Кладоискатели
Как отдохнуть, куда податься после напряженной трудовой недели? Ну конечно, на поиск клада! Такое решение принимают все больше наших земляков.Кольца и браслеты, древние монетыЗа лопаты берутся самые разные люди — от строителей и водителей до рестораторов. Андрей Чистяков как раз из последних.— У нас семейный бизнес, ресторан — в здании, которому 130 лет, — рассказал нам нижегородец. — Оно принадлежало Бугрову. Из-за этого я заинтересовался историей. Ездил на Линду, где купец мельницы построил. Познакомился с потомками работников. Жив сын бывшего управляющего! Старенький уже такой…— Я там первую свою монетку нашел, времен Петра I, правда, в плохом состоянии! — перебивает младший брат — школьник Арсений, приехавший вместе с Андреем на майский слет кладоискателей в Кстовский район.Сам Андрей копает, по его выражению, 4 года. Друзья занялись, поехал с ними и на поле глазами, без приборов, нашел екатерининскую монету.— Ощущение незабываемое! — делится кладоискатель. — Друзья подарили металлодетектор и… Затянуло капитально. Такой азарт, адреналин! Ты в поиске, в движении от рассвета до заката. Жалко время терять даже на еду, особенно когда начинаешь что-то находить. Больше всего меня порадовал серебряный рубль 1898 года, который нашел на границе с Мордовией. Почти в идеальном сохране.В идеальном состоянии то есть. У кладоискателей свой язык. Себя называют копарями.— Среди находок, например, серебряная полуполтина с профилем Екатерины II, — продолжает Андрей. — Монеты-«чешуйки» XV века, старинные серебряные крестики, кольца, серьги. А мечта у меня — найти какое-то чудесное украшение: ожерелье или браслет.Друг Андрея, строитель Сергей Козлов, рассказывает, что в Перевозском районе, в Малых Кемарах, нашел золотую брошь с камнями начала XX века.— В Семеновском районе попалась чернильница с засохшими чернилами, которой лет 300, — делится собеседник. — Но чаще всего монеты нахожу. Моя большая удача — 4 копейки Петра III, 1762 года. Рекорд — 180 монет за день, в том числе 20 екатерининских пятаков. Они мне больше всего по внешнему виду нравятся.Главное — правильно выбрать место для поиска. По словам Сергея, на находки богат юг Нижегородской области.— На севере почва кислая, — объясняет он. — Металл плохо сохраняется. По старым картам, сравнивая с современными, выбираем места, где раньше были деревни, тракты, ярмарки… Вообще, знаете, это занятие полностью изменило мою жизнь. Я уже столько краеведческой литературы перечитал, столько узнал. Люди, это так интересно! Находишь что-то — представляешь человека, который это держал в руках, о чем он думал, как жил…Кладоискатели говорят, что их увлечение — для настоящих мужчин. До 15 километров в день с разным снаряжением по оврагам, по болотам — слабо? А копать, стойко перенося непогоду или атаки насекомых?— Иной раз в огороде, в селе Пурех Чкаловского района, откуда родом жена, так уработаешься, ноги не держат, — говорит нижегородец Михаил Чирков. — Отдохнуть бы. Я… снова берусь за лопату. И понимаете, не чувствую усталости! Находок уже много, в том числе серебряные монеты. Мечтаю найти золотую.Мирные людиНа юбилейный, 10‑й, слет кладоискателей со всей страны приехало рекордное число участников — почти 700. Организаторы прикинули, что вообще только в Нижегородской области приборным поиском занимаются около 4 тысяч человек. Причем армия увлеченных растет год от года.— Мы однажды наметили место, до которого чуть не сутки добирались, — рассказывает Антон Ильин из Ярославля. — Через реки на плотах, да потом по болотам. Пришли, а поле «выбито». В общем, большая конкуренция сейчас. Но выкопать все просто невозможно. Даже там, где уже поработали, можно что-то найти. И вернувшись на «прошлогоднее» место, с пустыми руками не уйдешь. Словно земля сама решает, когда что отдать.Копари, по словам Антона, — люди мирные и стычек между ними не бывает. Местные жители в основном приветливо относятся, рассказывают, где какая усадьба стояла или церковь.— Только однажды инцидент был, — говорит собеседник. — Копали в поле, вдруг мужик бежит. Моя, говорит, земля. Или 5 тысяч рублей платите, или уходите. Ну, мы ушли. А так самая большая опасность для кладоискателя — клещи.