Не совсем свобода
В России появился новый вид уголовного наказания: ограничение свободы. Изменения законодательства вступили в силу в минувшее воскресенье. Теперь между лишением свободы и условным сроком появилось некое промежуточное звено: осужденный остается дома, но с определенными обязательствами. До сих пор домашний арест применялся только как мера пресечения на время предварительного следствия и судебного разбирательства. Причем применялся достаточно редко: видимо потому, что обвиняемый может скрыться или попытаться повлиять на свидетелей. — Что же касается ограничения свободы как нового вида наказания, то могу прогнозировать, что суды будут достаточно часто его назначать, — говорит начальник отдела анализа и координации деятельности территориальных органов подведомственных федеральных служб ГУ Минюста России по Нижегородской области Евгений Ляхманов. — И это, конечно, не потому, что государство у нас такое доброе по отношению к тем, кто закон нарушает. Идет оптимизация системы наказаний. Должен действовать принцип их неотвратимости и адекватности. Если есть возможность не направлять человека в колонию, чтобы он не попал там под влияние криминальной среды, то, безусловно, нужно ею воспользоваться. Но в то же время и дать осужденному почувствовать, что он наказан. Ограничение свободы означает запрет на выезд из населенного пункта. Человек не должен также выходить из дома вечером после определенного часа. Ему запрещается бывать в определенных местах, например, в ночных клубах, питейных заведениях, посещать массовые мероприятия. Он не может сменить место жительства, работы или учебы без специального разрешения. Вообще, перечень ограничений остается открытым, так что их назначение — на усмотрение суда. Осужденный должен являться для регистрации от одного до четырех раз в месяц. А назначаться ограничение свободы может на срок от двух месяцев до четырех лет, причем в том числе и как дополнительное наказание после освобождения из колонии. Суд может назначить домашний арест за преступления, не представляющие повышенной общественной опасности: клевету, оскорбление, халатность, присвоение или растрату. Однако что касается механизма осуществления этой идеи, то пока ясно лишь одно: контроль за осужденными к ограничению свободы возложили на уголовно-исполнительные инспекции. — У нас пока нет никаких инструкций, ждем, — сообщила нам начальник уголовно-исполнительной инспекции № 11 ГУФСИН по Нижегородской области Мария Ящерицына. — Говорят, что для контроля за осужденными к ограничению свободы будут использоваться электронные браслеты, чтобы можно было видеть, где находится человек. Но для этого определенно нужна специальная аппаратура. Мы ее пока не получили. Применение нового вида наказания нам добавит работы, но мы этого не боимся. Пусть только разъяснят детали. А оступившемуся человеку, я считаю, всегда надо давать шанс. К слову, эксперимент по использованию электронных браслетов в течение полутора лет проводился в Воронежской области. В декабре он завершился и был признан успешным. Правда, когда эти браслеты начнут использовать и в других регионах, пока неясно. Кстати Скептики считают, что государство проявляет излишнюю лояльность к преступности: введение домашнего ареста как вида наказания, освобождение от уголовного преследования тех, кто впервые совершил налоговое преступление, правда, при условии, что ущерб добровольно и в полном объеме возмещен, — все это новости последнего времени. Однако, с другой стороны, в прошлом году по ряду статей Уголовного кодекса санкции значительно ужесточили. В частности, внесены изменения в статьи «Изнасилование», «Насильственные действия сексуального характера», «Изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних», «Развратные действия», «Половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста». Если раньше, например, по последней из них максимальное наказание составляло четыре года лишения свободы, то теперь многое зависит от возраста жертвы: если ей нет 12, то дадут от 7 до 15 лет. Только цифры По данным ГУ Минюста России по Нижегородской области, на начало октября прошлого года в двух следственных изоляторах содержалось 2742 человека, в 15 исправительных колониях — 19388 человек. Из них 1959 женщин и 329 несовершеннолетних. В 58 уголовно-исполнительных инспекциях на учете состояли 11 372 осужденных к наказаниям, не связанным с лишением свободы.
