Где этот дом?..
Случилось так, что Антон остался сиротой и его воспитанием занимается государство. Так что пока, пусть это и казенные стены, мальчишке есть где жить. Но именно пока. За Антоном закрепили жилье, в котором он должен поселиться, выйдя во взрослую жизнь. Не сразу выяснилось, что квартиры этой… просто не существует. Улица такая в Дзержинске есть, дом под указанным номером — тоже, а квартиры № 16 в нем нет. И это только одна из нелепостей в истории под названием «квартирный вопрос в сиротской жизни». Ясно, что после выхода из детского дома или интерната теперь уже бывшему воспитаннику надо где-то жить. Есть два варианта: либо на жилплощади, которую за ним закрепили, когда стал сиротой, либо, если не было и нет у него за душой никакого жилья, в квартире, которую предоставит государство. Если жилье закреплено, то, вроде, и проблем нет. Но вот что на деле получается. В Уренском районе, например, за четырьмя детьми из одной семьи, оказавшимися в детском доме, закреплено жилье в деревне Козляна. Вот его описание: окна выбиты, пол вместе с печью провалился, электропроводка отсутствует, надворные постройки упали. Можно здесь жить? А по бумагам жилье имеется. Но его же надо в надлежащем виде сохранять… В Ковернинском районе двум братьям-сиротам предоставили право по вступлении во взрослую жизнь поселиться в доме, который не только недостроен и непригоден для проживания — на него даже нет документов. В Перевозском районе обнаружилось 11 случаев, когда за детьми-сиротами закрепили квартиры или дома, где жить невозможно. А в одном из районов Нижнего Новгорода мальчишке после выхода из детского дома предоставили право жить в квартире, принадлежавшей женщине, не имеющей с этим ребенком никаких родственных связей. К тому же жилье признано непригодным для проживания. Все эти факты выявили прокуроры городов и районов по заданию областной прокуратуры. Последние полтора года обеспечение жильем детей-сирот в этом ведомстве на особом контроле. И если в 2007 году городские и районные прокуроры направили в суд 28 исковых заявлений по нарушениям в этой сфере, то в прошлом году — 51. Вообще, крышу над головой бывшим детдомовцам гарантируют два закона — федеральный и областной.Деньги — из бюджетов страны и региона. Должным образом распорядиться ими — дело районных властей. Однако только в прошлом году прокуроры городов и районов внесли 32 представления по фактам волокиты. — При этом такое отношение к делу, как закрепление жилья, непригодного для проживания, только осложняет ситуацию, — говорит начальник отдела по делам несовершеннолетних и молодежи прокуратуры Нижегородской области Вера Александровна Петрова. — Нет полной картины: сколько же сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на самом деле нуждается в жилье? А закрепляют нередко квартиры и дома, которые принадлежат опекунам, бабушкам и другим родственникам. Но таким образом жилищный вопрос для ребенка окончательно не решается. Трудностей добавляет то, что нет у нас нормативно-правового акта, в котором бы содержались единые требования к закрепляемому жилому помещению. Нет единого порядка учета детей, которым требуется жилье. В итоге в список нуждающихся ребенок может попасть с большим опозданием — ведь ранее по документам все было нормально… А эти документы могут быть, например, такими. В Выксе в личном деле девочки-сироты имелось несколько актов проверки закрепленной за ней квартиры за подписью социального педагога. Однако выяснилось, что на самом деле сохранность имущества никогда не проверялась и все эти акты сфальсифицированы. Официально по области в жилье на сегодня нуждаются 895 сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Нижегородке Ирине было восемь лет, когда она попала в школу-интернат для сирот. Близких родственников у нее нет. Жилья за ней не числилось. В 2004 году ей вручили аттестат и пожелали удачи во «взрослой» жизни. Однако выяснилось, что жилья у Иры как не было, так и нет. — Мне предложили пожить пока в общежитии, — рассказала нам девушка. — Однако через три месяца я поняла, что жить в таких условиях больше не могу. Снимаю комнату в заречной части города за три тысячи рублей. Сумма для меня ощутимая. Работаю официанткой в кафе, зарплата небольшая. Я регулярно приходила в городской департамент соцзащиты, чтобы узнать, когда же решится мой квартирный вопрос. Новостей не было. В конце прошлого года обратилась в суд. Ирину поддержала прокуратура Советского района. Суд иск удовлетворил. — Мне сказали, что квартиру предоставят, но дом, в котором она будет, еще не достроен, поэтому я пока даже адреса не знаю, — сообщила нам Ирина. — Но хорошо, что хоть надежда появилась. Только в Советском районе на учете нуждающихся в жилье 18 человек. — Из них большинство ждут своей очереди уже два-три года, — рассказаланам старший помощник районного прокурора Елена Пакшенкова. — За последние несколько месяцев мы получили четыре заявления от граждан этой категории, в их интересах направили иски в суд. Областная власть делает все возможное, чтобы решить проблему. Если в 2007 году жилье получили 36 человек, то в 2009‑м — уже 161. Несмотря на финансовые трудности, областное правительство решило в этом году увеличить сумму на покупку квартир для детей-сирот на 104,3 млн рублей — почти до 363 млн рублей. Можно будет купить жилье более чем для 300 человек. Квартира должна быть площадью не менее 13 квадратных метров. Между тем в областной прокуратуре намерены с той же тщательностью следить за выполнением закона. Проверки проводятся не реже раза в полугодие.
