Пращур — мой ангел-хранитель
Рано или поздно мы задумываемся о своих корнях. Кто-то сызмальства донимает отца или мать расспросами, кто и откуда он. К другим это приходит в зрелом возрасте. Впрочем, немало и глухих к зову предков на протяжении всейжизни. Не о них ли говорил классик: «Интерес к прошлому отличает образованность от дикости». В последнее время внимание к семейной истории стремительно растет. В читальном зале Центрального архива Нижегородской области обычно яблоку негде упасть, и большинство посетителей корпит над метрическими книгами — изучает генеалогию предков. Завсегдатай ЦАНО — Татьяна ГРАЧЕВА, председатель Нижегородского отделения «Союза возрождения родословных традиций». 26 июня исполнится пять лет со дня его основания. — Татьяна Львовна, можете объяснить непосвященным, что такое генеалогия? — Если коротко, то это история рода. А также историческая дисциплина, изучающая родословие. — Нужно ли это сегодня, в век компьютеров? Может, правы те, кто считает историю «хламом», мешающим современному человеку жить и развиваться? — Я бы не отождествляла прогресс и достижения техники. Есть мнение, что именно благодарясамым высоким технологиям человечество совершит акт самоубийства, и я его разделяю. Без духовности мы обречены превратиться… не буду говорить в кого. А уважение к прошлому, к своим корням, национальным или семейным, — часть нашего духовного бытия. — Сравнительно недавно такие взгляды были не в чести. — Да, 70 лет людей отучали знать свои истоки, многие даже боялись признаться, что у них в роду были дворяне, купцы, священники, даже зажиточные крестьяне. Нас отвадили гордиться тем, что в роду, были, скажем, Георгиевские кавалеры, кадровые офицеры Императорской армии. Произошел колоссальный разрыв связующих нитей, семейных традиций. Главным символом стало «кто был ничем…» Если и оставили для семейной гордости местечко, то поместили его в жесткие временные рамки. Слава Богу, сегодня многое в этом смысле меняется. — Идет процесс исцеления? — Похоже, да. Пришли другие времена и во многом другие нравственные критерии. Для меня всегда было ясно: плохие или хорошие предки — рассудит история.Многое уже рассудила. Я рада, что постепенно все становится на свои места. — Интерес к родословной понятен, когда предки — государственные мужи, дворяне, купцы. А если нет? — Раньше люди, как правило, искали аристократические следы в семейной истории. Сегодня картина во многом иная. Растет интерес к рядовым сословиям. Объяснение простое — человек хочет видеть историю Родины через призму истории своей семьи. Возможно, действует и некий мистический фактор — родовой инстинкт, что ли. Впрочем, вы верно заметили — не у всех. — Как зародилось ваше увлечение генеалогией? — Все началось с популярной телепередачи «Жди меня». Могу назвать точную дату, когда это случилось, — 16 апреля 2001 года. В этот день я стала сотрудничать с этой программой. А потом подумала — чужим помогаю, почему бы себе что-нибудь не поискать? — Многие, ощутившие такую же потребность, думают: «С чего начать?» Что посоветуете? — С расспросов родителей, родственников, с семейных архивов. Первые мои находки были — фамилии прабабушек со стороны матери. Поездка в Рославль, на родину деда, где я нашла, что прадед умер в оккупации. — Удалось найти что-то неординарное? — Самое большое достижение — исследование рода Селивановых вглубь до 1745 года. Это мои предки по материнской линии, видные предприниматели и меценаты Казанской губернии. — Расскажите… — Родоначальником считается житель чувашского селения Чешлома Дормидонт. Он был первым в роду, кто принял крещениеи выучил русский язык. У Дормидонта было восемь детей. Старший из сыновей, Тимофей Дормидонтович, позднее возглавил семейный клан и торговое предприятие. С братьями Петром, Григорием и Кузьмой он занимался птицеводством и торговлей, преимущественно куриными яйцами. — И успешно? — Дело приобрело большой размах, охватило всю империю