На смерть Дантеса
«А Россия не простила» — так называется новая книгаСергея Чуянова, известного тележурналиста и писателя, Почетногогражданина Городецкого района и села Большое Болдино. Тема, поднятая им, не нова, но и спустя 176 лет она всё не дает покоя, вызывая порой самую бурную эмоциональную реакцию. Речь о дуэли Пушкина и Дантеса. Автор менее всего касается таки не до конца открытой подоплеки интриг и страстей, приведших поэтак роковому барьеру. Он затрагивает более важное. Потому что побуждаеткаждого читателя искать свой ответ на вопрос, можно ли ныне простить того, в чьей руке «не дрогнул пистолет». И получается, чтовопрос этот вовсе не праздный в нашем ХХI веке, когда, казалось бы, дело позапрошлого столетия быльем поросло. Что-то глубинное в национальномсамосознании задето давней дуэльной историей, что-то в ней уязвляет по сию пору всякое чуткое гордое русское сердце. Конечно же, не примитивное злопамятство. Что же? Сто страниц книги дают достаточнобогатую пищу для размышлений и выводов. Затравкой послужило событиене столь давнее, когда делегация болдинцев побывала в родовом замкеДантесов во французском Сульце и вернулась окрыленная перспективойтолерантно оставить в прошлом «распрю», наладить связь между непримирёнными домами убийцы и убитого. Это многих шокировало и вызвало к жизни саркастичную статью С. П. Чуянова, опубликованную, кстати, в нашейгазете. Именно то публицистическое выступление легло в основу нынешнейкниги, но автор пошел дальше, сделав подборку мнений уважаемыхспециалистов, потомков Пушкина, газетных дискуссий, статей и опросов.Сергей Петрович уделил место и тем, кто лоялен в отношении Дантеса, видя в нем не злодея, а скорее игрушкуобстоятельств, что свели в могилу национального гения. Нам данавозможность увидеть ситуацию глазами потомков барона де Геккерна.В приложении опубликованы также хроника последуэльных суток жизни Александра Сергеевича, отклики на его уход современников, в том числе — стихотворные, включая и гневное лермонтовское «Смерть поэта». Все это вместе еще раз открывает читателю картину «общественной катастрофы», как охарактеризовала свершившееся зло дочь Николая I — Великая княжна Ольга Николаевна. И освежив в памяти эту трагедию, понимаешь, что даже свой уход генийпревратил в великое творение, в прекрасный и загадочный миф. По сути,это Пушкин убил Дантеса. Да так, что ни прожитая бароном после изгнанияиз России долгая жизнь с благими делами и уважением соотечественников,ни стремление его потомков оправдаться-примириться — ничто уже не вызволит из могилы в прах разбитую честь. «А Россияне простила» — единственная эпитафия на эту моральную смерть Дантеса,которую многие и многие произнесут вслед за автором новой книги.
