Мать

Она нашла его в далеком поселке Урюпино на Алтае. Оказавшись на могиле Сережи, твердила: «Я без тебя, сынок, не уеду!». И ничего, что на памятнике выбито другое имя. Материнское сердце не обманешь.Она-то точно знает, что именно здесь захоронена ее кровиночка. Вот только чтобы доказать это, Любови Ивановне ТУМАЕВОЙ потребуется шесть долгих страшных лет.С первого взглядаНижегородец Сережа Тумаев погиб при штурме Грозного. Впрочем, об этом потом…Он родился в счастливой семье. История знакомства и жизни его родителей — образец для подражания. Они познакомились 1 мая на демонстрации в небольшом городке Лениногорск в Татарии. Это была любовь с первого взгляда. Но уже 9 мая будущего мужа Любови Ивановны Владимира забрали в армию. Они писали друг другу практически каждый день. А когда солдат-срочник пришел в отпуск, сразу предложил ей руку и сердце. Любовь Ивановна не возражала. Только ее отец, обычно немногословный, сказал, как отрезал: «Вот вернется из армии, и поженитесь. А сейчас будет вам испытание».Это испытание они выдержали. Настоящим чувствам ни время, ни расстояние не помеха. Владимир Тумаев был военным, так что пришлось помотаться по городам и весям. Молодая семья жила в Германии, Киеве, Калининградской области. Они и в Горький-то попали по распределению. В их семье всегда царили мир и покой. Они все делали вместе — готовили, убирались, отдыхали. Видя трепетное отношение родителей друг к другу, сын Сережа и дочка Лариса росли такими же душевными и чуткими.— Сережа занимался плаванием, каратэ, дзюдо, — рассказывает Любовь Ивановна. — Любил жизнь, все хотел успеть. У него было много друзей. Они часто бывали у нас. Пока ребята общаются, слушают музыку, он пойдет картошки нажарит, потом всех угощает. А еще у него хорошо маленькие оладушки на кислом молоке получались…Варежки от сынаВ 1983 году муж Любови Ивановны попадет в Афганистан. До сих пор в семье вспоминают, как боялись звонка в дверь: вдруг почтальон несет телеграмму с плохой вестью?— Когда совсем тяжело становилось, присяду на диван, а дети с обеих сторон прижмутся ко мне, как два комочка, и нам всем немного легче, — вспоминает женщина.Два долгих года ждали возвращения главы семьи. Эта война пощадила их. Любовь Ивановна замолкает на минуту, и снова мысли возвращаются к сыну.— В обед старалась приходить домой, чтобы проводить Сережу в школу, он учился во вторую смену. Только получалось, что это не я, а он обо мне заботился. Приду, а обед уже разогрет. Когда возвращалась с работы, он всегда пытался понять, какое у меня настроение. И если чувствовал, что мне плохо, успокаивал, ласково гладя по плечам: «Ложись, мама, ложись, я тебе ножки укрою». А однажды был сильный мороз, в школу дети не ходили, но я прибежала домой, проверить, все ли в порядке. Когда стала возвращаться, поняла, что забыла дома варежки, — голос Любови Ивановны начинает срываться, и слез уже не сдержать. — Почти до остановки дошла, поворачиваюсь, Сережа бежит по морозу, варежки несет.Он был очень похож на своего отца, такой же чуткий и внимательный. Даже влюбился, как когда-то папа в маму, с первого взгляда. Со своей девушкой Светланой они хотели пожениться, как только Сережа вернется из армии. Его забрали в декабре 1993-го, как он и хотел — в десантные войска.«Сгорел» на глазахСвязь с сыном прервалась в декабре 1994 года. Родители догадывались: скорее всего, отправили в Чечню. Последний раз голос Сережи они услышали 27 декабря. Тогда он приезжал вместе с ротным командиром в Москву. Матери так и не сознался, что попал на Кавказ. Поделившись с отцом, строго-настрого запретил говорить ей правду. Но разве утаишь что-то от жены военного?7 января 1995 года родители увидели по телевизору репортаж из Грозного, на переднем плане — любимого сына. А на следующий день Сережи не стало. Он погиб на одной из грозненских улиц при штурме Президентского дворца. Вместе с ним — ротный командир лейтенант Зеленковский и Женя Венцель с Алтая. Чувствуя неладное, Любовь Ивановна в тот же день, 8 января, начинает звонить на «горячую линию». Там отвечают: сын в госпитале. Каком? Неизвестно. Без устали женщина обзванивает один госпиталь за другим. Но ни в одном из них сына не находит.