Икона как повествование
Каноническая икона «Рождество Христово» — настоящее повествование в красках о рождении Иисуса Христа и о нераздельном слиянии в нем Божественного и человеческого. «Человеческое и Божественное во Христе связано неслитно, неизменно, нераздельно, неразлучно», — цитирует богословов сидящая с кистью перед почти завершенной иконой преподаватель иконописного отделения при Нижегородском женском духовном училище Мария Морозова. Копия знаменитой иконы, которую она пишет с ноября прошлого года, 7 января будет торжественно внесена на постоянное местопребывание в нижегородский кафедральный собор в честь Святого благоверного князя Александра Невского. Иконописец не отходит от нее каждый день по девять часов. С 11 утра до восьми часов вечера. Отдыхает только в выходные. — Бывает, и по ночам рисуем, когда не успеваем к сроку подготовить заказ, — признается Мария. — У каждого мастера свою скорость письма. Я рисую не очень быстро, но тут скорость и не нужна, главное — результат. Видите эти две фигуры внизу — Иосифа и злобного на вид пастуха, выражающего сомнение в Непорочном зачатии? — продолжает она. — Эта часть иконы — указание на Божественное происхождение Спасителя. Справа внизу изображено купание младенца Иисуса — ведь он воспринял человеческую плоть полностью, оставаясь при этом Богом. Мария рассказывает о каждой детали своей работы, раскрывая ее смысл. Например, ясли, в которых лежит младенец, изображенный в центре иконы, неспроста напоминают гроб. Ведь Иисус родился, чтобы пострадать за людей, искупить их грех. А детские пеленки похожи на погребальные пелены, которыми потом обернут тело снятого с Креста Спасителя. Это тоже знак. Ученица третьего курса иконописного отделения Анна Кичаева тоже рисует копию этой иконы. Но у нее пока только учебная задача. Сейчас она делает карандашный набросок. — Самое главное, — говорит Анна, — понять пластику иконы. Над этим и работаю. Задание по рисунку иконы дают только на третьем курсе училища. До этого девушки рисуют отдельные фрагменты — «таблетки» или «клеймо». Второкурсниц Дарью и Марию Пономаревых мы как раз и застали за этой работой. Перед одной из них — книга наподобие медицинского атласа: по ней будущие иконописцы изучают строение человеческого тела и его пропорции, чтобы понять, как идет рука, предугадать движение всех частей тела. Кстати, Мария Пономарева, по ее словам, решила стать иконописцем с трех лет. Просто села однажды перед табуреткой с листком бумаги и начала рисовать лица, выписывая глаза, рты, носы. Носы до этого у нее не получались, а тут вдруг раз — и начали выходить. — Меня с детства интересовало, почему на иконах такие удлиненные фигуры, ведь это же образы людей, — делится она. — Хотелось больше узнать об этом. Сестры из семьи ульяновского священнослужителя, поэтому родители с пониманием отнеслись к их желанию стать иконописцами. Девушкам осталось учиться еще два года, потом надо будет определяться с местом работы. Говорят, хотелось бы остаться в Нижнем — ведь здесь много храмов и духовных школ. Но будущее место работы заранее принципиально не присматривают. Как говорит с не по годам взрослой мудростью 18-летняя Мария, «когда ищешь, возникает много вопросов, и только запутываешься. А если не спешишь, все само к тебе придет». Сейчас они живут в общежитии при женском духовном училище, выполняют там послушания, например, чистить овощи к обеду или убирать снег на прилегающей территории. И хотя в женское общежитие кавалеров даже на праздник не пускают — правила у них строгие, но двойняшки уверены, что и в Новый год скучать не будут: «Нам и друг с другом весело!» Среди нынешних десяти учениц иконописного отделения есть и настоящие самородки, в которых сочетаются высокие внутренние качества, предъявляемые иконописцам, и яркий талант. Одна из таких «звездочек» сейчас по семейным обстоятельствам учится заочно. Специальность, которую они получают, — иконописец русской православной иконы. — Все, кто поступает к нам на иконописное отделение, обязательно должны закончить перед этим художественную школу и сдать при этом экзамены не только по рисунку и основным предметам, но и по Закону Божьему, — говорит заведующая иконописным отделением училища Светлана Александровна Смолякова. — Наши ученицы обязательно должны быть воцерковленными людьми — ходить на службу в церкви, причащаться, поститься. Учат рисовать здесь в традиции древнего канона, существовавшего до XVI века. Он был заново открыт, по словам Светланы Александровны, в конце позапрошлого века, когда реставраторы, убирая потемневшую олифу на черных от времени досках, увидели под ней древние иконы. Эта традиция была сохранена благодаря трудам тайной монахини сестры Иулиании: она в советские годы создала для семинаристов кружок иконописцев и учила их технике и содержанию канонической иконы. А вообще первые женщины-иконописцы появились в конце 60‑х годов XIX века, когда при многих монастырях, в том числе и женских, начали открываться иконописные мастерские. Сейчас в России почти при каждой епархии создаются иконописные школы. Самые известные из них — московская иконописная школа при духовной академии Троице-Сергиевой лавры в Сергиевом Посаде и санкт-петербургская школа. По словам Светланы Александровны, в столичных школах подготовка у абитуриентов сильнее — туда принимают только после художественного училища. Поэтому в нижегородском иконописном отделении приходится несколько перестраивать программу и многому доучивать — у учениц в багаже обычно лишь художественные школы. Это отделение существует всего четыре года, так что первый выпуск у них еще впереди. «У владыки большие надежды на наших учениц: нижегородской епархии нужны реставраторы в храмы, иконописцы для мастерских, — говорит Светлана Александровна. — Так что будем работать».
