Политика, обращенная в прошлое
В советское время так говорили об истории. История рассматривалась не столько, как наука, сколько как идеология, и в соответствии с этим была поставлена работа, как по изучению, так и по преподаванию истории. Потом был короткий период абсолютной свободы, когда стало возможным изучать и писать все, что угодно. Сейчас, кажется, возвращаются старые добрые времена, когда история вновь становится делом государственной важности, а исторические концепции рассматриваются с той же серьезностью и тщательностью, как и стратегия национальной безопасности. Вопросом заинтересовались на самом верху. Асимметричный ответ. Справедливости ради надо заметить, что власть взялась за изучение истории и исторических концепций не от хорошей жизни. Обстоятельства вынудили ее этим заняться. И, как это часто бывает, обстоятельства эти были связаны с угрозой внешней и внутренней безопасности России. Вплотную заниматься темой изучения и преподавания истории, а также создания и отстаивания определенных исторических концепций власть начала в ответ на ряд попыток пересмотра истории и итогов Второй мировой войны и роли в ней Советского Союза. Попыток, предпринимаемых как за рубежом, так и в самой России. В том числе и на государственном уровне. В том числе и путем оформления новых идеологий. Как раз в ответ на подобные попытки Президентом России Дмитрием Медведевым во вторник был подписан указ «О Комиссии при президенте Российской Федерации по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России». В состав комиссии вошли 28 человек — «представители администрации президента, МИД, ФСБ, СВР, Совбеза, Министерства регионального развития, Министерства юстиции, Министерства культуры, Общественной палаты, Госдумы, Росархива, Роснауки». Председателем комиссии утвержден глава кремлевской администрации Сергей Нарышкин. Состав комиссии и статус ее участников уже показывает серьезность намерений властей и значимость темы, которой они намерены заниматься. Заниматься темой «противодействия фальсификации истории» собираются, кстати, и на законодательном уровне. В начале мая в Госдуму был внесен проект нового федерального закона «О противодействии реабилитации в новых независимых государствах на территории бывшего Союза ССР нацизма, нацистских преступников и их пособников». К таковой реабилитации проект относит «искажение приговора Нюрнбергского трибунала, либо приговоров национальных судов или трибуналов, основанных на приговоре Нюрнбергского трибунала, объявление преступными действий стран-участников Антигитлеровской коалиции, одобрение или отрицание преступлений нацизма против мира и безопасности человечества». Законопроект предусматривает введение санкций против государств, где «реабилитируется нацизм», а для физических лиц — штраф в размере до 300 тыс. рублей или заключения сроком до трех лет. Недоумение. Ну что тут сказать?! Мысль авторов, как президентского указа, так и думского законопроекта, чеканна и проста. Они собираются бороться против попыток пересмотра итогов Второй мировой войны, предпринимаемых в странах ближнего зарубежья. Ни больше, ни меньше. Именно против попыток пересмотреть историю ХХ века, и именно на территории стран бывшего СССР — в законопроекте об этом сказано предельно четко и конкретно. Представляется так, что это начинание — шаг в правильном направлении, но выглядит оно уж как-то слишком коряво и наивно. Понятно, что российские официальные круги, как, впрочем, и многие граждане, не в восторге от многочисленных попыток стран Прибалтики и Восточной Европы избавиться от советского исторического наследия, в том числе и путем переписывания истории Второй мировой войны, в том числе и путем реабилитации лиц, воевавших против СССР на стороне гитлеровской Германии. Но способ противодействия оным попыткам выбран, мягко говоря, странный. Тут непонятно даже, за что зацепиться. Допустим, что некий историк, скажем, латышский, написал книгу, в которой доказывает, что гитлеровское вторжение в Латвию в 1941 году являлось освобождением от советской оккупации и что латыши, воевавшие на стороне Гитлера, — это герои и патриоты, а воевавшие на стороне Советов — предатели и компрадоры. И что делать? Как противодействовать оному историку? Налагать штраф? Извините, но он находится вне пределов российской юрисдикции. И до тех пор, пока он не совершил уголовного преступления на территории России, решения российского суда для него не имеют никакого значения. Тем более, его нельзя будет посадить. То есть можно, если оный историк приедет в Россию. Но вряд ли он сюда поедет, особенно в свете последних законодательных инициатив. Что еще с ним можно сделать? А ничего. Что-то можно будет сделать с собственными гражданами, которые пытаются переврать историю. Но, во-первых, под действие закона они не попадают, ибо в нем ясно сказано, что направлен он против «новых независимых государств