Находки копари несут домой.— У меня их уже три ящика, — признается Сергей Козлов.Главное, с женой договориться. У большинства, судя по разговорам с участниками слета, они не против.— У мужчины должно быть увлечение, но — не важнее семьи, — сказала мне жена Михаила Чиркова Ольга. — С моей стороны было условие: дома никакой грязи. Муж это понимает: сам находки чистит, моет.Арифметика поискаАндрей Чистяков говорит, что поиск не дороже, чем охота или рыбалка. Все зависит от уровня оснащения: у кого-то просто удочка, а у кого-то крутые снасти и лодка с японским мотором.— Я в прошлом году специально «УАЗ» купил, — рассказывает молодой человек. — Надо над ним поработать: увеличить мощность, проходимость.Лопата, рюкзак, фонарики, рация, палатка — все это есть в разном исполнении. Как и оборудование для поиска.Антон Ильин говорит, что заказал металлоискатель в Санкт-Петербурге за 9 тысяч рублей. Плюс 300 рублей за пересылку.— У нас в городе такие 12 тысяч, — объясняет.У Михаила Чиркова прибор за 16 тысяч рублей, у Сергея Козлова — за 24 тысячи. Предприниматель из Ворсмы Игорь Шилин показывает металлоискатель за 75 тысяч рублей, обнаруживающий предметы на глубине до 30 сантиметров.— И это не предел, — говорит. — Есть и за 200 тысяч.Деньги понадобятся на бензин и продукты.— Мне поездка без ночевки обходится рублей в 500, — делится Антон Ильин. — Чтобы расходы окупились, иногда что-то из найденного продаю. Прибор, например, быстро «отбил», продав несколько монет. Коллекционеров ведь очень много.Кстати, в «Гимне кладоискателей» так и поется:Наша дружба, преданность и вераГреют душу коллекционера.Все собеседники сказали, что поиском занимаются для себя, для хорошего настроения. Но вообще на этом можно сделать деньги.А что закон?В статье 233 Гражданского кодекса России говорится, что «в случае обнаружения клада, содержащего вещи, относящиеся к памятникам истории или культуры, они подлежат передаче в государственную собственность». При этом собственник земли и тот, кто клад нашел, имеют право на 50 процентов его стоимости. Деньги делятся поровну, если заранее не было других условий.Копари на это говорят, что, по Гражданскому кодексу, клад — это что? «Зарытые в земле или сокрытые иным способом деньги или ценные предметы». То есть кто-то сложил червонцы в сундук или глиняный горшок и закопал. А мы, мол, находим то, что кто-то когда-то потерял (хотя клад, признаются, мечтает найти каждый!).Но закон все равно наступает на пятки. На слете было много разговоров о проекте, который сейчас на рассмотрении в Госдуме. Предлагается обязать желающих походить с металлоискателем и другим поисковым оборудованием сначала получить лицензию. Порядок лицензирования, говорится в документе, устанавливается федеральным органом охраны объектов культурного наследия по согласованию с Российской академией наук. За использование приборов без разрешения предложено разработать меры ответственности, дополнив Кодекс об административных правонарушениях.— Да, среди кладоискателей есть мародеры, которые ни перед чем не останавливаются, — не скрывает Антон Ильин. — Но сколько их? Самое большее — один на сотню. Вот они нас и подставляют. Мы знаем, что на территории объектов культурного наследия копать нельзя, и не делаем этого. Вандалов же никакой новый закон не остановит. А вот нам, нормальным копарям, он вообще кислород перекроет. А еще тем, кто занимается поиском на местах сражений Великой Отечественной войны. Если государству нужно, пусть организует больше раскопок! Мы готовы помогать. Устройте при музеях пункт приема находок. Я, кстати, что-то относил в музеи, но особой радости не заметил. Им же надо экспертизу заказывать, хранить это где-то — средств, как правило, нет. Так оставьте нам возможность! Мы до средневековья все равно не докапываемся.Авторы законопроекта говорят, что только в 2011 году в стране было продано более 2 миллионов металлоискателей и пора навести в этой сфере порядок. Копари ждут, чем дело кончится, а пока разбирают новые находки.
