой, внука Андрея с его невестой, без пяти минут тогда еще женой Викой. И когда танцевали в зале торжеств свой бриллиантовый вальс… Они действительно вместе. Переплелись душами – не разъединить. И сожалеют только об одном: шестьдесят лет вместе – как же это мало. Вот бы еще столько же…
