Когда Иван Скляров потерял комсомольский билет, его хотели исключить из комсомола
Профессор кафедры экономики и управления в машиностроении Арзамасского филиала ННГТУ Михаил Федорович Балакин один из немногих, кто лучше всех знал Ивана Петровича Склярова. Так в жизни получилось, что с его комсомольских времен они были вместе.Чуть ли не до начала девяностых годов Иван Петрович находился под руководством Михаила Федоровича, тогда первого секретаря городского комитета Коммунистической партии. Однако их связывали не только сугубо рабочие отношения, но и человеческие, дружеские. Конечно, в жизни между ними было всякое, но надо отдать должное Ивану Петровичу Склярову он никогда не забывал своего наставника и нередко продолжал с ним общаться, спрашивать совета и поддержки.? Мне про Ивана Петровича, с одной стороны, говорить легко, так как я его за двадцать пять лет совместной работы изучил, может быть, даже лучше, чем он себя сам, вспоминает Михаил Федорович Балакин, а с другой очень сложно. Для меня, несомненно, это был человек неординарный, яркий, талантливый, целеустремленный и энергичный. У него, как и у любого из нас, были свои отдельные недостатки, которые он, может быть, и сам сознавал. Я вместе с ним прошел лучшие свои годы и, думаю, его тоже. Первый раз я вплотную познакомился с тогда еще совсем молодым юношей Иваном Скляровым в 1964 году в необычайной ситуации. Я тогда был первым секретарем горкома ВЛКСМ. Из приборостроительного техникума нам сообщили, что один из комсомольцев Скляров утерял билет, и комсомольская организация техникума исключила его из своих рядов. А тогда с этим было очень строго. Вызвали его на бюро горкома, и по сути дела мы были должны поддержать первичную организацию. Когда я увидел перед собой Ивана, который не скрывал переживаний, то все же предложил его не исключать, а заменить наказание строгим выговором.? Получается, вы своим решением спасли его будущую карьеру и тогда предопределили дальнейшую судьбу?? Да, мне какое-то внутреннее чутье подсказало, что у молодого человека просматриваются лидерские качества. И вскоре я лично убедился, что это так. Иван Петрович обладал способностью сплачивать вокруг себя молодежь. Что бы ни говорили сегодня о подборе кадров в советское время, а система действовала достаточно эффективно. Надо не только найти человека с задатками лидера, но и воспитать его, научить. А это, скажу вам, весьма кропотливая работа, да и длительная одновременно. Требуются долгие годы, чтобы вырастить хорошего руководителя. Когда пришло время Ивану Петровичу идти в армию, то наш партком завода обратился с просьбой в военкомат, чтобы его направили в одну из лучших воинских частей. Так он попал служить в ГДР.В шестьдесят девятом году на Арзамасском приборостроительном заводе проходила комсомольская конференция, и все участники на вопрос, кого бы вы хотели избрать секретарем, единогласно ответили, что желали бы видеть на этом посту Ивана Склярова. Тогда у меня появилась мысль обратиться с просьбой в его воинскую часть, чтобы его досрочно отправили в запас для дальнейшей работы по комсомольской линии. Иван Петрович не дослужил всего три месяца. Служба в армии закалила его, дала большой опыт. Я очень часто с ним встречался по ходу работы, мы много общались, и со своей стороны как руководитель, я советовал ему, как лучше вести себя в этой или иной ситуации.? То есть, находясь в парткоме, вы уже целенаправленно готовили Ивана Петровича для дальнейшей руководящей работы?? Да, так и было. Он работал техником в приемке, связанной с военным производством, заместителем начальника цеха, заместителем начальника производственного отдела. И после того, как он прошел небольшие, но важные ступеньки хозяйственной работы, его избрали заместителем секретаря парткома приборостроительного завода. Потом я предложил его кандидатуру в отдел пропаганды. Я знал хорошо его характер и был уверен, что он станет отказываться. Так и произошло. Но с рекомендацией директора П. И. Пландина он все же согласился. Иван Петрович часто просил меня перевести его на хозяйственную работу, которая была ему ближе по складу характера, но я обычно отвечал, что его время пока не пришло. Лишь в восемьдесят шестом году мы рекомендовали его председателем исполкома.? Взрыв в июне 1988 года стал испытанием для всех горожан и руководства Арзамаса.? Отвечу так. Избави Бог любого от таких страшных испытаний, которые выпали на всех нас, руководство и жителей Арзамаса. Я всегда считал и считаю до сих пор, что это была циничная и бесчеловечная диверсия. Кстати, точно так же думали и Иван Петрович и многие другие партийные и хозяйственные руководители. Слишком много было совпадений, которые только случайными назвать нельзя.? Однако органы безопасности до сих пор придерживаются других версий, в том числе связанных с халатностью, безалаберностью и так далее.? А что им оставалось делать в условиях «горбачевщины» и откровенного