Предощущение апокалипсиса
Если не перестать повторять, что все будет хужеи хуже, есть все шансы попасть в пророки.Айзек Зингер.Есть один замечательный анекдот, как нельзя лучше демонстрирующий отношения пессимистов и оптимистов с реальностью. Даже не анекдот, а так, чье-то меткое замечание. «Пессимист видит темный тоннель, оптимист ? свет в конце тоннеля, реалист ? тоннель, свет, и поезд, мчащийся навстречу, а машинист видит трех идиотов, стоящих на рельсах». Так вот, эти три «идиота» до боли напоминают сегодняшних деятелей культуры, как в России, так и во всем мире. О чем и пойдет речь.Похоже, нас скоро ждет конец света. Так, по крайней мере, полагают самые популярные и раскрученные писатели новейшей России. А может, и не конец света, так конец России ? что, в принципе, одно другому не мешает. С пугающей периодичностью один за другим выходят романы модных авторов, предрекающих стране близкие катастрофы и ужасный конец. Тут вам и «2017» Ольги Славниковой, и «ЖД» Дмитрия Быкова, и последние опусы Владимира Сорокина, и даже «Санькя» нашего земляка Евгения Лавлинского, пишущего под псевдонимом Захар Прилепин.Ситуация сия не нова. В конце ХIХ ? начале ХХ века в России тоже было полно писателей, поэтов и других деятелей искусства, пророчествовавших скорое наступление невиданных катаклизмов. Делали они это, правда, талантливее, но тенденции (а именно они нас сейчас интересуют) весьма схожи. Достаточно вспомнить хрестоматийное блоковское «Все ли спокойно в народе?» и сравнить со славниковским «2017», чтобы без труда обнаружить заметную общую струю ? предчувствие близкой катастрофы. Кто не читал, поверьте на слово ? современная русская литература, по крайней мере «артхаусная», вся состоит из апокалипсических и эсхатологических предчувствий.Так в литературе. А в реальности? Нашей, повседневной, бытовой? Стоит ли всем, малым сим, не одаренным литературным талантом и даром провидения, плакать, пугаться и посыпать голову пеплом? Раз уж лучшие умы полагают, что вскорости стране «крышка» и надо либо «делать ноги», либо прятаться, либо срочно менять власть, ведущую страну к катастрофе, то обывателю, с детства воспитанному на доверии к литературе, деваться некуда. Общее, как полагают литераторы, уныние, раздражение и недовольство существующим положением неминуемо должно привести к социальному взрыву, который разломает только-только успокоенную страну и вновь перевернет все с ног на голову, если даже голова и останется. Один раз сие уже было предсказано ? и случилось; случится и во второй раз.Не стоит, однако, торопиться. Мы с вами, обыватели, не одаренные литературным талантом и нервозностью, не фаталисты, не оптимисты, но и не пессимисты. Мы скорее машинисты из того самого анекдота в начале. И вовсе не литераторы указывают нам дорогу вперед, и вовсе не обязательно нам слушать их пророчества и подчиняться их предсказаниям. Это они пристально следят за нашими движениями и все гадают: в какую же сторону пойдет поезд, сиречь народ? Сейчас многим кажется, что в пропасть. По случайному совпадению все эти «многие» (на самом-то деле их не больше дюжины) сосредоточены сейчас в литературной тусовке, которая и определяет вкус и направление всей русской литературы. Все эти люди, достаточно обеспеченные и благополучные, решили вдруг, что «все не так, как надо», но забыли добавить, что «не так, как надо» им самим, а вовсе не стране. Свои собственные ощущения, желания и комплексы они перенесли на всю страну и, уверовав в собственные таланты писателей и прорицателей, решили, что провидят ужасное будущее России и предостерегают ее от этого. Иные, впрочем, и не предостерегают, а напротив, жаждут грядущих катаклизмов ? так им не нравится сегодняшняя действительность.И все же не стоит себя обманывать. Сегодняшняя действительность многим не нравится, но немногие готовы переобуваться из сапог в лапти и готовить грядущую революцию в надежде на улучшение. Было уже. Один раз мы уже прошли через это. Те, кто в конце позапрошлого века призывал к революции, к «очищающей грозе», и возглашал: «К топору зовите Русь!», вряд ли предполагали, к чему на самом деле приведут их призывы. Многие бы раскаялись, если бы дожили до реального воплощения своих воззваний, а те, кто дожил, и раскаяться не успели ? поздно было. Что ж, сегодняшние сторонники «очищающей грозы» того же хотят?