Порочный круг
О заслугах этой неутомимой и поистине несгибаемой героической женщины говорить можно много и долго. В июне 2010 года участница Великой Отечественной войны, бывшая разведчица, дошедшая до поверженного Берлина и расписавшаяся на рейхстаге, отметит свой 89‑й день рождения. Да только не очень радостным обещает быть этот день. Как крыша текла, так и течет Живет Антонина Михайловна Моисеева со своей дочерью, которая в этом году уже достигнет пенсионного возраста, в самом центре Нижнего Новгорода — на улице Большой Покровской, в доме № 14а, квартире № 9. Давно уже живет, еще с тех пор, когда ее муж да и она сама были достаточно молоды, полны сил и энергии. Но муж, тоже участник войны, скончался, состарились и сама Антонина Михайловна, и ее дочка. А дом, в котором они живут, за эти годы ни разу капитально не ремонтировали. Достаточно войти в квартиру Антонины Михайловны Моисеевой, чтобы понять: крыша течет, потолок обваливается, через худую крышу вода попадает в дымоход АГВ. А от этого возникает так называемая обратная тяга, при которой весь угарный газ идет в квартиру. Из-за неисправности дымоходов и вентиляционных каналов АГВ может взорваться. Одним словом, смертельная опасность поджидает жильцов на каждом шагу. Не привыкшая молчать и умеющая сражаться за справедливость, Антонина Михайловна пишет письма-заявления в различные инстанции: «Я, Антонина Михайловна Моисеева, инвалид Великой Отечественной войны, проживаю на втором этаже двухэтажного дома старого фонда с отоплением от АГВ. Дымоход — в аварийном состоянии, потолок в квартире разрушается из-за постоянной влажности, все стены потрескались, штукатурка обваливается, внутри дымохода выпадают кирпичи. В результате отсутствия тяги угарный газ поступает в квартиру, что создает угрозу нашей жизни. Однажды я уже чуть не погибла от отравления угарным газом. Дому и квартире требуется срочный ремонт. Я сама такой большой ремонт сделать не смогу. Я — пожилой и больной человек. Убедительно прошу помочь мне. Всю жизнь я посвятила служению народу и Отечеству. В армию призвали в 1942 году, войну закончила в Берлине, награждена медалью «За взятие Берлина». За ратные дела и службу Отечеству награждена двумя орденами и двадцатью медалями. 8 мая 2001 года Президент РФ В. В. Путин в Кремле вручил мне орден «За заслуги перед Отечеством». Скоро польют дожди. Что мне делать? Я надеюсь на ваше чуткое отношение к инвалидам Великой Отечественной войны. Произведенный ремонт будет лучшей наградой для ветерана». Это послание Антонина Михайловна направила председателю Нижегородского облпотребсоюза, депутату ОЗС Н. И. Пыркову. А тот в свою очередь направил обращение А. М. Моисеевой конкурсному управляющему ООО «Домоуправление облпотребсоюза». И было это в июне 2005 года, то есть пять лет тому назад. Но семь лет тому назад Антонина Михайловна уже обращалась по поводу худой крыши в администрацию Нижегородского района и получила оттуда вот такой ответ: «В настоящее время в соответствии с приказом администрации города осуществляется передача дома № 14а по ул. Большой Покровской на техническое обслуживание в МУП «Дирекция единого заказчика (ДЕЗ)» Нижегородского района. Вопрос о финансировании работ по частичному ремонту кровли может быть рассмотрен после подписания актов приема-передачи дома № 14а по ул. Б. Покровской из ООО «Домоуправление облпотребсоюза» в МУП ДЕЗ Нижегородского района». Пока дом переходил из рук в руки от одной организации к другой, бумаги с обещаниями либо потерялись, либо утратили свою силу. Одним словом, как была крыша худой, так худой и осталась. Как был АГВ взрывоопасным, так взрывоопасным и остался.Пустые хлопоты и надежды Сегодня участникам и ветеранам войны вроде бы уделяется больше внимания, чем в прежние годы. Очевидно, это объясняется тем, что немного осталось на земле тех, кто был непосредственным свидетелем и участником самой страшной, самой кровопролитной войны. Не обойдена вниманием и Антонина Михайловна Моисеева. И звания почетные эта женщина имеет, и награды. И все они заслуженно получены. Родилась Антонина в г. Переславле Ярославской области в многодетной семье, которая жила очень скромно, если не сказать — бедно. Но девушка, несмотря ни на что, отправилась по окончании школы в Москву и поступила в педагогический институт иностранных языков. В апреле 1942 года Антонина получила диплом и почти сразу же была призвана в армию, зачислена в разведывательную школу Генштаба. А потом — на фронт. Не раз разведчица, прекрасно владеющая немецким языком, была на волоске от гибели. Она подползала очень близко к вражеским окопам, чтобы подслушать врага и собрать ценную информацию. Ей, 22-летней девчонке, было очень страшно, но она всегда с честью выполняла любое задание. В апреле 1945 года, когда маршал Г. К. Жуков готовил решающую битву за Берлин, А. М. Моисееву перебросили с 1‑го Украинского фронта на 2‑й Белорусский — берлинское направление. Бои за Берлин были тяжелыми, но самыми кровопролитными — за рейхстаг. 