Кавалер «Золотой звезды»
В апреле исполнится 75 лет, как Постановлением ЦИК СССР учреждена высшая степень отличия в СССР — звание Героя Советского Союза. Оно присваивалось за особые, выдающиеся заслуги перед государством, связанные с совершением героического подвига. Первоначально Героям вручали особую грамоту и орден Ленина, а после 1 августа 1939 года — и медаль «Золотая Звезда». До начала Великой Отечественной войны звания Героя удостоились 626 человек, за годы войны — 11635. Дважды Героями стали 115, трех «Золотых Звезд» были удостоены прославленные летчики А. И. Покрышкин и И. Н. Кожедуб, а также Маршал Советского Союза С. М. Буденный. Маршал Советского Союза Г. К. Жуков — четырежды Герой Советского Союза. Из числа воевавших в тылу немецко-фашистских войск партизан, подпольщиков, разведчиков, диверсантов, радистов Героями стали 234 человека. Семь из них были нашими земляками, работали или учились в Горьком или в области. Из них только Антон Петрович Бринский (1906 — 1981) после войны жил, служил и работал в нашем городе. 4 февраля будет 65 лет с того дня, когда ему, легендарному военному разведчику, командиру Оперативного разведывательно-диверсионного центра Разведуправления Генерального штаба Красной Армии было присвоено звание Героя Советского Союза. Накануне знаменательной даты мы по душам поговорили с сыном Антона Петровича, тоже Антоном. — Антон Антонович, вы знаете, как и за что ваш отец был удостоен этого звания? — Пришла поздравительная радиограмма из Центра, через три месяца в Кремле ему вручили «Золотую Звезду» и второй орден Ленина. Нередко человек, получая награду или иной знак отличия, говорит, что это не только его награда, но и родного завода, колхоза или полка. К отцу это относится в полной мере. К званию Героя Советского Союза он представлял одиннадцать своих подчиненных — командиров бригад, отрядов и разведывательно-диверсионных групп. Но «Золотой Звезды» был удостоен только он (хотя понятно, что представление на себя не посылал), а те одиннадцать героев стали кавалерами ордена Ленина. В их числе наш земляк, арзамасец Петр Михайлович Логинов. Плотник, с двумя классами образования, в армии был старшиной, а в тылу врага стал мастером силовой разведки и талантливым руководителем одного из самых боевых отрядов. Полторы сотни пущенных под откос гитлеровских эшелонов на счету его ребят — это очень серьезный результат. Что же касается отца, то, безусловно, наградили его по праву. Ведь не случайно Илья Григорьевич Старинов, признанный профессор диверсий, назвал отца «наиболее отличившимся» среди военных разведчиков. Судите сами. Он начал воевать с первого дня войны во главе отдельного разведывательного батальона, а через три недели боев с восемнадцатью бойцами перешел к партизанским методам действий (правда, неизвестно, почему из года в год в энциклопедиях и справочниках или не пишут, что батальон был разведывательным, или называют его стрелковым).Первый отряд в сентябре гитлеровцы разбили, новый отряд в ноябре, спасаясь от карателей, разделился на три группы. В конце декабря отцу и трем его помощникам удалось с боем вырваться из ловушки, подстроенной двумя предателями, когда хату заранее окружили 84 полицейских. Отсюда один из законов партизанской жизни — не ночевать и тем более не жить в деревнях. Вот такие партизанские университеты. А весной 42-го началась его работа не только как командира, но и организатора партизанских отрядов. Он прошел 600 километров по тылам врага через всю Белоруссию с севера-востока до юго-запада, везде находил патриотов, из которых формировал отряды. Это было очень тяжелое время. Эйфория, которая ненадолго охватила советских людей после Московской битвы, к лету прошла. Началась Сталинградская эпопея. И нужно было не только самому истово верить в нашу победу, но и уметь вселить этот дух непобедимости в людей, поддерживать его, учить людей грамотно бить врага, поражая его в самых уязвимых местах. — Под уязвимыми местами имеются в виду транспортные магистрали? — Конечно, и прежде всего железные дороги. Потому-то и совершили рейд к более развитой сети дорог. И уже не под Оршей, Молодечно и Крулевщизной пускали под откос эшелоны его диверсионные пятерки, а на перегонах в треугольнике Брест — Барановичи — Лунинец. Как писал отец, тогда их лозунг был «Помочь Сталинграду!». Когда отец в августе 42-го пришел в район Барановичей, с ним было шесть человек. И народ к нему, реально борющемуся с оккупантами, пошел семьями. В конце ноября, когда ему предложили отправиться на Западную Украину, под его командованием были почти тысяча человек. Перед рейдом отец полторы сотни бойцов оставил своему заместителю, а почти 800 человек