Европа против ЕС
Состоявшийся в конце прошлой недели экстренный саммит ЕС был особо примечателен двумя обстоятельствами. Первое: саммит специально собрался по просьбе и по поводу восточноевропейских членов ЕС, потребовавших от отцов-основателей немедленного финансового вспомоществования на решение насущных внутренних проблем. Второе: отцы-основатели ЕС, страны Западной Европы, отказали своим восточноевропейским собратьям в запрошенном вспомоществовании, прозрачно намекнув, что из нынешних экономических бед каждый должен выбираться самостоятельно. Вывод: проект единой Европы в очередной раз, и, кажется, уже окончательно, терпит крах. Нет никакой единой Европы. И уже не будет. Вот одно из первых геополитических следствий нынешнего глобального экономического кризиса. Мечты о единении На протяжении своей более чем тысячелетней истории Европа пыталась объединиться не раз и не два. После падения Римской империи и Великого переселения народов на территории нынешней Европы несколько столетий царил хаос в самом прямом смысле этого слова. Новоселам не было дела не то, что до объединения, но даже и до хоть сколь-нибудь внятного этнического и социально-политического структурирования людской мешанины, которая творилась в тогдашней Европе. На востоке процветала Византийская империя, стремительно рос и расширялся арабский халифат, захвативший в VIII веке почти весь Пиренейский полуостров, а европейцы все варились и болтались в собственном котле, не зная, как лучше устроиться и куда лучше двигаться. Первую попытку сколотить хоть сколь-нибудь внятную и осязаемую единую европейскую структуру предпринял в VIII веке франкский король Карл Великий, сумевшего своими военными походами создать более-менее единое королевство на части территории нынешней Франции, Германии и Италии. Он даже получил от римского папы корону императора. Но после его смерти королевство распалось, империя стала фикцией и роль объединителя Европы пришлось взять святому престолу. На долгие века именно римский папа и католичество стали символами европейского единения. Все, кто признавал главенство папы и исповедовал католичество, считались принадлежавшими к одной семье западноевропейских народов независимо от того, кто у кого находился в светском подчинении: у французского короля, германского императора или итальянского князя. Конечно, были попытки и более реального, военно-политического объединения Европы. Сначала роль объединителей пытались взять на себя германские императоры, раз за разом совершая завоевательные походы в Италию и пытаясь подчинить себе Ватикан. Святой престол отчаянно сопротивлялся, нанося императорам ответные не менее сокрушительные удары. Так возникла многовековая борьба гвельфов и гибеллинов, первых общеевропейских партий. Гвельфы вели борьбу за объединение Европы под властью папы, гибеллины — под властью императора. Почти пятьсот лет борьбы с переменным успехом не принесли особого преимущества ни той ни другой стороне, и тогда в игру вступили национальные властители. Начали испанцы. В XVI веке власть испанских короле распространялась почти на половину Европы. Не считая собственно Испании, они владели Австрией, половиной Италии, Нидерландами, многими немецкими землями. Они нанесли несколько сокрушительных поражений Франции и уже собирались вплотную заняться подчинением Англии, но разгром Великой Армады поставил крест на всеевропейской испанской гегемонии. На пару столетий воцарилось относительное равновесие. Потом Европу задумали объединить французы. Наполеон почти добился своего, распространив власть Франции на всю континентальную Европу, но споткнулся об Англию и Россию, и мечты о единой Европе снова пришлось отложить. В ХХ веке эстафету перехватили немцы — их ждала та же горькая участь, что испанцев и французов. Европейские народы категорически не желали объединяться в единое государство под чьей-то национальной властью. И невозможное возможно Невозможное оказалось возможным после Второй мировой войны, когда разрушенная и обессиленная Европа оказалась поделена между двумя сверхдержавами. Большая часть Западной Европы оказалась под властью США и была объединена американцами под крышей НАТО. Большая часть Восточной и Южной Европы оказалась под влиянием СССР, и, соответственно, в едином лагере Варшавского блока. Именно так: сначала военно-политическое объединение, и только уже под крышей данных военных союзов оказалась возможной экономическая интеграция. И никак иначе. Блок НАТО был организован в 1949 году. Европейское объединение угля и стали — основа и прообраз будущего ЕС — сформировалось только в 1951 году. И все дальнейшее развитие ЕС проходило и было возможным лишь потому, что у западных европейцев не было