предательства страны? Одновременно взорваться сразу три вагона со взрывчаткой не могли. Для этого необходима мощная детонация, которую, не исключено, вызвали так называемые «мины-прилипалы». Если бы взрыв был, как и замышлялся, напротив нефтебазы, то Арзамас бы исчез. Мы получили бы еще одну Хиросиму. Скажу больше, взрыв произошел строго в то время, когда в Доме культуры «Ритм» должно было начаться всесоюзное совещание ведущих специалистов в области авиационной и космической промышленности. Среди них шестнадцать главных конструкторов, то есть в городе собралась вся техническая и научная элита страны. Однако из-за жары мы в последний момент перенесли мероприятие в пансионат «Морозовский». Я был на этом совещании, и только оно началось, как мы услышали взрыв. Я срочно выехал на место, а через пятнадцать минут на краю дымящейся воронки были все работники горкома партии, в том числе Иван Петрович. Здесь же, на месте, начали работу по ликвидации последствий. Был создан чрезвычайный штаб, в него вошли первый заместитель председателя правительства СССР Г. Г. Ведерников, председатель облисполкома А. А. Соколов и другие. Фактически Арзамас был на осадном положении. За каждым было закреплено свое направление и свой фронт работ, за который спрашивали очень строго. Была жесткая дисциплина, высокая ответственность всех руководителей и арзамасцев. Позже с Иваном Петровичем мы часто вспоминали эти дни и поражались необыкновенным качествам нашего народа. Я всегда в пример привожу беду, которая не так давно произошла в американском городе Нью-Орлеан. Помните, там было сильное наводнение. И сразу появилось огромное количество мародеров. Тащили все подряд, снимали ценности даже с трупов. В результате власти отдали приказ вести огонь на поражение без всякого предупреждения. У нас же в городе не было зафиксировано ни одного подобного случая. Хотя все магазины были разбиты. Стояли без окон и дверей. В первое время не было никакой охраны, казалось, кто тебя увидит, заходи и бери!? У вас, кажется, был момент, когда отношения с Иваном Петровичем несколько охладели?? Это было в начале девяностых годов, когда Ивана Петровича пригласили работать в команду новоиспеченного губернатора Немцова. Я об этом никому не рассказывал, но Скляров ко мне приехал по этому поводу за советом, как ему поступить в этом случае. Я ему говорю, Ванюш, ты же для себя решил, как поступать. А он отвечает, да, решил, но все-таки мне нужно выслушать ваше мнение.? Выходит, в тот момент Иван Петрович все же колебался?? Получается, так. Лично я считаю, что этот человек испытал страшную трагедию. Он, будучи созидателем по натуре, по духу, по воспитанию и убеждению, пошел к разрушителям государственности, да и всей нашей области. Давайте вспомним, что в окружении Немцова яркой фигурой был Скляров. Остальные и рядом с ним не стояли. Учиться Ивану Петровичу от них было нечему. Иван Петрович, на мой взгляд, сделал одну ошибку, не взяв с собой тех, на кого он смог бы положиться в работе. А все немцовское окружение впоследствии цинично предало Ивана Петровича. Сколько грязи вылили на него. А дефолт, который организовали сподвижники Немцова, очень сильно подкосил его как губернатора. В один момент наша область оказалась на краю экономической катастрофы, и он оказался бессилен, чтобы предотвратить эту грандиозную аферу верхушки страны.? Все же отношение народа к Склярову положительное, несмотря на его промахи и ошибки.? Иван Петрович всегда стремился найти опору в простых людях. Его душа была открыта для общения. Люди это чувствовали и понимали. Он так же, как и большинство из нас, искал себя в новой системе координат. Давайте вспомним, как он метался по разным партиям, но в конечном итоге осознанно связал последние годы жизни с митрополитом Николаем. А когда тот ушел из жизни, организовал музей, посвященный его памяти.? Приходилось ли вам с ним обсуждать проблемы, о которых он никогда и никому не говорил?? Да, сегодня я могу сказать откровенно. Мы с ним с глазу на глаз говорили о таких вещах, которые его мучили. Таких моментов было несколько. Например, он сильно жалел о том, что в свое время первым не подал руку для примирения и товарищеских отношений Геннадию Максимовичу Ходыреву. Переживал, что весь свой творческий потенциал не раскрыл, а много времени потратил впустую. О других моментах я просто не имею морального права говорить, так как он из-за них мучительно переживал. Мне личность Ивана Петровича, кстати, имеющего казачьи корни, близко напоминает судьбу главного героя «Тихого Дона» Григория Мелехова. Когда незаурядный человек в переломную эпоху внутри себя не смог отказаться от старых представлений и в то же время до конца не принял новые правила игры. А этот внутренний разлад, как ни прячь глубоко в себя, все равно будет вызывать жгучую боль.Ивана Петровича нет с нами уже год. Но меня не покидает чувство утраты близкого мне человека, ушедшего слишком рано из жизни.