1 мая 1945 года над рейхстагом уже развевалось наше знамя. Моисеева, как и многие другие, расписалась на рейхстаге. После демобилизации из армии в 1947 году А. М. Моисееву направили на работу в органы транспортной милиции на Горьковской железной дороге. Здесь она прослужила до 1982 года и ушла в отставку, имея по выслуге 40 календарных лет. До сих пор Антонина Михайловна не покидает трудового строя. Сейчас она работает в Совете ветеранов УВДТ. Даже по этой короткой биографической справке можно судить, насколько уникальным человеком является Антонина Михайловна Моисеева. И вот такой человек вынужден мучиться в сложных, даже опасных бытовых условиях. Так надеялась Антонина Михайловна на юбилей Победы, когда к участникам войны станут проявлять наиболее пристальное внимание. Да, похоже, зря… Махнем, не глядя Уж больно велика квартира у Моисеевых. Метраж большой. А толку от этого гнилого метража никакого. Один только вред получается. Будь квартира поменьше, глядишь, и предоставили бы участнице войны новую или выделили соответствующую субсидию. Межведомственная комиссия побывала в квартире ветерана, недостатки жилья, надо полагать, заметили. Управление соцзащиты Нижегородского района выделило 10 тыс. рублей на ремонт. Как нам пояснили в министерстве социальной политики НО, постановление правительства НО № 110 выполнено: деньги на ремонт жилья участнику войны выданы. Да разве ж это деньги — 10 тыс. рублей? Что на них сделать можно? Одну трубу поменять да дверь покрасить. А в этой квартире всю сантехнику менять надо, равно как и АГВ, и дымоходы, и вентиляцию. Стены и потолок штукатурить, красить, оклеивать. Денег на такой ремонт потребуется немеряно. А если еще и о крыше худой вспомнить, то вывод один: легче новое жилье дать заслуженному человеку, чем старое латать и штопать. Мы посоветовались со специалистами минсоцполитики: как же быть ветерану? Оказывается, вопрос решился бы положительно, если бы администрация Н. Новгорода в соответствии с 47‑м постановлением правительства признала бы дом № 14а по ул. Б. Покровской аварийным, подлежащим расселению. Или в соответствии с тем же постановлением произвела в доме капитальный ремонт. Впрочем, инициировать признание дома аварийным, оказывается, может любой житель дома. Только для этого ежегодно нужно подавать соответствующее заявление в районную администрацию и созывать комиссии. Пожилой женщине такая ежегодная нервотрепка не под силу, а молодым некогда бегать с заявлениями и жалобами. Это прекрасно понимают в городской администрации и живут спокойно. Пообещал мэр города участникам войны выполнить все их просьбы, да только дальше обещания дело не пошло. «Дом № 14а на ул. Б. Покровской в г. Нижнем Новгороде и квартира № 9, в которой зарегистрирована А. М. Моисеева, межведомственной комиссией Нижегородского района г. Н. Новгорода не признаны аварийными и подлежащими расселению», — сообщает вице-губернатор Г. А. Суворов и. о. начальника Волго-Вятского управления внутренних дел на транспорте МВД России А. Н. Шорину, который ходатайствовал за А. М. Моисееву. Дело в том, что в соответствии с законом № 327-ФЗ инвалиды Великой Отечественной войны, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, имеют право на получение социальной выплаты на эти цели за счет средств федерального бюджета, но при этом учитывается общая площадь квартиры. А это значит, что по этому закону Антонина Михайловна не может быть признана нуждающейся в жилье. Неужели ничем нельзя помочь Антонине Михайловне? Есть небольшая надежда в письме Г. А. Суворова к А. Н. Шорину: «В рамках постановления правительства НО… А. М. Моисеева имеет право на получение выплаты из областного бюджета на ремонт квартиры». В этой связи руководителю управления социальной защиты населения Нижегородского района г. Н. Новгорода поручено оказать ей содействие в оформлении документов, в том числе по направлению их в межведомственную комиссию по признанию жилых помещений аварийными и подлежащими расселению». Только было мы ухватились за эти слова вице-губернатора с робкой надеждой хоть чем-то помочь участнице войны, как получили ответ на наш запрос из районной администрации, который перечеркнул все наши надежды: «25.05.2010 года администрация Нижегородского района провела обследование технического состояния приватизированной квартиры № 9 в доме № 14а по ул. Б. Покровская. В результате проведенного обследования установлено, что оснований для признания указанной квартиры непригодной для проживания не имеется. Квартира находится в удовлетворительном техническом состоянии, но требует декоративного ремонта, которого не было более 10 лет. Администрация Нижегородского района направила письмо в ОАО «ДУК Нижегородского района» о необходимости обследования дымоходов и вентиляционных каналов специализированной организацией ВДПО, а также о проведении ремонта в местах общего пользования». И все пошло по кругу: проверить, провести, довести, решить, обследовать… Дело бы пора делать. И дать ответ на такой вопрос: когда дома признаются аварийными? Когда в них гибнут люди под обвалившимися на их головы потолками? Может, не стоит дожидаться трагедии и признать, квартиру участницы войны неподобающей для нормальной жизни. А можно еще махнуть, не глядя, как на фронте говорят, и поселить в квартире участницы войны кого-нибудь из чиновников. Не навсегда, а на год-два хотя бы. Вот интересно, что тогда скажут в городской и районной администрациях? Наверное, подберут законы для улучшения жилищных условий человека. А разве отважная разведчица не заслужила человеческого к себе отношения?