нужды отвлекаться на военно-стратегические вопросы: за них это делали США. И именно США были заинтересованы в консолидации Западной Европы, в том числе и экономической, как средстве сформировать единый лагерь союзников в противостоянии с СССР. Но вот СССР перестал существовать, Варшавский блок тоже, и началось новое триумфальное объединение Европы. Которое тоже происходило под эгидой НАТО. Все страны Восточной и Южной Европы, вступившие в последние годы в ЕС, проходили своего рода испытательный срок в блоке НАТО, и только потом уже их зачисляли в ряды ЕС. В обмен на лояльность и предоставление территории под военные объекты бывшие сателлиты СССР получали щедрое финансовое вспомоществование и твердые гарантии на грядущее безмятежное существование. Неудивительно, что вся Восточная и Южная Европа дружной толпой устремилась в ЕС как долгожданный рай. Такое впечатление, что весь этот регион в принципе не способен существовать без верховного суверена. Кому-то подчиняться он должен все равно, и совершенно неважно при этом, кому именно: туркам, русским, европейцам или американцам. Бесполезные усилия Но тут взбунтовались сами европейцы, коренные жители старой Западной Европы — немцы, французы, англичане, испанцы, итальянцы. Одно дело — объединиться друг с другом против вполне реального военного противника. Это можно, это допустимо и даже целесообразно. Но какой смысл принимать в нахлебники каких-то венгров, поляков или эстонцев, от которых самим европейцам нет, в сущности, никакого прока? Если американцам нужны военные базы в Восточной Европе, так это их проблемы; непонятно, почему за это должны расплачиваться немцы с французами? Так примерно думали пресловутые немцы с французами и были, в общем-то, недалеки от истины. Открытие границ и расширение Шенгенской зоны почти на всю Европу наводнили западную ее часть восточноевропейскими мигрантами, хлынувшими в Англию, Францию, Германию в поисках работы. Дешевая восточноевропейская рабочая сила сбивала заработки коренным жителям Западной Европы и лишала их рабочих мест. С другой стороны, сами производители стали выносить производства в страны Восточной Европы, где и юридические нормы помягче, и налоги пониже, и рабочая сила дешевле. Остающиеся без работы немцы с французами тихо роптали. Но грянул кризис. И тихий ропот перерос в шумное и открытое недовольство. Когда денег стало вдруг и сразу не хватать всем, естественным оказалось вспомнить старые истины насчет того, что своя рубашка ближе к телу и что дружба дружбой, а табачок врозь. О былом единстве ЕС сейчас как заклинание твердят только брюссельские еврокомиссары. Но им положено, они за это деньги получают. Без единого ЕС само их существование становится бессмысленным. Национальные же лидеры вроде Берлускони, Саркози или Меркель больше озабочены сейчас спасением собственных национальных экономик, нежели сохранением общеевропейского единства, ценой поддержки восточноевропейских собратьев за счет собственных граждан. Так или иначе, но итоги прошедшего в минувшие выходные экстренного саммита ЕС оказались для стран Восточной и Южной Европы крайне неутешительными. Просьба восточноевропейцев о создании фонда в 190 млрд евро для поддержки валют и финансовых рынков их стран была отвергнута. Прибалтике и Болгарии в принятии в зону евро было отказано. Не была признана протекционизмом западноевропейскими странами и поддержка Николя Саркози и своего собственного французского автопрома в ущерб восточноевропейским филиалам и производствам. В общем, разочарование и обида восточноевропейцев на своих западных патронов оказались столь велики, что чешский президент Вацлав Клаус не удержался от сравнения ЕС с Советским Союзом и, в свою очередь, потребовал возвращения на национальный уровень ряда важных полномочий, в свое время радостно и добровольно делегированных Брюсселю. Это уже даже не шантаж. Это бунт. Старая штука. Вассалы готовы служить суверену, пока приятности от такого служения превышают неприятности, а подарки — издержки. Как только издержки перекрывают прибыли, вассалы норовят взбунтоваться. Сейчас как раз такая ситуация. Экономика Восточной Европы на грани коллапса. Внешний долг отдельных стран превышает их ВВП. Инфляция в Прибалтике приближается к 10 проц., что в шесть раз превышает среднеевропейскую. Безработица растет сумасшедшими темпами. И старшие партнеры не желают больше помогать. Ну а раз так, на что они вообще нужны?! И на что нужно ЕС, если оно также не способно справится с проблемами, как и отдельные страны, а зачастую еще и отчаянно мешает решать эти проблемы? В общем, очередной проект единой Европы терпит крах. И если ЕС пока не развалился, то только потому, что существует НАТО. Пока еще.
