Масленица в столицах Русского государства
Любил русский народ этот веселый праздник проводов зимы, пришедший к нам из глубины веков еще с языческих времен. И каких только масленичных гуляний не было: катались с гор, устраивали битвы снежками, кулачные бои, сжигали чучело Зимы и, конечно же, ели блины.Но особый размах имели увеселения в эпоху Петра I и чуть позже, при императрице Анне Иоанновне. Вот как проходил торжественный маскарад (царь-реформатор и Масленицу старался отмечать по-иностранному) в 1722 г. в Москве по случаю за-ключения Нейштатского мира. На четвертый день «сырной» недели началось движение большого поезда, составленного из морских судов разной величины и вида. Их везли около сотни саней, запряженных разными зверями. Этот сухопутный флот тянулся длинной вереницей от села Всесвятского до Тверских триумфальных ворот.Шествие открывал арлекин на санях, в которые были впряжены пять лошадей «гусем»; на следующих ? князь-папа Зотов, в ногах у него восседал Вакх на бочке; за ним ? свита, замыкаемая шутом в санках, запряженных четырьмя свиньями.Впереди сухопутного флота на колеснице, везомой двумя сиренами, ехал Нептун с трезубцем в руках. Князь-цезарь Ромодановский занимал место в большой лодке, а везли ее два медведя. Наконец, появилась громада ? 88-пушечный корабль с тремя мачтами и полным корабельным вооружением. На этом корабле, везенном 16 лошадьми, сидел сам Петр в одежде флотского капитана с морскими генералами и офицерами и маневрировал на нем, как на море. Далее следовала в раззолоченной гондоле императрица, одетая в костюм ост-фризской крестьянки, а свита состояла из придворных дам и кавалеров, одетых по-арабски. За гондолой в широких и длинных санях в виде драконовой головы ехали другие участники маскарада, наряженные волками, журавлями, драконами, представляя в лицах Эзоповы басни.При пушечных выстрелах уже к вечеру это пестрое и чудное шествие въехало в Кремль. Маскарад продолжался еще три дня и окончился великолепным фейерверком и пиршеством. За четыре дня праздника участники карнавала по нескольку раз переменяли свои костюмы.Иногда разыгрывались целые драматические действа. Из романа Лажечникова «Ледяной дом» известно описание «свадьбы шута». В 1739 г. на площади между Адмиралтейством и Зимним дворцом в Санкт-Петербурге был построен ледяной дом, в котором даже дрова были изо льда. В назначенный день к крыльцу его подъехала золотая карета, в которой сидела императрица Анна Иоанновна. Карету сопровождали пажи во французских кафтанах, арабы в золотых шубах и белых чалмах; 12 гренадеров охраняли карету верхами. Позади этой кареты следовало несколько других: в них находились дочь Петра Великого Елизавета Петровна, будущая императрица; Анна Леопольдовна; герцог Курляндский (ужасный Бирон) со своей свитой из гусар, скороходов, егерей и пажей. Жена его с головы до ног украшена бриллиантами, что оценивали в два миллиона. Далее следовал Миних и все остальные.На громадном слоне, обутом в теплые «коты», в железной клетке сидели шут Кульковский с супругой ? «барской барыней Подачкиной», блистая золотом и бархатом одежды. Они ехали из церкви на обед. За экипажем новобрачных следовала оригинальная свита: остяки на оленях, новгородцы на паре козлов, малороссы на волах, чухонцы на ослах, татарин с татаркою на свиньях, камчадалы на собаках и т. д. ? всего до 150 самых разных костюмов свидетельствовали о разнообразии племен.В манеже Бирона гостей ждал обед «на 303 куверта», причем каждому представителю нации было подано его национальное кушанье. Сам Василий Кириллович Тредиаковский прочел стихи, посвященные императрице. После обеда начались пляски: каждая пара ? свою национальную.
