Кружева улицы Луговой
Есть в селе Пурех Чкаловского района два дома, мимо которых не пройдешь-не проедешь. Остановишься да залюбуешься деревянными кружевами от конька до завалинки.С одеяльцев-покрывальцевНу как не познакомиться с хозяевами? Стучусь в окошко первого домика. А фотограф Николай ажурную красоту снимает: то с одной стороны щелкнет, то с другой.– Шестиперов Константин Васильевич, – представляется вышедший на крылечко бодрый такой дедушка. – Всё сам сделал, ничего не покупывал. Столяр я, краснодеревщик. У нас на мебельной фабрике 50 лет проработал – от звонка до звонка.Как начал Константин Васильевич в 1975 году строиться, так и дом свой украшать стал. Завитушки, птички-цветочки. Ведь придумать же надо!– Своим умом дошел. С одеяльцев, покрывальцев. Взглянул – понравился цветочек – и вырезал, – улыбается мастер.И раскрасил всеми цветами радуги: желтый, красный, голубой, белый. Не изба ‑загляденье!– Нонче красил. Денег много на краску уходит. Выцветает быстро, особенно красная, – сетует.И продолжает, показывая на окна:– Сорок годов, а рамы как новые. Слежу за ними. Снежок наметет – смету, чтоб не сгнили. А на пластиковые не хочу менять.Молодец, дедушка Константин. Ему, как он говорит, немного за 80, но не сидит сложа руки. Перед нашим приездом травы надергал – целая тележка у крыльца стоит:– Козу держу и сам дою. За поросенком хожу.Хозяйка-то у него умерла. Сам живет с дочерью и внуками.Прощаясь, показывает на наличники соседних домов, которые тоже его трудолюбивые руки вырезали, и советует посмотреть на другой резной дом:– Лучше моего. С картинками.И кренделем, и по канонамДа, от этого дома глаз не отвести. Резьба особенная: объемная, кренделем. И целые панно с фигурками зверей – олени, белки, глухарь. Настоящий художник. Только вот сотворивший свой прямо сказочный дом Николай Иванович Калошин захворал. Поэтому напросились в комнаты, где не уставала удивляться обстановке. Умилил резной диванчик на кухне: с белочками, ягодками, на точеных ножках. Сидела бы на таком и не вставала. А в горнице-то какое чудо: столик в деревянном ажуре да с изразцами поверху, зеркало в резной оправе, гардины в резном кружеве – никаких занавесок не надо. И такая чистота во всем доме, за которой супруга Николая Ивановича следит. Дети-то в Нижнем живут.Среди всей этой рукотворной красоты, с любимым рыжим котом Чубайсом и сфотографировали мы хозяина. А он ведет дальше, с гордостью показывает резной киот. Третий по счету. Первые два не по душе пришлись: всё соображал, как еще лучше сделать. Не знаю, можно ли священную вещь называть искусной, но она вызывает восхищение. Хочется преклониться перед ней.– В церкви сколько годов резал. Эта ведь резьба не простая – церковная. По канонам. Батюшка срисовывал, сам-то я не умею рисовать, – говорит.И всех милых зверушек, которые смотрят со стен дома, ему знакомый художник рисовал. Только олень, как обмолвился, из своей головы. А вот цветы, узоры Калошин копировал:– Увидел на простой клеенке рисунок, понравился. Баушка моя дала лоскуток, я его увеличил да вырезал. Наличники за 40 лет уже третьи сменил. Всё хочется красивее и красивее.Как и предыдущий мастер, Николай Иванович – столяр-краснодеревщик. Но последние лет 13 работал в котельной:– Котельная на жидком топливе, поэтому времени свободного много. Отнес туда инструмент и резал.Но прежде чем взяться за дерево, ту же липу, высушить надо. Резал не на станках – всё вручную, разными стамесками вытачивал. Да шкурить замучаешься. Потом красить и лаком покрывать. Сегодня такую работу называют ручной, эксклюзивной. Немалых денег стоит. А столяр Калошин, наверное, и не догадывается, что он настоящий самородок, что дадено ему большое мастерство. И не могли его золотые руки не вырезать эти деревянные кружева, как поэт не может не слагать стихи, а певец – не петь.Вышли мы напоследок с хозяином на улицу, чтоб еще разок подивиться на его необычный дом, с такой любовью и мастерством украшенный.– В последний раз, наверно, нынче красили с баушкой. Не годны больше, наверх не можем залезть, – с грустью сказал дедушка Николай.Невиданная красотаИ зачем за красотой за моря ехать, когда у нас своя невиданная есть? Два простых деревенских мужика всю свою жизнь не на диване лежали, не к стакану прикладывались, а создавали праздник. Вроде бы для себя – оказалось, для всей улицы Луговой. Да что улицы, сколько сюда людей из дальних краев приезжало! И в Пурехском музее кроме знаменитых колокольчиков обязательно покажут местную достопримечательность: фотографии домов в деревянных кружевах, что сродни знаменитому чкаловскому гипюру.
