Любовь не имеет прошедшего времени
«Нет, я не против, но зачем?» — пожимает плечами Ирина на мою просьбу рассказать ее историю. Она, умничка, правильно спрашивает. Я тоже считаю, что этот вопрос самый главный в жизни. Не «почему?», а именно «зачем?» И я отвечаю. Мне кажется, что путь, пройденный этой хрупкой, нежной, но такой сильной женщиной, может кому-то помочь. Помочь выстоять, справиться, научиться снова улыбаться, если «разучили» обстоятельства. Не знаю, возможно, я ошибаюсь. Но мне — помогает.«Я для тебя останусь светом…»…Ну вот, напросилась. Снова забыла, что писать о близких людях всегда тяжелее, чем о чужих. И с чего теперь начать? Может, с фотографии, которая отпечаталась в моей памяти навсегда? На фоне плотного синего южного неба стоят, обнявшись, двое и смотрят друг на друга. Просто смотрят. Но с какой-то запредельной нежностью. Я бы поставила высшую оценку таланту актеров, молча, лишь взглядами разыгравших эту красивую, романтическую сцену перед объективом классного фотографа. Снимок, достойный обложки глянцевого журнала. Но они не позировали и не играли. «Понимаешь, вот так мы жили, — грустно и светло улыбнулась своим воспоминаниям Ирина, когда я впервые увидела это фото. — А фотограф… Он просто случайно подсмотрел наши с Андреем отношения и сделал кадр». Я бы и ему поставила высший балл. За умение поймать суть. Но ставлю его — Любви.…От этого не уйти — наше с Ириной знакомство было предрешено. Я думала о ней еще тогда, когда она и не ведала о моем существовании. Думала, когда узнала, что в одной из больниц города в палате реанимации тихо уходит молодой человек, с которым мы были едва знакомы, но имя его в многочисленных, чисто служебных разговорах волей-неволей всплывало часто. Слишком часто, чтобы внутренне отстраниться от случившейся с ним трагедии. Вот тогда я почему-то не реже, чем о нем самом, вспоминала о женщине, все это время находившейся рядом. Она, может быть, единственная из всех и вопреки всему верила до последнего: ее Андрей обязательно вернется. Я думала о его жене (чисто женская логика). И не могла себе даже представить, что чувствует и переживает она в эти долгие мучительные месяцы. Потом узнала: ей так отчаянно хотелось, чтобы муж остался (любым!), что он… остался. И в день, когда опустошенная Ирина приехала с кладбища, улыбнулся с неба двойной, необыкновенно разноцветной радугой. Такой же необыкновенной и разноцветной, как их Любовь. Точно пообещал всегда быть рядом. Остаться в ее жизни светом, который никто и никогда не сможет погасить.Часть праздника…Через девять дней она вышла на работу. Во Дворец бракосочетания. И, как говорят здесь, «встала на ритуал». Ритуал торжественной регистрации брака тысячной, миллионной, может быть, миллиардной на земле пары влюбленных, решивших стать мужем и женой. Чего ей это тогда стоило, по большому счету, до конца не ведает даже она сама. Но, несмотря ни на что, эта мужественная женщина просто не имела права испортить кому-то праздник. Потому что она — его часть и должна соответствовать. А какую по счету царапину на твоем сердце глубоко и больно «выскребают» внутренние кошки — кому какое дело?Мы познакомились с ней спустя полтора года после тех горьких событий и случайно разговорились на тему «работа лечит». Тогда я еще не знала, что это та самая женщина, когда-то так часто приходившая в мои мысли, но с первых минут поняла: человек этот в жизни моей не случайный. Мы не просто общались — похоже думали. Мы чувствовали, воспринимали мир и отношения в нем на одной волне. Уже потом она рассказала, что никогда не мечтала об этой работе. Окончила пединститут, пошла в школу преподавать русский язык и литературу. Ирина обожала и свое дело, и своих учеников и искренне полагала, что это на всю жизнь.Но Ее Величество Судьба распорядилась иначе. Было мучительно сложно принимать решение, но за отведенные ей три дня на раздумья Ира его приняла. Судьба тихо и ласково улыбнулась ее понятливости, ведь она-то, похоже, все давным-давно решила за эту хрупкую, маленькую женщину.