на территории бывшего СССР». Они, возможно, попадают под действие подписанного президентского указа, но он не имеет законодательной силы и в суде использоваться не может. А, во-вторых, даже если и будет принят необходимый законодательный акт, сам факт преступления доказать будет чрезвычайно сложно. Пересматривать историю можно по-разному. По-разному можно и нацизм реабилитировать. Вот, скажите, «Семнадцать мгновений весны» — это реабилитация нацизма или нет? Высшие нацистские деятели представлены в фильме настолько корректно и человечно, что порой вызывают сочувствие и уж, во всяком случае, понимание. Ну и как, сажать авторов фильма на три года или нет? Конечно, это художественный фильм, причем, сделанный талантливо и убедительно. Но и вполне научные исторические концепции, оправдывающие гитлеровскую Германию, могут выглядеть столь же талантливо, убедительно и достоверно. Сошлюсь на книги небезызвестного Виктора Суворова, которыми в конце 80‑х — начале 90‑х зачитывались широкие массы советского (потом российского) читателя. Книги были написаны талантливо, увлекательно, с кучей документальных подтверждений и исторических свидетельств (потом, правда, выяснилось, что большинство этих «подтверждений» и «свидетельств» липовые). Главная мысль всего «суворовского» цикла заключалась в том, что Советский Союз сам планировал нападение на Германию и оккупацию Европы. И что у Гитлера якобы, не было никакого другого способа предотвратить советское вторжение, кроме как организовать превентивный удар. Отсюда всего один шаг до оправдания Гитлера и Германии как несчастной жертвы, вынужденной вступить в навязанную войну и проигравшей ее исключительно из-за нехватки ресурсов. Вы думаете, это бред? Вы ошибаетесь: это очень популярная и влиятельная на сегодняшний день концепция. И как прикажете ей «противодействовать»? Штрафовать и сажать ее авторов, распространителей, почитателей? Это глупо. И бесперспективно. Действовать репрессивными методами на идеологическом фронте означает расписываться в собственной интеллектуальной беспомощности. Идеологии можно противопоставить только другую идеологию. Исторической концепции — только альтернативную концепцию. Факты побиваются только фактами, документы — документами. Если же доказать, что факты и документы противной стороны «липовые», то тем проще работа и тем беспроигрышнее игра. Но для такой работы, как кажется, законопроекты необязательны. Для нее нужна лишь добрая воля, жажда истины и вера в собственную правоту. Ну и желательно немного таланта. Историческая безопасность. Спору нет — историческая безопасность необходима стране так же, как безопасность военная или продовольственная. Без исторической памяти, превращающей людей в народ, без внятного осознания, кто мы такие, откуда пришли и куда идем, у страны нет будущего. В этом случае она даже не страна — так, территория, соединенная нарисованными на карте границами и выставленными пограничниками. И вполне очевидно, что исторической безопасностью, как одним из аспектов безопасности вообще, должно заниматься государство при участии общества и, разумеется, профессионального ученого сообщества. Нужно не просто знать, что историческая правда была и есть за нами. Нужно уметь это доказывать и обосновывать, и не только самим себе, но и другим — людям посторонним, незаинтересованным и просто несогласным. Делать это можно двумя путями (третий — силовое навязывание под угрозой карательных мер — неприемлем в принципе). Во-первых, научно-документальным путем, во-вторых, художественно-образным. Для обеспечения собственной исторической безопасности годятся оба. Для поисков и фиксации правды нужны историки и документалисты. Пусть поднимают новые архивные документы, пусть снимают новые фильмы, пусть проводят новые изыскания. Все это работа нужная и полезная и, зачастую, весьма эффективная. Как, скажем, в случае с разоблачением украинской фальсификации, где под видом жертв голодомора были предъявлены фотографии совсем других жертв — американской «Великой депрессии». Скандал получился шумный и явно испортивший игру украинским фальсификаторам. Так что нужны и научная критика, и документальные подтверждения. Но нужны и художественные образы, и нестандартные ходы в идейных и смысловых играх. Фильмы «Они сражались за Родину», или «В бой идут одни «старики», или, из новейших, «Мы из будущего» противодействуют нацизму куда лучше, чем всякие законодательные и подзаконные акты. Схожую роль играет и акция «Георгиевская ленточка». Можно придумать и другие. Например, широко опубликовать и по дешевке продать «Майн кампф». Почему нет? Во-первых, все убедятся, что Гитлер — писатель явно посредственный. Во-вторых, несколько неадекватный. А в‑третьих, что он планировал нападение на СССР еще за двадцать лет до войны. Одной этой акцией вся пропаганда Суворова-Резуна и иже с ним будет сведена на нет. И не надо будет никого сажать.