Да, сейчас многое не так, как хотелось бы. Власть коррумпированна, олигархи с деньгами бегут за границу, промышленность продолжает разваливаться, деревня гибнет на корню, дороги не ремонтируются, суды не работают, в магазинах один импорт, смертность растет, рождаемость падает и даже природа взбесилась ? в середине зимы снега не найдешь. Как удобно во всем этом видеть предвестие грядущего апокалипсиса и как просто махнуть на все это рукой: «А пропади оно все пропадом!» Легко кричать: «Чума на оба ваши дома!» и «Горе тебе, град Вавилонский!», гораздо труднее работать, чтобы этого не случилось.А ведь работают. Строятся, торгуют, рожают детей. Строят планы, и вовсе не на грядущий конец света. Литераторы, конечно, популярны и известны, но все же большая часть страны о них слыхом не слыхивала, и ? к счастью. Не то такое бы о себе узнала, что хоть сейчас в гроб ложись. Прямо по другому известному анекдоту: «Из сочинений Некрасова крестьяне узнавали, как плохо они живут».Страна, однако, не особенно читает популярные книжки и не знает, что ее уже похоронили. Страна предпочитает заниматься другими вещами, более приземленными и конкретными, но оттого и более живыми. Кто-то строит дома. Поездили бы все наши пророки по окраинам городов, посмотрели бы на сотни новеньких частных коттеджей и домов. И не только чиновники с олигархами строят их, те-то как раз давно уже построились. Сейчас строится средний класс. А раз строится, значит, верит в прочность бытия, в то, что дом у него не отнимут и не разорят, что в нем вырастут его дети и что он передаст им свой дом по наследству.Кто-то строит дома, кто-то строит заводы. Ложь, что вся промышленность разрушена; она сейчас возрождается такими темпами, что европейцам и не снились. Безработица в России держится на среднемировом уровне в пять-семь процентов, остальные где-то же работают. Где? Да везде ? в торговле, в сфере услуг, в промышленности, в сельском хозяйстве. И не надо плакаться, что деревня развалилась. Это естественный процесс урбанизации, в цивилизованном мире деревень как таковых давно уже не существует. На земле работают либо фермеры, либо сельскохозяйственные корпорации. Что с того, что деревня разваливается; в советское время она цвела и пахла, а хлеб с картошкой за границей покупали. Сейчас полностью своим хлебом себя обеспечиваем, да еще и экспортируем.Кто-то строит заводы, кто-то поднимает землю, кто-то развивает торговлю. Только за прошлый год в России было продано более миллиона иномарок. Видать, от беспросветной нищеты и безысходности у нас их покупают. Еще больше людей съездили в прошлом году отдохнуть за границу. И вернулись, не остались. Тоже, наверное, не чуют близкого конца. Да и чиновники (не все, конечно, но хоть некоторые) ведут себя как-то странно. Все толкуют, в отличие от литераторов, о необходимости возрождения и дальнейшего развития страны. И не просто толкуют, но и все свои силы прикладывают к этому. Они знают, конечно, о всех настроениях в литературной тусовке: «Россия надорвалась ? длительное имперское напряжение лишило ее сил, она утратила пассионарность и покидает историю. Россия распадается ? Дальний Восток обезлюдел, Кавказ озлоблен. Россия отстала навсегда ? сырьевое захолустье, страна рабов,господ и вечной бедности, перебивающаяся с хлеба на квас, с пеньки на газ. Россия вымирает физически ? летальный исход от потери населения неотвратим?» Но отвечают им просто: «?всяких вскриков в пользу невозможности, неподвижности, неучастия, небытия всегда хватает в дни испытаний на прочность. Среди доводов декаданса ? вернейшие, такие как лень, равнодушие, невежество, слабость?» Это слова сегодняшнего идеолога власти Владислава Суркова. Почему-то кажется, что этот чиновник все-таки ближе стране, чем ее писатели.Страна не знает о вынесенном ей приговоре. Страна живет и работает и отнюдь не собирается умирать. И пророчества писателей пусть останутся на их совести. Апокалипсис еще подождет.
