Как делили «Апельсин»
Спектакль «Подходцев и двое других» завершил череду премьерв Нижегородском театре драмы буквально перед закрытием сезона. Четверть векаактёр и режиссёр Анатолий Фирстов мечтал превратить повесть Аркадия Аверченко вспектакль. Он даже написал инсценировку, в которой сам мечтал сыграть Громова,но сбылась мечта – пусть немного иначе, только сейчас.Пришёл ПодходцевВ Андрее Соцкове, молодом артисте, недавно пришедшим втеатр, Анатолий Фирстов вдруг увидел Подходцева, и работа над будущимспектаклем началась. Музыку написал Михаил Хейфец, встретивший свой юбилей влистах будущей партитуры, рассыпанных по синтезатору. Главный художник театраБорис Шлямин превратил пространство сцены в меняющуюся, словно в калейдоскопе,картину жизни и быта начала века, в которой квартира Подходцева путём нехитрыхперестановок превращается то в улицу, то в богатые апартаменты, то в ресторан.А молодые артисты с жаром взялись за работу над историей, увидевшей свет ровносто лет назад, накануне перемен, всколыхнувших целую страну. В итоге получиласьвесёлая, но с налётом грусти и, быть может, предвидением непростого будущегоистория о жизни и проделках трёх молодых людей. Их случайное и дажеанекдотичное знакомство переросло в крепкую дружбу, которая подарилановоявленным мушкетёрам множество приключений и заставила находить пути выходаиз самых безвыходных ситуаций.ТриединствоИ вот зрители с интересом наблюдают за тем, как Подходцев,Громов и Клинков начинают реализовывать свои «маниловские» проекты, которыедолжны привести их к известности и изобилию.Немного необычным получился образ Подходцева в исполненииАндрея Соцкова. Дерзкий и грустный, весёлый и задумчивый – его настроениеменяется и меняет всё вокруг. Растерянного чудака Громова, частенько витающегов облаках, показал зрителям Валентин Ометов. Его герой постоянно попадает взапутанные ситуации и с точно переданной наивностью умудряется с помощьюдрузей вывернуться в самый последний момент. Уморительно смешным и в то жевремя очень симпатичным и нежным получился ловелас Клинков у Евгения Зерина. Онсоздал настолько узнаваемый образ, что даже знатоки Аверченко полностью емуверят, забыв о крупном кареглазом восточного вида брюнете, описанном писателем.Прелестна Евдокия Антоновна в исполнении Алёны Глазыриной. При взгляде на неёпочему-то сразу вспоминается мадам Грицацуева, точно так же млеющая от любви кмужу и готовая на всё, чтобы никогда с ним не расставаться. Столько трепетнойнежности и преклонения сегодня встретить в женщине практически невозможно.Создатели спектакля не побоялись вывести на сцену ребёнка в роли ребёнка и непрогадали. Маленькую девочку Валю сыграла юная Саша Зерина, словно забывшая,что она на сцене рядом с родителями, и полностью погрузившаяся в предложеннуюигру. На коленях у отца она бойко представляет его неизвестным соседом. Аиграющий её отца Иван Старжинский смог передать все оттенки чувств брошенного иоболганного мужа, устало и стоически принимающего любые жизненные ситуации.Ветреная супруга и мать Марья Николаевна в исполнении Марии Мельниковойобворожительна и нежно-безнравственна! Смотреть на неё – одно удовольствие, итем горше кажется печаль случайно влюбившегося в неё романтика и глубоко емусочувствующих друзей.Этой премьерой театр драмы 14 сентября откроет свой новый,юбилейный 220‑й сезон.Предчувствие разрываКаких только приключений не выпало героям Аверченко и чтотолько не приходится им придумывать для добывания денег – от издания журнала«Апельсин» до несостоявшейся дуэли. Здесь есть и удачные хитрости, и мгновенныекрушения надежд, и свадьбы, и разводы, и получение наследства. Забавна сценаотъёма денег у «подлеца Харченко» (Николай Смирнов). Зрители хохочут над аферойс якобы отравившемся насмерть гостем, дикой историей о закопанном в оврагепокойнике и разыскивающем его брате-близнеце.Но с укреплением положения друзей в жизни веселья ибеззаботности становится всё меньше, а удары, обрушивающиеся на их дружбу, всёсильнее. Молодость, бесшабашность и свобода заканчиваются. Клинков получаетнаследство и уезжает, Громов увязает в семейном быту, а недавно вырвавшийся изсемейных оков Подходцев остаётся один… Именно так заканчиваются многие историидружбы, которые казались нерушимыми. Встретятся ли герои снова – каждый зрительрешает сам, испытывая вместе с оставшимся наедине с собой Подходцевым светлуюгрусть, тревогу перед неизвестным будущим и благодарность за всё то светлое,что случилось с ним в годы пусть голодной, но такой упоительно сладостнойнеповторимой юности.
