Картель зарождается в ресторане

Нынче Нижегородское Управление федеральной антимонопольной службы занимает 9‑е место в стране по результатам своей деятельности (4 года назад — 53‑я итоговая позиция). В первую очередь это говорит о том, насколько эффективно антимонопольные органы работают на территории региона, какую пользу приносят не только бюджету, но и рядовым жителям.Об этом и многом другом в эксклюзивном интервью нашей газете рассказывает руководитель Нижегородского УФАС Михаил Теодорович.Новелла о насильственном насыщении— Михаил Леонидович, одно дело нижегородского УФАС вошло в двадцатку лучших в России по итогам 2011 – 2012 годов. В чем заключалась суть работы, проведенной нижегородскими антимонопольщиками?— Это совсем свеженькая история. Дело было возбуждено в отношении Федеральной пассажирской компании, касалось оно питания в вагонах поезда «Буревестник». Пассажир идет в кассу, покупает билет на поезд и видит, что в его цене заложено 170 рублей за еду.Он начинает возмущаться, просит продать ему билет без питания, приводит при этом свои веские доводы: врачи запрещают употреблять эти продукты в пищу, вероисповедание не позволяет. Ему отвечают: нет такого билета.Естественно, недовольство людей понятно. 170 рублей для кого-то — не такая маленькая сумма. С чем ее можно сравнить? Например, с социальным пособием, которое назначается в соответствии с нашим областным законом. Понятно, что если люди ездят на таком поезде эконом-классом, то они стараются приобрести билеты нижнего ценового сегмента.Народ стал обращаться к нам с жалобами. По заявлениям частных лиц мы тщательно исследовали ситуацию и увидели, что проблема касается большого количества людей. Явление это массовое, причем такого рода поезда курсируют по всей великой России.Решения, которые были приняты по данной проблеме, дали людям понять, что есть «свет в конце тоннеля», и очень большое количество пассажиров как в настоящем, так и в будущем смогут воспользоваться результатами нашей работы.Второй критерий — соображения справедливости. У людей должен быть выбор, и такая ситуация является сильным раздражителем. Я уж не говорю о том, что это нарушение закона. Эти 170 рублей в виде продуктового набора и есть злоупотребление силой, доминирующим положением.В суде мы представляли сведения, которые были получены на официальных сайтах. И эти сведения судами были приняты в качестве доказательств.Еще раз — и ты «рецидивист»— Эта победа УФАС — в первую очередь заслуга ваших юристов?— Мы действуем системно. Конечно, юридический анализ — прежде всего. Но здесь присутствует много экономики, есть и социальная составляющая, и элемент стратегического подхода. Когда рассматривается дело, специалисты не должны замыкаться в своем круге. У нас так заведено: должно быть горизонтальное содержательное общение при сборе и анализе информации. Оценкой же тех или иных фактов занимаются члены специальной комиссии.— Какое наказание за эту свою «самодеятельность» понесла Федеральная пассажирская компания?— Штраф составил 100 тысяч рублей. Это символическая сумма, но для нас принципиально важно то, что вина доказана и подтверждена судебными решениями. Руководство компании до сих пор уверено в своей правоте, но, с другой стороны, оно демонстрирует свою законопослушность.Если люди еще раз встанут на те же «грабли» — тогда они становятся злостными нарушителями. «Рецидивистами», как раньше говорили. А это уже другой подход, другое наказание.«Грубить» с ценами ФАС не позволит— Михаил Леонидович, а чем закончилась ситуация полуторагодичной давности, о которой рассказывала наша газета? Тогда руководство компании «Сибур-нефтехим» добровольно признало свое участие в картельном сговоре…— Сибуровцы «загрубили» с ценой на продукцию своего химического производства. Но какие санкции были приняты, мы пока говорить не можем, поскольку дело находится в производстве Федеральной антимонопольной службы. В интересах расследования мы не имеем права разглашать подробности. Могу только сказать, что действия антимонопольной службы, которые проводились в рамках этого дела на территории Нижегородской области, и их результаты имели большое значение. Были добыты важные доказательства.За трендом просматривается чья-то рука— Какие рынки наиболее подвержены картельным сговорам, как их удается выявлять в случае, если компании добровольно этого не признают?— В первую очередь, это рынки концентрированные, с большими объемами поставок и оборотами, рынки промежуточной продукции — сырья, оптовики, которые распоряжаются крупными партиями продуктов питания. Та же рыба, к примеру. Этим занимаются серьезные компании, которые имеют большие многотоннажные суда. Но при этом самих игроков рынка не так-то и много. Когда их тысячи, договориться трудно. Когда пять-шесть на всю страну, не проблема пойти в ресторан и там все вопросы порешать… Такого рода фактов предостаточно.По законодательству, субъект должен бороться за прибыль, а выручку сам по себе. Как только он начинает договариваться с конкурентами, принуждает их к отказу от рыночной конкурентной борьбы — рынок перестает быть ристалищем, где покупатель и потребитель сражаются за цену. В этом случае деньги превращаются в талоны: ничего уже нельзя сделать с ценой, этот «фантик» просто обменивается на товар. А неуважение к деньгам — это очень серьезно, это подрывает основы государственности.— Вы только что рассказали про ситуацию с рестораном. Но ведь в каждом из них камеру видеонаблюдения не установишь. Как можно доказать, что люди договорились?— Для начала — аналитика. Есть традиции истории рынка, циклы колебания цены под влиянием различных факторов — сезонности, погоды. Любые наблюдения позволяют установить некие тренды колебания цены и понять, какие факторы приводят к отклонениям. Если аналитика показывает, что ситуация вышла «за тренд», значит, к невидимой руке рынка добавилась еще чья-то рука. Остается понять, чья именно. Когда собираются факты, становится понятно, где искать…