Государевы люди
Скажите, уважаемые читатели, кому-нибудь из вас доводилось встречать такое объявление: «Срочно требуется квалифицированный специалист на должность чиновника»? Инженеры требуются, сантехники требуются, слесари, продавцы, водители мусоровозов? Чиновники проходят по другому ведомству востребованности. Слишком специфическая это профессия. Да нет, не профессия вовсе, а особое призвание, требующее таких же особых качеств характера: организаторских, публичных, волевых.Издавна их, управленцев властных структур, именовали «государевыми людьми», умеющими нести бремя ответственности как за судьбы маленьких коллективов, так и за целые секторы экономики. Слишком большой спрос с каждого из них по ступенькам управленческой лестницы. Потому их не берут по объявлению с улицы. Их ищут, за ними наблюдают, их изучают и воспитывают, их готовят и только затем выдвигают. И что бы ни говорили, в советское время существовала отточенная система подготовки и отбора руководящих кадров. Хотя и тогда ошибок избегать не удавалось. Но они были крайне редки. О сталинских жестоких кадровых жерновах и напоминать не стоит ? каждый головой отвечал. А уж классическая формула вождя «Кадры решают все!» не устарела до сих пор.Конечно, чиновник чиновнику рознь. Их степень ответственности возрастает снизу вверх в геометрической прогрессии. Недаром же с царских времен существовала табель о рангах: письмоводитель, столоначальник, советник, государственный советник. Собственно, слово «чиновник» ? как раз от слова «чин», тот же ранг, та же ступень. Это потом появились и «бюрократ», и «чинуша», и «волокитчик», а в нынешние времена уж совсем страшное: «коррупционер», «взяточник». Хотя эти родовые признаки существовали всегда. И классическая русская литература вдоволь «поплясала» на этих пороках, от Гоголя и Салтыкова-Щедрина до советских фильмов, обличающих чинодралов типа Бывалова из «Волги-Волги».Хватает критических стрел в адрес современных чиновников и ныне. Во-первых, потому, что уж слишком много их развелось. Во всем Советском Союзе их насчитывалось 600 тысяч, в нынешней уполовиненной России ? почти полтора миллиона. Да оно и без подсчета видно, когда, скажем, глянешь на наш кремль в предрабочие минуты. Толпы спешащих столоначальников и поток персональных авто гуще, чем в пересменку у проходной большого завода. Все присутственные здания переполнены, а бесчисленные министерства и департаменты еще и по всему городу разбросаны. Но, с другой стороны, можно согласиться с утверждением, что изменились условия функционирования властных структур, потребовавшие иных подходов к управлению. Они неимоверно усложнились против прежней административной системы, потребовали создания многочисленных дополнительных контролирующих, разрешающих, регламентирующих, поднадзорных органов, инспекций, служб и прочих контор. Доходит до смешного. Создали при аграрном ведомстве еще один отдел, а разместить новый штат негде. Так и без того тесный зальчик заседаний уполовинили, чтобы отгородить очередные кабинеты.Во-вторых, что особенно болезненно для общества, неискоренимость коррупции, с которой безуспешно борется страна. Но пока что с переменным успехом. Хотя в последние годы все больше и больше процессов выявления номенклатурных взяточников. С другой стороны, просто умиляют стенания о бедном чиновнике, за которого стоит замолвить слово. Мол, надо им кратно увеличить зарплаты (а они и так немаленькие), чтобы не было соблазна взятки брать. Ловко. Нашли метод борьбы с коррупцией! Заместитель генерального прокурора РФ А. Буксман отважился обнародовать тайну: «Объем коррупции в России составляет 240 миллиардов долларов в год, что сопоставимо с федеральным бюджетом». Показательные аресты оборотней от власти и размеры обнародованных взяток поражают воображение. Да ведь не мелкие клерки, а все чиновники федеральных органов, мэры городов. В нашей области ? главы районов. И то верно: у винца да не напиться. Все наши законы как будто нарочно составлены на взяткоемкость. С тем же распределением земельных участков. На чем больше всего и горят лихоимцы. Опасное сращение власти и капитала увещеваниями не изжить. Далеко зашли. И логика борьбы с коррупцией какая-то перевернутая: оказывается, вор нужен государству, чтобы выявлять слабые точки законов. А не наоборот: нужны такие законы, чтобы не было ни малейшей лазейки для взяточников. Наше общество уже устало от этого торжествующего порока.Прошел слух, что великий Церетели ваяет скульптуру честного чиновника. Нашел, значит, прототип.
