Храм притягивает взоры

Еще в девяностых годах прошлого века в церковь села Семьяны Воротынского района в дни православных праздников, на воскресные службы собиралось очень много народу. Ведь это был почти единственный храм на всю округу. А крестить детей, венчаться сюда приезжали даже из дальних мест, из Чувашии. Может, потому, что церковь была красивой, а служил здесь полюбившийся многим прихожанам молодой, но почитаемый священник отец Евгений в миру Е. А. Арапов. Известно, что в начале девятнадцатого века здесь стояла деревянная церковь, но многочисленные пожары не обходили её стороной. Новый священник о.Иоанн Флёров, прибывший сюда в 1895 году, озабоченный сохранностью храма, задумал возвести кирпичное здание и стал уговаривать на это прихожан. Но те нелегко шли на уговоры, потому что надо было давать средства на строительство и принимать участие в строительных работах. Первое же, с чего следовало начинать, — это изготовление кирпича, так как такой строительный материал приобрести было негде. Отец Иоанн был образованным человеком, имел настойчивый и целеустремленный характер. Он вел подробные дневники, часть которых невероятным образом сохранилась и недавно была опубликована в книге местного издания, посвященной истории села Семьяны. Не сразу удалось убедить односельчан, что кирпичная церковь будет долговечнее и красивее. Много горьких слов записано в дневнике батюшки по поводу непонимания прихожан. И всё же хлопоты увенчались успехом. Священник получил благословение в Нижегородской епархии и даже обещание помочь средствами на строительство. На правой стороне церковного притвора ныне можно видеть такую надпись, исполненную старинной вязью: «Заложен сей святой храм во имя собора Архистратига Божия Михаила и прочих Бесплотных сил …в 1902 году июня 9‑го дня…Освящен преосвященнейшим Иоакимом, епископом Нижегородским и Арзамасским 1912 года сентября 23 дня». Еще лет пятнадцать назад мне много рассказывала о церкви и об отце Иоанне Флёрове старожил села Анастасия Александровна Мужанова. Ей было тогда около восьмидесяти пяти лет, но память её была удивительной. Родители Анастасии были людьми набожными и с самых ранних лет водили девочку в церковь, не пропуская ни одной службы. В моем журналистском блокноте сохранились записи бесед с Мужановой, которые я с удивлением перечитывала недавно перед поездкой в Семьяны. «Отец Иоанн был красивый и умный, его все любили. Он сам показал мужикам, где надо брать глину для кирпичей, помогал делать печь для обжига. Работа шла медленно: много ли кирпичей можно было заложить в горн за один раз. Но с каждым летом стопы кирпичей росли все заметнее. Года три-четыре мне было, когда начали класть стены. Не знаю, звали ль кого со стороны, но наши мужики все поработали на церкви. Батюшка любил меня, наверно, заметил мое прилежание на службах. Я пошла учиться в земскую школу, но вскоре отец Иоанн открыл для ребятишек церковно-приходскую, я стала ходить к нему. Любила петь с хором, но отец не позволял вставать на клирос». Хорошо запомнила девочка события, связанные с арестом батюшки. Было это в 1918 году. Однажды приехали в село на тарантасе, запряженном тройкой лошадей, мужчины в кожаных пиджаках. Церковь была заперта. Послали за священником, потом все вошли внутрь. Больше никого не пустили, поэтому неизвестно, о чем там говорили. Вскоре все вышли и снова сели в тарантас вместе с батюшкой. А вокруг церкви уже собралась огромная толпа, все кричали, некоторые плакали, предчувствуя беду. Отец Иоанн перекрестил толпу и сказал: «Прощайте». Больше ему сказать ничего не удалось, подвода тронулась. Однако через три дня Флёров вернулся в село, все облегченно вздохнули. Люди уже знали о преследованиях священнослужителей в других селах. Только недолго продолжал служить Богу и людям священник Флёров. Вскоре налет «кожанов» повторился, в церкви провели обыск, а батюшку арестовали и опять увезли. Прихожане искренне жалели своего священника, ведь он к тому времени прожил в Семьянах уже больше двадцати лет. И красавец храм, в полном смысле творение Флёрова, был гордостью селян. Многие долго бежали за подводой, а Настя добежала аж до самого Воротынца — это около восьми километров. Больше отца Иоанна здесь не видели. Много позже узнали, что его без суда и следствия расстреляли вместе с другими священнослужителями. Но церковь тогда не закрыли, служба в ней продолжалась до 1936 года. Тогда же и колокола с колокольни сбросили и сдали на переплавку. Верующие с удовлетворением отмечают, что храм, хоть и не работал, но никогда не осквернялся. В нем не было ни складов, ни хранилищ, ни клуба. Мужанова рассказала и об одной хитрости односельчанки, благодаря чему церковь осталась неприкосновенной. Ей поручили хранить ключи от храма. Однажды к ней прислали нарочного: надо, мол, двери открыть, будут решать, что делать с пустующим помещением. А ключница попросила сказать, что её дома не застали, мол, в другой район к родственникам уехала. И неизвестно, надолго ли. Ломать добротные замки не стали. А женщина задами и огородами в самом деле ушла из дома и не возвращалась несколько дней. Службы возобновились после войны. С начала девяностых годов настоятелем храма стал отец Евгений. Прихожане одобряют его, доверяют и помогают, чем могут. Сейчас службы проходят в сопровождении хора, который создали сами прихожане. Ни одной службы не пропускает бывшая колхозница Нина Михайловна Уткина. Вместе с другими женщинами она поет в хоре. Да обидно, что в храм мало народа приходит. Особенно вечерами. Зато по праздникам службы проходят очень торжественно и красиво. У отца Евгения и его матушки пятеро детей. Двое еще учатся в школе, трое уже вышли на самостоятельную дорогу. Сын стал иконописцем, дочь освоила рукоделие, вышивает предметы церковного облачения в Подмосковье. Учителя отзываются обо всех детях священника как о дисциплинированных и благовоспитанных. Это заслуга его и матушки Зинаиды, тоже уважаемой в селе женщины, помогающей во всем отцу Евгению. А колокола в селе снова звонят серебряным звоном. И помог церкви когда-то губернатор Иван Петрович Скляров. Приехав в Семьяны, он осмотрел храм, восхитился его внешним видом и внутренним убранством. Отец Евгений поделился своей мечтой установить новые колокола. Они там были, но небольшие и слабоголосые. Губернатор пообещал. И через некоторое время из Нижнего Новгорода сообщили, что можно приехать за обещанным. С какой бы стороны ни подъезжал к Семьянам, отовсюду увидишь золотые луковки храма. И верующие, и вроде бы равнодушные к вере люди непременно хоть изредка, но заходят сюда, чтобы очиститься душой от повседневной суеты и сумятицы.