Нас Фукусима не укусит
Что в действительности произошло на «Фукусиме»? Грозит линижегородцам при возведении у нас атомной станции повторение японского сценария или, того хуже, второй Чернобыль? Обо всем этом было рассказано на семинаре, проведенном для журналистов Нижегородским информационным центром по атомной энергии. Спрос за «Фукусиму» с США В качестве эксперта выступил один из наиболее компетентных в вопросах строительства атомных станций специалистов, в течение 22 лет работавший главным инженером института «Атомэнергопроект», Владимир Чистяков. По его убеждению, ничего подобного тому, что случилось в Японии, на российских АЭС невозможно: — Японский реактор был спроектирован американцами в 60‑х годах прошлого века, когда к вопросам обеспечения устойчивости АЭС к внешним воздействиям подходили примерно с теми же требованиями, какие существовали в отношении тепловых станций. Он не имеет тех степеней защиты, которые есть в современных реакторах. Что произошло на «Фукусиме»? По сигналу землетрясения реакторы были заглушены, начался процесс снятия остаточных тепловыделений с применением систем охлаждения, запитанных от автономных дизель-генераторов. Но из-за воздействия цунами на источники энергоснабжения, обеспечивающие работу насосов охлаждения, процесс был нарушен. На АЭС «Фукусима» используется одноконтурная схема, то есть пар для турбин образуется непосредственно из воды первого контура. Он радиоактивен. И если турбины и системы охлаждения не работают, как в нашем случае, то за счет накопленной тепловой энергии в активной зоне даже заглушенного реактора идет нагрев воды и выделение пара.Остается только сбрасывать пар и водород в атмосферу, что и было сделано. При смешении водорода с кислородом воздуха и возникновении искры произошел взрыв. Двойная защита На российских атомных станциях такое невозможно. Во-первых, они двухконтурные, то есть пар на турбины поступает из второго контура, вода которого не радиоактивна. Во-вторых, на проектах «АЭС-2006» в аварийных ситуациях вода вообще не нужна, тепло можно отводить в воздух без участия каких-либо внешних источников водоснабжения. Наконец, новые российские станции имеют двойную железобетонную защитную оболочку с вентилируемым через фильтры межоболочным пространством. Внутренняя оболочка рассчитана на воздействие среды в случае аварийной ситуации на реакторной установке (давление, температуры и т. д.). А внешняя — на восприятие любых техногенных или природных проявлений, включая удар падающего самолета, взрывы, смерчи, ураганы, цунами… Запас тайфун не притянет Говоря о сейсмостойкости атомных станций, надо отметить, что именно НИАЭП спроектировал Армянскую АЭС, выдержавшую мощное Спитакское землетрясение. — В то время, когда мы начинали заниматься Армянской АЭС, вообще никаких нормативов не было,- вспоминает Владимир Николаевич. — Для изучения сейсмической устойчивости подобного рода объектов мы подключили массу научных организаций. Как раз на примере этой станции началось исследование сейсмоустойчивости. Там наиболее ответственные объекты, например реакторное отделение, сделаны с большим запасом, чем существующие сегодня нормативы. И до, и после землетрясения на станции изменялись некоторые характеристики и проводились определенные мероприятия по усилению, с которыми согласилось потом МАГАТЭ. Эта станция и сегодня соответствует всем современным требованиям по сейсмостойкости. Каждая станция проектируется с учетом того гипотетического воздействия, которое может быть на той площадке, где она находится. Нормы, которые действуют и у нас, и во всем мире, исходят из того, с какой сейсмоопасностью надо проектировать объект.
