Финансовый кризис и шесть соток
Отличительной чертой цивилизации являетсясокращение активного элемента и полноедовольство эмоционально пассивного итрудолюбивого населения.Лев Гумилев.Какая может быть связь между нынешним финансовым кризисом, бодро шагающим по планете, и простеньким позднесоветским изобретением в виде шестисоточного земельного надела? Связь, граждане, тут самая прямая и проще всего выражается в отношениях, как любили толковать марксисты, между базисом и надстройкой. Шесть соток — это базис, биржевые индексы (ну те, которые сейчас в кризисе) — это надстройка. И весь кризис в мире сейчас из-за того, что у очень многих базис поменялся местами с надстройкой. Особенно это заметно на примере США.Ведь в чем фокус? Произошла вольная или невольная подмена понятий. А вслед за этим изменились и реалии (что, кстати, лишний раз убеждает нас в первичности идеи по отношению к материи, как бы ни пытались материалисты доказать обратное). Было признано и доказано аж нобелевскими лауреатами, что основой экономики является не земля и не прочие материальные активы, а финансы и индексы, которые оценивают состояние экономики. Сказано — сделано. И в одной отдельно взятой стране была успешно проведена операция по перемене местами базиса и надстройки. Успех и благополучие стали зависеть не от работы на земле или на заводе, а от правильного (точнее сказать нужного) движения капиталов и индексов.Сейчас уже нет смысла обсуждать, где, когда и почему произошел сбой в этой идеально отлаженной и первоклассно работавшей машине по извлечению прибыли из ничего. Важно то, что, пожалуй, впервые в истории был произведен невиданный отрыв прибыли от актива. Или, говоря проще, теории от реальности. И достаточно было всего лишь одного крохотного сбоя, всего лишь одного искреннего возгласа «А король-то голый!», чтобы вся эта гигантская уродливая, совершенно непропорционально развитая по сравнению с базисом надстройка начала рушиться.Наверное, мало кто знает, что самое сильное в мире десятибалльное землетрясение произошло, не помню уж в каком году, в Монголии. И ни одного погибшего. А в соседнем Китае в этом году произошло куда менее сильное 5 — 6‑балльное землетрясение. В итоге погибло более семидесяти тысяч человек. Отчего так? Оттого что люди во время землетрясения гибнут не от него самого, а от рушившихся зданий и домов, под обломками которых и находят большую часть погибших. Крохотные домики и войлочные юрты в Монголии устояли против страшного землетрясения, и в итоге обошлось без жертв. А грандиозные, но хлипкие строения современного Китая не устояли против вдвое меньшего землетрясения и погребли под своими развалинами десятки тысяч человек. Аналогии очевидны.Американскую экономику сейчас так сильно трясет не потому что слишком выросла, а потому что выросла непропорционально. Как американские небоскребы, чья надземная видимая часть как-то уж слишком превосходит и подавляет фундамент, так и чересчур выросшая финансовая система превосходит и подавляет реальный сектор экономики. Оттого и такая паника сейчас в США. Уж как-то слишком много, непропорционально много людей было занято в финансовом секторе, и, как только он сдулся, все они оказались не у дел.А ведь ничего больше они делать и не умеют. Вот в чем подлинный смысл американской трагедии. В узком профессионализме. То, что считалось главным достижением и преимуществом западной, конкретно англосаксонской, цивилизации, сейчас становится ее главным бичом. Профессионалы своего дела и узкие специалисты хороши и нужны, когда экономика идет вверх, когда хозяйство развивается и создаются новые рабочие места. Когда же экономика на спаде, а паче того в кризисе, когда сжимаются и объем производства, и объем потребления, когда сокращаются рабочие места и происходят массовые увольнения, вот здесь узкие специалисты и профессионалы никому не нужны. И тогда начинается паника.Тут, кстати, есть еще два принципиальных момента, без осознания которых нельзя понять всю глубину нынешнего американского кризиса. Говоря об узких специалистах мы, естественно, имеем в виду нынешних американских специалистов, специалистов, по надстроечной, непроизводственной сфере экономики: брокеров, маклеров, страховых агентов, финансовых аналитиков, адвокатов, продюсеров, режиссеров, и прочая, и прочая, и прочая. В моменты кризисов именно они первыми оказываются на улице и, поскольку, как мы уже говорили, ничего больше не умеют и не знают, найти себе новую работу они не могут. Какой-нибудь сантехник или пекарь нужны всегда, ибо всегда человеку нужно есть хлеб и пользоваться водой, которую сейчас без сантехника в дом не доставишь. Именно поэтому страны с хорошей производственной базой и реальными материальными активами к нынешнему финансовому кризису относятся довольно сдержанно, если не сказать, спокойно. Китай, куда большинство американских и европейских компаний вынесли свои производства, на фоне всех катастрофически падающих биржевых индексов, демонстрирует олимпийское спокойствие и уверенность. Что ему индексы — у него 99 проц. населения занято в реальном секторе экономики и к биржевым показателям не имеют ни малейшего отношения. Соотношение базиса и надстройки в Китае находится в классическом, правильном соответствии, и хотя китайцы двинулись было по американскому пути, но далеко еще не зашли и успеют вовремя остановиться. То же самое касается и Индии, и Японии, и России, и отчасти даже Европы, где стоимость и величина материальных активов до сих пор превышают стоимость и величину нематериальных. Именно те и переживут нынешний кризис, у кого богатство заключено не в акциях и облигациях, а в конкретных материальных активах: заводах, нефти, земле или просто руках, которые могут не просто деньги считать, но и молотком колотить или землю копать.Второй принципиальный момент заключается в том, что, сделав безоглядную ставку на узкий профессионализм и положившись на бесконечный экономический рост, американцы перестали заботиться о запасных аэродромах и, все зная и умея в собственной профессии, за ее пределами они, как правило, ничего не знают и не умеют. Если у русского адвоката или брокера что-нибудь случится с машиной в дороге, любой, даже самый тупой или рафинированный «белый воротничок», за неимением сервиса откроет капот и хотя бы попытается понять в чем дело и «как эту долбаную тачку на хрен с места сдвинуть». Не исключено даже, что и сдвинет. Американский же адвокат или брокер в этой ситуации будет абсолютно беспомощен, и, если рядом не окажется автосервиса, дело его будет дрянь.Русские же всегда все умеют понемногу. Светлейший князь Меньшиков, блистательный петровский вельможа, талантливый полководец хитрейший интриган и первейший казнокрад, когда его сослали с семьей в Сибирь, сам, своими руками, срубил себе избу и поставил церковь, в которой потом его и отпевали. Таким примерам несть числа; жаль за неимением места не можем их привести. В любом случае русский не так боится потерять работу, как американец, потому что и помимо своей работы кое-что умеет. А самое главное, у него есть то, чего нет ни у какого американца, — шесть соток. До сих пор в российских городах, в частном секторе, при всех домах, имеются огороды и палисадники, в которых и картошечка посажена, и огурчики, и капуста, и лучок. Есть чем встретить кризис, есть с чем его и пережить. А что растет при американских домах? Газон. Увы, одним газоном сыт не будешь, и скоро им это придется понять.