передал в распоряжение опытнейшего партизанского командира, впоследствии генерала и Героя Советского Союза В. З. Коржа. Отец оставил у себя 37 человек и вместе с двумя группами украинских партизан (всего около ста бойцов) вышел в рейд на Волынь. С этого времени его партизанский псевдоним — «Дядя Петя». Партизаны и после войны продолжали отца так называть. Уже когда отца не стало, у меня и моих сестер всегда теплело на душе, когда мы слышали это — дядя Петя. Его искренне любили, потому что у него был принцип — не делать того, что запрещаешь подчиненным, быть для них примером во всем. Командир разведывательно-диверсионного отряда Д. Т. Узденов выражался по-кавказски эмоционально: «Многие своего отца так не любили, как Дядю Петю». Мой отец, правда, не услышал ни этой оценки, ни того, что Дугарби Танаевич стал единственным из сослуживцев по работе в тылу врага, удостоенным звания Героя России… Через пятьдесят лет после окончания Великой Отечественной войны. Возвращаюсь к пятисоткилометровому рейду на Украину. Задача, поставленная отцу, — «обслужить» диверсиями и разведкой железнодорожные узлы Ковель и Сарны. По пути к определенному месту под Ковелем он к 1943‑у году создает новую бригаду особого назначения из восьми отрядов, к весне — из шестнадцати. Вот что такое отец как организатор, но он мало что мог бы сделать, если бы у людей не кипела ненависть к фашистам. Это была поистине народная война. В сборнике о военных разведчиках «Люди молчаливого подвига», написанном строго на архивной основе, приводятся такие данные об этом периоде его партизанской войны:«Только с осени 1942 года до весны 1943 года отряды Антона Петровича пустили под откос свыше трехсот эшелонов и два бронепоезда гитлеровцев, взорвали двенадцать железнодорожных мостов и тридцать два шоссейных, сбили два военно-транспортных самолета, вывели из строя шестнадцать военно-промышленных предприятий врага… В Центр было передано большое количество радиограмм с ценной разведывательной информацией о противнике». Уже позже, в январе 1943 года, за эту боевую работу или, если цитировать Указ о награждении, «за образцовую организацию диверсионной работы» отец был награжден орденом Ленина. В августе 1943-го по приказу РУ ГШ Красной Армии все формирования этой системы на Западной Украине вошли в Оперативный разведывательно-диверсионный центр. Отец под оперативным псевдонимом «Брук» стал его командиром. Численность Оперцентра из двух бригад, отдельных отрядов и разведывательно-диверсионных групп на март 1944 года составляла 2850 человек и значительно большее число добровольных помощников в населенных пунктах. Его отряды действовали в Брестской, Волынской, Житомирской, Пинской, Ровенской, Львовской, Тернопольской, Каменец-Подольской областях. В общем, это было обширное хозяйство с развитой агентурной сетью, мощным радиоузлом, отработанной системой железнодорожных диверсий. Результат — почти пять тысяч диверсий, более восьмисот пущенных под откос эшелонов врага, большое количество развединформации, ряд выполненных специальных заданий Центра. А 5 февраля 1944-го московский Центр поздравил отца с высокой наградой. Тогда же были награждены около 300 человек. — Моим сестрам и мне партизаны отца рассказывали, как набирались диверсионные пятерки. Выводился из строя опытный, но рядовой подрывник и задавался вопрос: «Кто пойдет с ним на задание, — выйти из строя на два шага». И этот новый командир набирал себе группу из вышедших партизан. Даже один предатель в группе — беда и для остальных четверых, и для всего отряда.Еще надо учесть, что партизаны постоянно испытывали нехватку и оружия, и тем более боеприпасов. Поэтому часто речь шла не о принудительном наборе в партизаны, а напротив, безоружным отказывали: добудешь винтовку — приходи. Достать оружие — это ведь не все. Основную массу отрядов отца составляли крестьяне-полещуки, многих из которых надо было научить владеть оружием, в том числе таким насколько эффективным, настолько же и строгим в обращении, как взрывчатка. У отца была система подготовки к боевой работе вновь прибывших в так называемых «военкоматах». Отца называли инкубатором партизанских командных кадров. Кстати, один из первых инструкторов минно-подрывного дела Семен Корнеевич Климашов живет ныне в Воскресенске. Он вспоминал, как, попав в отряд к отцу весной 42-го, был поражен, что по внешнему виду нельзя было отличить командира от рядовых все были одеты одинаково, мягко говоря, бедно. Мародерство, как и другие военные преступления, жестко каралось по законам военного времени. А за проступки, например, за пьянку, за карточную игру, отец отстранял от боевых заданий. Это был очень действенный метод воспитания. В Оперцентре отца даже радистов готовили. Ведь легализовать в населенном пункте радиста из числа местных жителей было значительно легче, это понятно. Практической подготовкой этой группы руководил старший лейтенант Юрий Леонидович Епихин, имевший опыт преподавания в Сормовской школе радистов-разведчиков. Группа была строго засекречена и принесла ощутимые результаты. Насколько мне известно, это единственный опыт подготовки агентов-радистов в фашистском тылу.