На очередной звонок в части ответили: ваш сын пропал без вести. Отец Сережи едет в Чечню. Месяц с фотографией сына он ходит по аулам в надежде узнать хоть что-то. Он так и не привезет домой хороших вестей. Бывший афганец, закаленный в боях, не выдержит такого удара судьбы. По возвращении Владимир Тумаев «сгорит» на глазах. На фоне тяжелейшего стресса у него разовьется скоротечный лейкоз.«Я добьюсь! Я добьюсь! Я добьюсь!»Чечня забрала у Любови Ивановны и сына, и мужа. Наступила пустота, поселилось отчаянье. И вдруг на работе кто-то из коллег сказал: «Люба, тебе надо Сережу найти». В память о муже она решает во что бы то ни стало разыскать сына.Женщина едет в Ростов. Там в 124‑й военной судмедлаборатории она часами осматривает останки погибших ребят, возвращаясь домой с седыми прядями волос, — но без сына. После этого пишет сослуживцам Сережи, пытаясь выяснить подробности его гибели. Они-то и рассказывают несчастной матери, что во время минометного обстрела двоих (Евгения Венцеля и лейтенанта Зеленковского) разорвало, но тело одного солдата было опознаваемо. И в нем они узнали Сережу Тумаева. Почему решили отправить Сережу на Алтай и похоронить его под фамилией Венцель? Ответ на этот вопрос, наверно, знают только те, кто принимал это решение. Бог им судья.Ни секунды не сомневаясь в том, что на Алтае захоронен сын, Любовь Ивановна начинает добиваться эксгумации тела. Получает разрешение в Главной военной прокуратуре. Дальше — долгая дорога на Алтай. Встреча с родителями Евгения Венцеля, которые вроде бы сначала были не против эксгумации, а на следующее утро резко изменили свое решение. Восемь раз Любовь Ивановна ездила на Алтай. Умоляла родителей Евгения дать согласие на эксгумацию. Терпела оскорбления и унижения от местных жителей. Пыталась найти правду в кабинетах чиновников. Надеялась на понимание самых высокопоставленных людей в государстве. Она попала в кабинеты Павла Грачева, генерала Рохлина, генпрокурора Скуратова. Стояла с плакатом около Генпрокуратуры, умоляя вернуть тело сына. О ее судьбе писали журналисты, среди которых Анна Политковская, корреспонденты французских, английских, американских средств массовой информации. Рыдая от отчаянья, когда казалось, что сил больше нет, Людмила Ивановна твердила сквозь слезы: «Я добьюсь! Я добьюсь! Я добьюсь!»На РодинуВ тот день в Нижний Новгород приехал Владимир Путин, уже исполнявший обязанности Президента России. Возложив цветы к Вечному огню, подошел к жителям, толпившимся возле здания филармонии. Любовь Ивановна сумела пробиться в первый ряд. И как только представилась возможность, кратко и быстро поведала свою историю, вручив папку документов. Последние ее слова были: «Помогите, умоляю». «Помогу», — ответил Путин. Меньше чем через 2 месяца Сережу Тумаева со всеми почестями перезахоронили на Ново-Сормовском кладбище в Нижнем Новгороде. Генетическая экспертиза подтвердила: в Алтайском крае, в селе Урюпино, действительно «по ошибке» захоронили нижегородца.Сердце сжимается, когда смотришь в глаза матери, вынесшей все эти испытания. На банальный вопрос «Как хватило сил?» она тихо отвечает: «С верой и Божьей помощью». Прошло немало лет. Но время не лечит такие раны. В комнате Любови Ивановны портреты мужа и сына. Они для нее всегда живые.К счастью, рядом с этой мужественной женщиной дочь Лариса, зять и взрослый внук. Несмотря на все пережитое, Любовь Ивановна сохранила доброе сердце. Когда-то судьба свела ее с председателем совета общественного самоуправления «Орджоникидзе» Людмилой Борисовной Маркеевой. С тех пор Любовь Ивановна помогает людям, чем может. Если надо, подарки разнесет инвалидам, с детьми позанимается или малышей в больнице навестит. Ощущение того, что ты кому-то нужен, помогает жить дальше.…Каждый год в Нижний Новгород приезжают сослуживцы Сережи с семьями, и все вместе они отправляются на могилы старшего и младшего Тумаевых. А зимой, когда холодно, Любови Ивановне кажется, что сейчас она повернется и увидит своего Сережу, который несет любимой маме теплые варежки.