Города героев

…Под утро 9 Мая приснились мне звуки метронома. Того, чтоотсчитывает секунды в минуту молчания. Но что-то неведомое сбивало такт.Открыла глаза и поняла: это просто дождь, редко стучащий в окно. День сослезами на глазах. Об этом знает даже небо.Память с открытой датойБессмертный полк, хоть и выходит на улицы лишь в ДеньПобеды, – тема с открытой датой. Потому что вспоминать своих семейных героевраз в год не просто неправильно. Безнравственно. И коль уж хотим мы сохранитьпамять о Великой Оте­чественной, то и идти к этой цели должно не только впраздничных колоннах 9 Мая. Иначе дети наши будут помнить не о подвиге предков,а о ежегодной акции. Трогательной, мощной, нужной, важной, но всё-таки акции.Тем более нет у них возможности, что выпала людям старшего и среднего возраста:расти рядом с теми, для кого война – не несколько страниц в учебнике истории.Ольга Крючкова из тех, кому повезло: к своей бабушке – АннеВасильевне Вахтиной – с детства ездила в деревню каждое лето.– Она прожила 92 года, её не стало в 2016‑м, – рассказываетОльга. – Когда началась война, ей исполнилось 17.Я смотрю на портрет пожилой женщины в платочке, завязанномузелком под подбородком (так мило, по-деревенски), на ряды наград,прикреплённых к простенькой кофточке, и пытаюсь представить себе молодуюдевчонку, прошедшую всю войну сапёром.– Про фронт бабуля рассказывала, только как было тяжело, каквсе были заряжены общей идеей – победить врага, – продолжает внучка. – И всегдадобавляла: «Не могли мы, Оленька, не выиграть войну». А вот это, – женщинакивает ещё на один портрет, – наш дедушка – Василий Тимофеевич Шалимов.Танкист. Дважды был ранен, лежал в госпиталях, но всегда возвращался в строй.Дошёл до Берлина.Рядом с мамой Олей стоят её дочка Аня и племянник ПашаШалимов. Слушают внимательно. В итоге Аня обещает:– Мы всегда будем отмечать этот праздник. И всегда будемпомнить, сколько народу погибло на войне.Пусть так и сложится, девочка.Бессмертный полк прошёл более чем в 60 странах мира.Объединяющее прошлое– Это от нас зависит, будут ли День Победы отмечать через10, 20 лет, – уверен Валерий Яковлев. – Если мы своим детям сможем объяснитьсуть этого праздника, тогда да. Ведь не было бы его, может, и всех остальных небыло бы. Да и нас тоже.Молодой человек сегодня помогает волонтёрам Бессмертногополка, но в руках у него не флаг акции, а портрет деда – Виктора ВасильевичаГусева.– Он был моряком, ходил на катере, они ставили загражденияот подводных лодок, – парень смотрит на фото, точно сдаёт солдату экзамен назнание его фронтового пути.Я спрашиваю его, почему Бессмертный полк стал такиммассовым, и слышу ответ:– Нестабильность ситуации. 9 Мая – основное, что объединяет сегодня людей. В Россиивсегда было так: нас объединяли наши предки. То же происходит и сейчас.Мы ушли из кино. А они – из жизниВ колоннах много детей. Родители привели их сегодня сюда,чтобы напитать духом памяти и гордости.– Благодаря этой акции я стал узнавать подробности о судьбесвоего деда – Александра Ивановича Петелина, – внук героя и его тёзка АлександрПетелин встал в колонны Бессмертного полка вместе с женой Светланой и дочерьюДианой. – Дед служил в разведке, у него несколько орденов, был тяжело ранен.– Он воевал в 121‑м стрелковом полку, – вносит уточнение11-летняя Диана, подглядывая надпись на обороте штендера.Девочка рассказывает, что и про прадеда ей интереснослушать, и фильмы про войну она смотрит:– На «Сталинград» ходили, только я плакала, и мы ушли.– Мы-то из кино ушли, а они – из жизни, – вздыхает мамаСвета.…Колонна потихоньку начинает движение к площади Минина иПожарского. То там, то здесь звучит гармошка. Люди поют «Катюшу» и «Тёмнуюночь», практически не обращая внимания на усиливающийся дождь. Лишь кто-тозаботливо раскрывает зонтики. Не над собой – над портретами.С одного из них улыбается красавец мужчина в армейскойгимнастёрке.– Я очень похожа на своего деда – Дмитрия Макаровича Пащенко– и очень этим горжусь, – говорит Ирина Ромачёва. – Он служил на Черноморскомфлоте, освобождал Севастополь, болгарскую Варну, у него есть медаль «Заотвагу». Я просто уверена: у нас получится сохранить эту память. По крайнеймере, дочь свою так воспитываю. Она сейчас в другой стране, в Словакии, но язнаю: сегодня в Братиславе она тоже встала в колонну Бессмертного полка спортретом своего прадеда.Сахар в осколкахОльга Александровна Карелина устала: с восьми утра нанабережной – в её-то 83 года. В руках – портрет отца, Александра ВасильевичаКарасёва. Южный фронт, Украинский, Прибалтийский, Япония. Пока папа бил врага,маленькая Оля танцевала и рассказывала стихи раненым в госпитале, шила кисеты.– Знаете, что такое кисет? – хитро прищуривается она и,услышав, что это мешочек для табака, признаётся: – Так трудно было верёвочкутуда вставить, чтобы она затягивалась! Ещё помню из тех лет, как папа нампосылки присылал. А в них – абрикосовый компот и паштет куриный. Им в пайкедавали. Мы и не знали, что это такое. А как-то сахарный песок в термосеприслал. Мама открыла, а там песок вперемешку с осколками – колба по дорогеразбилась. Как она жалела!…Людская река, текущая по площади, по Зеленскому съезду,кажется бесконечной, даже когда течёшь вместе с ней. Чуть позже подсчитают: впромозглом, дождливом Нижнем Новгороде в этот день в колонны Бессмертного полкавстали более 20 тысяч человек. Намного больше, чем в солнечный победныйпраздник 2016-го. В какой-то момент над колоннами проносится лёгкий шелест –это люди, собравшиеся на площади Минина и Пожарского, начинают тихонькоаплодировать. Нет, не тем, кто несёт портреты героев. Самим героям. Сердцеостанавливается, перехватывает горло, а по щекам струятся слёзы. Слёзы радости.Слёзы гордости. Слёзы горечи. Как тот сахар в осколках…