Но таких инструкторов и специалистов, радистов, разведчиков, переводчиков и т. п., были считанные единицы. Завершая вопрос с мобилизацией в партизанские отряды, заметим, что, конечно, к помощи местных жителей прибегали — в качестве проводников или, скажем, ездовых со своей телегой или санями. И, напротив, партизаны раздавали населению награбленное у них оккупантами — скот, продовольствие, мануфактуру. Опыт показывал, что любое насилие в отношении крестьян могло обернуться против партизан. Поучительный пример: в отряде Д. И. Кеймаха партизан взял без спроса крестьянки ее пальто, чтобы укрыть раненого товарища. Обиженная женщина побежала к немцам. Итог — еще восемь раненых и семь убитых партизан. Вот такой дорогой ценой обошлось украденное пальто. — Антон Антонович, как ваш отец сам оценивал эффективность своей боевой работы в тылу врага? — В своих устных выступлениях он с гордостью называл те цифры, что я привел выше. Но всегда оговаривался, что огромное значение имели плохо отражаемые цифрами явления. Это, во-первых, мощное воздействие партизан на морально-психологическое состояние оккупантов и их помощников из числа наших соотечественников. Во-вторых, уверенность в Победу, которую вселяли партизаны каждым своим успешным боем, удачной диверсией. — Как ваш отец стал писателем? — После увольнения из армии (ему было сорок восемь лет) он не занимал никаких должностей, кроме общественных. И самым серьезным образом, как и воевал, взялся за увековечение памяти павших героев и воздаяние живым. Как член военно-научного общества и лектор общества «Знание» он постоянно выступал в учебных заведениях, в организациях, в воинских частях, на предприятиях, даже в колониях. Он стал инициатором и членом редколлегии издания сборников о Героях Советского Союза и кавалерах трех орденов Славы — горьковчанах. По его инициативе стала выходить серия книг для юношества «Рассказы о героическом». Много сил отнимала его депутатская работа, за которую он, народный депутат горсовета шести созывов, денег не получал. Отец был зачинателем партизанской темы в горьковской литературе. Все им написанные книги и очерки с истинными именами, подлинными датами и географическими названиями. Он хотел показать массовый героизм советских людей, которые в условиях жесточайшего оккупационного режима сумели организоваться для борьбы с ненавистным врагом и победить. Отец поставил себе задачу на примере судеб известных ему людей раскрыть силу духа советского народа — народа-победителя.Но примеры героического лишь тогда чего-то стоят, когда они укладываются в цельную систему героико-патриотического воспитания. Если о них рассказывать от случая к случаю, то система не сложится. Между тем именно история Великой Отечественной войны, святой праздник для атеистов и верующих День Победы являются на сегодня тем, что объединяет наш народ. Послевоенная и прежде всего писательская работа отца оценивалась современниками (писателем А. И. Ереминым, ученым В. В. Харчевым, военным разведчиком и писателем И. И. Бережным) как второй, гражданский подвиг. Такая оценка, на мой взгляд, вполне заслужена. Ведь только в двухтомнике «По ту сторону фронта» (первая книга вышла в Горьком в 1954 году) отец называет более полутысячи имен, десяткам он посвятил целые главы или многие страницы. Следующую его работу «Боевые спутники мои» в Воениздате пустили под нож, потому что не понравилось, что не партийные лидеры, а простой армейский комиссар разжигал огонь партизанской борьбы на Волыни и Подолье. Книгу выпустили в Горьком, а на Украину она дошла лишь в виде презентов отца участникам описываемых событий. Посылал он свои книги и в обкомы, в райкомы, в библиотеки. Теперь книги стоят заметно дороже водки, а тогда печатное слово весило несказанно больше, и по книгам отца людям давали квартиры или улучшали жилищные условия, давали статус партизана, давали или повышали пенсии, помогали в устройстве на работу, восстанавливали доброе имя патриота, разоблачали предателей, ко многим из которых теперь применяется этакий красивый термин — «коллаборационисты». Словом, книги работали не только на не всегда осязаемое, что называется патриотическим воспитанием, а самым настоящим образом и на благо людей.
