Фуги 38 попугаев
Эту забавную историю мне рассказали коллеги с саранского телевидения.В 60 – 70‑е годы телевидение работало несколько иначе, чем сейчас, видеозаписи практически не существовало, и большинство программ шло в прямом эфире. Причем этому времени была присуща еще одна особенность: на телевидении свирепствовал страшный технический контроль.Подспорье для колготокЧто это значит? Если канал показывал фильм, неважно, документальный или художественный, недостаточно было поставить диск и запустить его в эфир. Имелся кинопроектор, 35-миллиметровая пленка – все это совмещалось с телевизионными устройствами. Не дай бог, если на пленке была какая-нибудь царапина, – страшное дело!В этом случае весь (!) коллектив лишался квартальной премии. А при тех ничтожных заработках, которые тогда имели люди на телевидении, особенно машинистки, ассистенты, младшие редакторы, эти квартальные 50 рублей были огромным подспорьем. Девочки уже заранее планировали, какие колготки и туфельки они себе на эти деньги купят. И если по вине одного человека, который пропустил технический брак, весь коллектив лишался премии, тогда народ был готов повесить этого редактора на своих старых колготках.…Итак, саранское телевидение показывает футбольный матч, в котором играет местная команда. А в перерыве матчей тогда было принято показывать либо 15-минутный мультфильм, либо документальную ленту. Заранее было спланировано сразу по окончании первого тайма поставить пленку с мультиком «38 попугаев». Но перед этим диктор должна была строго по бумажке прочитать примерно такой текст: «Завершился первый тайм, команды ушли на перерыв. А сейчас для наших маленьких зрителей мы покажем мультипликационный фильм».Диктор и корова – это машиныВ те времена всесильный председатель Комитета по радиотелевещанию СССР Сергей Лапин любил повторять фразу: «Подобно тому, как корова – машина для производства молока, диктор – это машина для произнесения слов».Это сейчас ведущие несут с экрана такую отсебятину, что уши порой вянут, а тогда, не дай бог, если диктор произнесет хоть одно слово, отклонившись от написанного текста, который прошел строгий многоступенчатый контроль, завизирован кучей редакторов.Остается пять минут до окончания первого тайма, и вдруг на режиссерский пульт с истошными криками влетает технический контролер и блажит: «Я же не допустил этот фильм к показу. Там же брак!» Режиссер хватается за сердце, начинает умолять контролера все же поставить пленку, поскольку больше ничего не готово. Тот непреклонен: «Не допущу, меня с работы снимут!» Все понимают: будет катастрофа, 15-минутная «дыра» в эфире… Что делать? Пустой стадион показывать?В общем… бах!Тут ассистент режиссера мгновенно реагирует на ситуацию и говорит, что у нас есть новый нераспакованный музыкальный фильм, можно, мол, его поставить. Принимается коллегиальное решение произвести замену. Тут же на коленке кто-то пишет новый текст диктору: «Звучат фуги Баха. Исполняется на органе Домского собора из Риги». Редактор бежит к диктору и кричит: «Валя, вот новый текст, прочти его в перерыве». Та хватается за свой старый, про 38 попугаев и не думает его отдавать. 40 секунд до эфира, а она не сдается. В итоге редактору удается вырвать из рук диктора старый текст, всучить ей новый и убежать из кадра.…И тут с совершенно безумными глазами возникает на экране диктор. Пауза. Наконец из ее уст звучит следующий текст: « Уважаемые товарищи! У нас произошла замена. Вместо мультфильма «38 попугаев» – фуги Баха. Исполняется на Домском органе» (с ударением на первый слог. – Прим. авт.)…» Понимает, что сказала что-то не то, и поправляется: «На дамском органе (опять же с ударением на первый слог в слове «орган»). Простите. В общем, Бах…» И падает в обморок…Смех лишал словаЭту трансляцию смотрело полгорода: матч был важный. Слухи об этом случае быстро распространились по всем телекомпаниям страны. Потом долгие годы ни на одном совещании руководитель этого канала не мог выступить: едва ведущий предоставлял ему слово, как в зале раздавался смех, и едва ли не хором участники совещания скандировали: «…На дамском органе. В общем, Бах…»