и даже заграницу. Селивановы основали торговые дома в Петербурге и Лондоне. Главный офис находился в Казани, на улице Георгиевской. Один лишь пример: в 1912 году Павел Тимофеевич Селиванов приобрел имение в Башкирии за 340 тысяч рублей. И это при том, что в купечество Селивановы не записывались, предпочитая крестьянское сословие. — Какова их судьба после революции? — Она сложилась по-разному. Кому-то было суждено приспособиться к новым условиям, кому-то нет. Петра Дормидонтовича в июне 1919 года арестовала Казанская ЧК, требовали деньги. Дать не мог, поскольку к тому времени всего лишился. Через два дня его расстреляли вместе с двенадцатью заложниками-соседями. Тимофей Дормидонтович уцелел, но в 1922 году, не пережив всех выпавших на долю семьи тягот и лишений, умер. Его сын Павел трудился в советских учреждениях, тем не менее в 1930 году по доносу был арестован и отдан под суд под надуманным предлогом, а фактически как бывший купец. Правда, вскоре его освободили, есть сведения, что по ходатайству Молотова, с которым Селивановы были знакомы с дореволюционных времен. — Связи с родней поддерживаете? — В общей сложности мне удалось найти более двухсот потомков рода Селивановых, проживающих ныне всюду, от Калининграда до Комсомольска-на-Амуре. — Вы стояли у истоков «Союза возрождения родословных традиций». Как это было? — Сначала образовался круг единомышленников — пользователей сайта «Всероссийское генеалогическое дерево». В 2005 году мы собрались в Нижнем Новгороде и на базе областной детской библиотеки провели всероссийскую генеалогическую выставку. Успех был потрясающий, только журналистов пришло на открытие больше двух десятков. И у нас возникла идея сорганизоваться. Через полгода в Брянске было официально объявлено об учреждении нашего Союза. — Чем он занимается? — Архивными исследованиями, обменом информацией, но больше — любительской генеалогией. У нас есть свой интернет-портал, выпускается газета «Память рода».Состоялись уже девять генеалогических выставок. Восьмую, также прошедшую в Нижнем Новгороде, посетило свыше трех тысяч человек. — Члены Союза, кто они? — Юридически мы — некоммерческое партнерство. Возглавляет Союз Валерий Бибиков, инженер-авиастроитель, изобретатель, член Историко-родословного общества. В состав попечительского совета входят историк Станислав Думин, депутаты Госдумы Александр Тягунов и Иосиф Кобзон, митрофорный протоиерей из Балахны Александр Соколов. Мы активно взаимодействуем со многими архивами, музеями, библиотеками. Среди наших партнеров Историко-родословное общество в Москве, Брянский краеведческий музей, разного рода общества и просветительские центры. — А в Нижнем Новгороде? — Кроме меня членами Союза состоят нижегородцы Анжелика Пашкова, Ольга Барыкина, Ольга Овчинникова, а также городчанин Сергей Тонышев. Вопреки расхожему мнению, никакой элитарности у наснет. Членом Союза может стать каждый желающий, но по уставу у нас платят членские взносы. Из реализуемых в нашей области проектов назову конкурсы «Историямоей семьи» при участии детской областной библиотеки, передачи на радио «Образ», участие во многих телепрограммах, посвященных генеалогии. Мы содействовали установке памятной доски династии Дворжецких, возвращению надгробия Аркадию Демидову в Быковке, созданию базы данных по священнослужителям Нижегородской епархии. — Все больше наших земляков, соотечествеников обращается к родовым корням. Любознательность — мощная движущая сила! — Думаю, дело не только и не столько в любознательности, присущей каждому культурному человеку. Людям нужна нравственная опора. Мы ищем и находим ее в Боге, труде, детях. В этот ряд я поставила бы и духовную связь с нашими предками. Для православного человека ведь нет умерших, есть усопшие, то есть, ушедшие из земной жизни в жизнь вечную. Память о них придает человеческому существованию особый смысл. Не будем забывать, что каждый найденный нами предок — наш ангел-хранитель.