— В детстве с родителями мы каждый год ездили в Евпаторию, — вспоминала она. — Там был старинный особняк, в котором располагался местный ЗАГС, и я просто «приклеивалась» к окнам, за которыми регистратор объявляла очередных счастливчиков мужем и женой. Ни купание в море, ни обещание дополнительной порции мороженого не могли оторвать меня от этой картины. Не знаю, что это было, — улыбаясь, пожимает плечами Ирина. — Нет, я не видела себя на месте той женщины и даже не мечтала в те минуты, что когда-нибудь и ко мне обязательно приедет мой принц на белом коне и мы будем «жениться». Но увиденное меня просто завораживало. Весь мир вокруг, казалось, исчезал, когда в зал входила очередная пара.Может, уже тогда Судьба отметила для себя эту девочку. И спустя много лет привела в стены Дворца, где в нежное кружево сплетается Любовь. Признаюсь, сейчас некоторые мои знакомые и друзья, побывавшие хоть однажды на ее регистрациях в качестве гостей и собирающиеся женить своих детей, звонят: «Попроси Ирину, чтобы их зарегистрировала. На счастье».— Если бы так оно всегда и было, — вздыхает она. И каждый раз после объявления очередных новобрачных мужем и женой мысленно произносит: «Только бы жили».Кому, как не ей, хорошо известно, что можно спланировать, расписать по минутам практически любую свадьбу. А вот «запрограммировать» счастливую жизнь не дано никому. Потому что это и дар Божий, и труд великий.«За тобой не закрывая дверь…»Кстати, с Андреем они тоже познакомились на свадьбе. На свадьбе ее сестры. Молодой человек был приглашен в качестве… водителя. Еще один знак Судьбы? Может быть. Потому что варианты были возможны. Еще до встречи с Андреем Ирина всерьез собиралась замуж за француза. Но буквально накануне свадьбы что-то кольнуло внутри: «Не надо!» Ира, поджав ноги, уселась в глубокое кресло, поставила рядом огромный пакет с трюфелями, купленными во времена тотального дефицита по великому блату к праздничному столу, и, уплетая конфеты одну за другой, стала по привычке копаться в собственных чувствах. В какой-то момент слезы хлынули из глаз, потому что она вдруг осознала, что НЕ ХОЧЕТ ЗАМУЖ ЗА ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА. Она покосилась на висевшее на дверке шифоньера свадебное платье с воздушной фатой, развернула последнюю оставшуюся конфету и решила: «Свадьбы не будет!»— Родственники, друзья и жених были в шоке, а я с тех пор терпеть не могу трюфеля, — смеется Иринка.«Но почему?» — этот вопрос ей задавали все. А она, похоже, уже тогда знала: главное — не «почему?», а «зачем?» Затем, чтобы дождаться того единственного, кого она на тот момент еще не встретила, но почувствовала: он на свете есть.…Он есть для нее до сих пор. Доктор Время сгладило боль, снова научило улыбаться, но закрыть дверь за прошлым так и не сумело. Она до сих пор считает, что главный подарок, который преподнесла ей Судьба, — это их с Андреем сын, точная копия своего отца, который относится к маме так же, как он: удивительно бережно.— Скажи, что может быть в жизни женщины дороже счастья накрывать стол к обеду, наблюдая в окно, как твои мальчики играют в футбол. Знать, что вот сейчас они придут — разгоряченные, светящиеся радостью от победы или возмущающиеся насчет того, что кто-то из соперников опять жильдил и только поэтому они проиграли, — Ирина не спрашивает, для нее ответ очевиден. — Ведь счастье, по сути, оно такое простое… Ну, с каким еще подарком я могу сравнить ту Любовь, которую даровала мне Судьба? Скольких женщин она обошла. Навсегда. Если бы кто-то много лет назад сказал мне, что так бывает, ни за что бы не поверила.…Наверное, только сын и Любовь помогли ей тогда выжить. Когда она поняла: ее прошлая жизнь, до той радуги, — потерянный рай. И еще — та энергетика счастья, в которой она живет каждый день, за три десятка лет пропитавшая буквально каждый уголок Дворца бракосочетания. Но я знаю: в этом общем «поле» есть частичка и ее Любви. Любви, которая не имеет прошедшего времени. Которая когда-то дала ей почувствовать, насколько хрупким и уязвимым бывает счастье. И как это нужно и важно — до самого донышка своего сердца лелеять его и беречь.
