Петербургский счет
В Санкт-Петербурге прошла межрегиональная топонимическая конференция. Случилось так, что на ней громче других звучали вопросы наименования и переименования городов, улиц и площадей двух столиц — Невской и Приволжской. В кулуарах на вопросы ведущего «Отчины» ответил член топонимической комиссии Санкт-Петербурга Андрей Рыжков.Гармония в топонимике— Андрей Борисович, кто в комиссии главнее — специалисты или чиновники?— В своей нынешней ипостаси комиссия возникла в 1991 году, тогда ее возглавлял академик Панченко. Состав ее сильно менялся, но неизменным оставалось ядро из ученых и краеведов. Сегодня в комиссии 16 человек, из них чиновников «в чистом виде» — пять, а возглавляет ее вице-губернатор Кичеджи. Остальные — филолог Скрелин, лингвист Казанский, главный герольдмейстер России Вилинбахов, краеведы Ерофеев, Владимирович, историк архитектуры Кириков, специалисты по градостроительству. Чиновники в комиссии были всегда, но многие из них занимались топонимикой по призванию, а не только по должности. Нынешний член комиссии Яковлев был в 1990‑х и председателем Комитета по культуре, и возглавлял комиссию. Хочу подчеркнуть, что ее решения носят рекомендательный характер.— Каковы задачи, приоритеты?— Думается, цели одинаковы у всех структур подобного рода — создание гармоничной топонимической среды. А вот конкретные задачи диктует время. В начале 1990‑х годов шло массовое возвращение исторических названий. На карту города вернулось около 100 топонимов, утраченных в советское время. Потом — затухание. При Матвиенко состоялось подобное решение только по четырем именам. Но это одна сторона медали. В нулевые Питер строился и расширялся, появилась огромная потребность в новых названиях улиц. Сегодня их появляется 15 – 30 ежегодно. Эта грань деятельности комиссии обычно упускается из виду, а зря. Было бы странно одной рукой пытаться возвращать красивые названия из прошлого, а другой — заполнять карту новостроек чем ни попадя. И комиссия действует, ведь нелепых предложений множество.Обаяние истории— Вернутся ли на карту Ямбург, Царское Село, Ораниенбаум, Санкт-Петербургская область?— Вопрос, прежде всего, юридический. В законодательстве отсутствует механизм изменения названия субъекта Федерации. Требуется обращение его законодательного органа к президенту. Пока, увы, ничто не предвещает такой инициативы. Ямбург, ныне Кингисепп, — город на территории области. Ключевая роль — у муниципалитета, который должен обратиться в Заксобрание области, оно — в Росреестр, тот — провести экспертизу и обратиться в Госдуму, которая примет отдельный закон. Пример — переименование Беднодемьяновска в Спасск. Ораниенбаум-Ломоносов и Царское Село-Пушкин — уже не самостоятельные географические объекты, а города-спутники в составе Петербурга, судьба вопроса также в руках муниципалитетов, но сторонники исторических названий там пока в меньшинстве.— Может показаться, что есть негласная установка сверху тормозить возвращения. Ваше мнение?— Я бы поставил во главу угла субъективный фактор. Губернатор Яковлев даже в день своего увольнения в 2003 году подписал масштабное возвращение в Павловске. А вот Матвиенко относилась к делу гораздо жестче. И все же именно при ней возвратились Благовещенский мост, Старообрядческая улица, Кадетская линия и Кадетский переулок, Сенатская площадь. Полтавченко ввел мораторий на возвращения — возможно, из нежелания сделать неверный шаг в новой обстановке. Срок моратория истекает в 2015 году, и мы надеемся, что лед тронется. Вообще же, сопротивление бюрократии — не общее свойство городов и регионов. Если у власти находится человек, неравнодушный к обаянию исторических имен, то никакого сопротивления волшебным образом не наблюдается. Примеры — Киров, Пермь, Иваново. Стереотип поведения чиновников задается образом мышления начальства.
