Формализму – нет!
В статье Станислава Смирнова «Реабилитируют ли «заложников буржуазии» поднят вопрос, который не может оставить равнодушным меня — сына таких же репрессированных, но позднее реабилитированных граждан. В статье идет речь об отказе Нижегородской прокуратуры реабилитировать 15 нижегородцев — жертв красного террора времен 1918 года. Отказ поступил в ответ на официальное обращение Комиссии по правам жертв политических репрессий при губернаторе Нижегородской области. Среди незаконно расстрелянных, как сообщает статья, были генерал М.М. Чернов, офицеры, священнослужители… Все они были расстреляны по политическим мотивам, более того, без какой бы то ни было вины, как заложники. То было страшное и кощунственное изобретение большевиков — убивать людей за преступления других, для устрашения, истребления потенциально опасных и т.д. В статье говорится о том, что те 15 заложников есть в списках, которые печатали газеты, есть их имена и в списках из секретных отчетов ЧК, ныне хранящихся в архиве. Казалось бы, чего больше? Есть Закон о реабилитации жертв политических репрессий, есть жертвы репрессий, факт их расстрела зафиксирован в газетах и архивных документах (отчетах). Мотив тоже очевиден — расстреляны как заложники буржуазии. Но всего этого прокуратуре области, видимо, мало. Ссылаясь на формальный предлог — отсутствие приговора в делах или даже самих дел, прокуратура отказывает в реабилитации. Знать, мол, ничего не знаем, бумаг недостаточно. По-моему, это аморально. Неужели, генерал М.М. Чернов, который строил в Дзержинске оборонный завод взрывчатых веществ, то есть трудился на благо Отечества, или офицеры А.К. Герник, Н.Л. Кондратьев, И.А. Белов, воевавшие на фронтах Первой мировой войны за Отечество, менее достойны реабилитации, чем, например, пламенные революционеры — бывшие партфункционеры, чекисты и т. д., в 1917 г. ввергшие страну в хаос, толкнувшие ее в жерло Гражданской войны, погубившие политическими репрессиями тысячи невинных людей, но, по иронии судьбы, сами потом репрессированные при Сталине как враги народа? Думаю, здесь какой-то нравственный перекос. Все перевернуто с ног на голову.На мой взгляд, отказ Нижегородской прокуратуры можно объяснить формальным, бездушным отношением некоторых прокурорских работников, часто понимающих только букву, но не дух Закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» от 1991 года. Думаю, имею право на такое суждение. Мой дед Станислав Терех был арестован осенью 1937 г. по ложному доносу соседа-односельчанина. Наша семья долго не имела никаких сведений о его судьбе. Только через 50 лет, во времена перестройки, на мой запрос из прокуратуры Республики Беларусь пришло сообщение о реабилитации: «Станислав Адамович Терех, рождения 1890 г., расстрелян 7 января 1937г. в Витебской тюрьме за шпионаж и агитацию в пользу буржуазной Польши». А «шпион и агитатор» работал конюхом в колхозе им. Буденного в деревне Гапоново. Имел десять детей мал мала меньше. Младшей дочери было пять лет, старшая дочь — моя мама — рассказывала: «До коллективизации в 1929 году у нас было 11гектаров земли. И хотя семья тяжело работала, до нового урожая не всегда хватало хлеба и зерна для скота. Поэтому отец даже арендовал землю у соседей на условиях: третий сноп себе, а два — хозяину». Семья была очень набожной, христианской. В церковь, в соседнюю деревню Хатавичи, ходили только по престольным праздникам, далеко — за 15 км. И сколько таких трудовых семей было истреблено! А началось все в 1917 году, первый пик репрессий пришелся на 1918‑й. Сколько тогда погибло по вине большевиков крестьян, офицеров, священников, предпринимателей! Если мы — гуманное общество, все жертвы красного террора должны быть реабилитированы, а не только сами большевики — жертвы сталинских репрессий. Материалы по теме:Реабилитации — зеленый светПанихида на Мочальном острове Реабилитация: вопрос не закрыт Масштабы террора в Нижегородской губернии в 1918 году Неизвестно, где покоится раб Божий
