Меня здесь русским именем когда-то нарекли

– Пятунка! Догоняй! Что?! Что?! Не догонишь? – несся попесчаному берегу словно мячик кудрявый синеглазый мальчуган лет семи. За нимбежал черноглазый, худой, вихрастый, скорее всего такого же возраста,мальчишка.– Пятунка! Потешка! – от перевоза к ним вприпрыжку спешилтретий мальчик – рыжий, с конопушками и веселыми голубыми глазами. Зачинщиквсех игр – забавный Потешка – остановился. Ребятишки плюхнулись на песок. Загадки и отгадки – Ты что как долго, Коняшка? – Да мамке помогал белье мыть! Поедим?! – из-за пазухиКоняшка достал завернутый в тряпицу круто посоленный ломоть ржаного хлеба.Разломили на троих. С удовольствием всё до крошки съели. – Пошли к старым башням! Железяки поищем! И мальчишкипобежали на Спасскую гору. Сияло солнце. Над Окой, плавно катящей свои воды, плылилегкие облачка. У перевоза шумел народ. «Еще год гуляю, – рассуждал Коняшка, – папка сказал: наследующий год тоже молотком стучать начну». «И мне обещал…», «И мне…» – по очереди сообщили приятели.«Ладно. А пока гуляем…» Первая половина семнадцатого века. Странные имена у героевмоих литературных фантазий! И откуда такие? Читая «Дозорную книгу Павлова острога 1614 года писца СеменаЯзыкова и подьячего Емельяна Евсеева» с перечислением строений и пашенныхдворов тогдашнего поселения, с большим интересом наблюдаешь стиль написания,речевые обороты и, конечно, имена живших в те времена людей. Пушкарь СавкаПотапов, воротник Степка Михайлов, Митка Савельев. Нынче это, само собойразумеется, – Савва, Степан, Дмитрий… Написаны имена, конечно, в уничижительнойформе, не как у дьяка и писца. Что делать? Крестьяне. Читаем дальше. Баженко Федоров, Неустройка Филипьев, ПотешкаДевятов, Пинайка Михайлов, Первушка Иванов, Пятунка Марков, Дружинка Иванов,Коняшка Федоров, Веселой Капуста… Откуда такое почти сказочное разнообразие? Обращаюсь к списку основной группы славянских имен.Оказывается, Баженко – Бажен – не иначе как желанное дитя. А Первушка, Пятунка– это имена, которые давались, не мудрствуя, по порядку рождения. Коняшка же –это из серии имен из растительного и животного мира. Веселой – и объяснять ненадо! А что же Потешка, Пинайка и подобные? Особые черты Древнерусские имена почти всегда образовывались от самыхобычных слов и всегда подчеркивали какую-то особенность человека. Имена, которые оканчивались на ‑гор, – слав, – мудр, – мысл,– мир, – зар, – свет, принадлежали только высшему сословию (мудрецам иправителям). И можно вспомнить в связи с этим такую историческую личность, какВладимир Святославович Красное Солнышко – князь Новгородский, великий князьКиевский (Владимир – владеющий миром, Святослав – священная слава). Илигалицкого князя Ярослава Остромысла (Ярослав – славящий Ярило – солнце,Остромысл – быстро соображающий, мудрый). Имена с ‑бор, – полк в конце принадлежали сословию воинов.Вот Ярополк Святославович – великий князь Киевский (ярое, мощное войско,предводитель солнечного света). И таких примеров сколько угодно! Имена же земледельцев, ремесленников, торговцев и остальногонарода обычно означали именно черту характера. Например, Шумило – крикун, Гудим– музыкант, Буслай – гуляка, Бахарь – сказочник, Борзята – быстрый, Баян –сказитель, Буй – мощный, Бус – туманный, Жихарь – удалец, Олель – любимый,Сухан – тощий, худой, Ушак – ушастый, Ширяй – широкоплечий. Женское имяВерещага означало – болтушка, а Чернава – смуглая. Ну а Потешка из моейфантазии – это, конечно, веселый и забавный ребенок. Представляю, каким задиристымв детстве или, возможно, неспокойным в чреве матери был Пинайка! Подобных имен, зафиксированных в средневековых источниках,довольно много! Один только «Словарь древнерусских личных собственных имен»Николая Тупикова дает их несколько сотен. Фамилии и прозвища И очень непросто отличить собственно личные, дающиеся прирождении имена от прозвищ. Ричард Джемс, путешественник из Англии, в начале 17века побывавший на Руси, отметил в своем дневнике, что русские получают отматери прозвище и пользуются в повседневной жизни только им. До конца Х века,до христианизации, восточные славяне при рождении ребенка давали ему толькоимя. В 988 году состоялось крещение Руси, и детям стали давать еще икрестильное имя, как правило, имя одного из святых. Фамилии среди крестьянства впервые стали употребляться с16 – 18 веков, но окончательно закрепились лишь после отмены крепостного права.Поэтому и в списке павловских крепостных иногда наблюдаются лишь имена(домрачей Ивашка), а возможно, даже прозвища (красильник Потешка).Присутствуют, например, здесь Истомка Романов, Дружинка (дружелюбным, скореевсего, был в детстве, ласковым) Иванов, Меншей Никифоров. Верно, драчливыммальчишкой был Воинко Савельев! Слово-оберег А это что за имена: Нехорошева, Плакитко, Мешайка? О смыслеможно только догадываться. Но уж очень неприглядные! По сравнению с этимиименами имечко одного из моих мальчишек из рассказа – Коняшка – вполне доброе,даже игрушечное какое-то! Оказывается, существовал в древние времена обычай даватьдетям специально имена с негативным значением в надежде, что злые силы несоблазнятся таким ребенком и не отберут его у родителей, наслав болезнь иликакое-нибудь несчастье. В тех же списках имен встречаются и такие, как Дурак(например, был такой в русской истории Дурак Мишурин, дьяк московский), Упырь(Упырь Лихой – первый на Руси переписчик книг), Блуд (распутный, непутевый),Говен, Зима, Мороз, Невзор, Крив, Злоба и не менее непривлекательные другие. Но сколько же в этих списках и красивых, но, к сожалению,забытых имен! Благомир, Вольга (гостеприимный), Добрыня, Пересвет (жизненный).Прекрасны женские имена: Весняна, Лада, Гори­слава, Милана! Но нет уже подобных последним.женским именам ни в «Дозорнойкниге» 1614 года (встречаются лишь Ульяна, Марья, Ненила, Овдотья, Дарья, Анна,Лубка), ни в «Писцовой книге Павлова острога 1621 – 1623 годов писцов ДмитрияЛодыгина « с товарыщи» (Ульяна, Матрена, Катерина, Наталья, Марфа, Матрена ивсё те же имена из предыдущего списка), ни в «Переписной книге Павлова острога1646 года писцов: князя Ивана Федоровича Шеховского и подьячего ПрокофияСеменова». Ни, тем более, в «Переписной книге Павлова острога 1678 года писцов:князя Юрия Сонцева-Засекина и подьячего Михаила Спасентьева». Филипьев сын Зато в последней отчетливо видно, как изменилось написаниеимен! Четко начинаются прослеживаться не прозвища, а крестильные имена, зачаткисовременных отчеств, фамилии. Например, Тимошка (Тимофей – имя), Филипьев сын(то есть Филиппович – отчество), Ёж (фамилия, скорее всего, от прозвища).Анализируем: Алешка Иванов сын Буянов (Буян – древнерусское имя, означающее«буйный, мужественный»), Ганка Офонасьев сын Неустроев (Вспомнился нашпавловчанин 1614 года – Неустройко Филипьев!), Мишка Максимов сын Девяткин (былкогда-то у кого-то и девятый ребенок!), Ивашко Кириллов сын Выродов (прорвалосьв это время в Павлове остроге всё-таки то ли негативное имечко, то линегативное прозвище!), Якушка Марков сын Бочкарев (нужная профессия!), ПашкаДмитриев сын Бронников. Ого! Это уже фамилия от мастеров-металлообработчиков! И сразу вспомнились мои веселые друзья Пятунка, Потешка иКоняшка. Остались ли их семьи в Павловом Остроге? Если был разговор о молотках,скорее всего, остались. Недаром Павлово на протяжении почти трех веков славитсяметаллообработкой!