Сделка с правосудием
В Нижегородской области 44 человека, подозревавшихся в совершении преступлений, решили пойти на сделку с правосудием — заключить досудебное соглашение о сотрудничестве. Это принципиально новый институт в российском уголовно-процессуальном праве. Как многие новации последнего времени, процедуру заимствовали у Запада. Нечто подобное практиковалось еще в Средние века в Британии. Злоумышленник мог избежать смерти, если выдаст других преступников. Лихие люди, впрочем, быстро сориентировались и стали оговаривать всех подряд. От этой практики пришлось отказаться. Однако идея не умерла. Ее взяли на вооружение в конце позапрошлого века в США, а позже и в других странах. Теперь сделку с правосудием можно заключить и в России. Закон о досудебном соглашении приняли главным образом в надежде активизировать борьбу с организованной преступностью. Дело в том, что на смягчение наказания обвиняемый может рассчитывать, только если откроет следствию доселе неизвестные сведения, которые иначе добыть было невозможно, а главное, поможет изобличить других участников преступления. — Активное сотрудничество со следствием и раньше учитывалось при вынесении приговора, — говорит заместитель начальника управления по обеспечению участия прокуроров в рассмотрении дел судами прокуратуры Нижегородской области Галина Карусевич, — однако очень часто человек, дав показания в ходе предварительного следствия, в суде от своих слов отказывается. Досудебное соглашение о сотрудничестве, обязывающее подтвердить показания в зале суда, дает определенные гарантии. Заключение соглашения добровольно. Подозреваемый или обвиняемый пишет ходатайство на имя прокурора и передает его следователю. Тот в течение трех суток направляет документ прокурору, но может по закону ходатайство, прокурору не показывая, и «завернуть», в чем многие юристы находят недоработку. Хотя отказ следователя, как и прокурора, можно и обжаловать. В ходатайстве подозреваемый или обвиняемый должен указать, что именно он обязуется сделать, чтобы помочь следствию раскрыть и расследовать преступление, изобличить соучастников, разыскать похищенное имущество. — Одного лишь намерения дать правдивые показания о собственном участии в совершении преступления мало, — поясняет Галина Крусевич. — По этой причине в ряде случаев прокуроры отказывали в удовлетворении ходатайств о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве. Всего же было вынесено 11 отказов. Вместе с тем в 33 случаях соглашения между подозреваемым или обвиняемым и прокуратурой были заключены. На прошлой неделе, например, стало известно, что в суде Ленинского района Нижнего Новгорода оглашен приговор подсудимому, с которым заключалось такое соглашение. — Молодой человек обвинялся в сбыте героина в крупном размере в составе группы лиц по предварительному сговору, — рассказал нам помощник прокурора Ленинского района Андрей Воронов. — Он помог оперативникам задержать и привлечь к уголовной ответственности своего подельника, и теперь тот находится под следствием. Суд приговорил участника соглашения к 5 годам и 2 месяцам лишения свободы. Если бы досудебное соглашение о сотрудничестве не заключалось или подсудимый не выполнил бы взятые на себя обязательства, получил бы лет 10. Перспектива существенно скостить себе срок вроде бы заманчива, однако потока ходатайств о заключении соглашений о сотрудничестве от подозреваемых все же пока не наблюдается. Видимо, страх, что те, кого они «сдадут», отомстят, оказывается сильнее. Впрочем, на тех, кто идет на сделку с правосудием, распространяются меры государственной защиты. Прецедент есть. Нижегородец, обвинявшийся по «наркотической» статье, опасаясь мести за участие в контрольных закупках героина и дачу показаний против наркодельцов, попросил не указывать данные о его личности в протоколах следственных действий. Сведения были сохранены в тайне, а уголовное дело суд рассматривал в закрытом режиме. Кстати, случаев сообщения ложных сведений теми, кто заключал соглашение, не отмечено. Норма работает, и все же вокруг нее продолжаются споры. Закон гласит: лицо, заключившее досудебное соглашение о сотрудничестве, при наличии смягчающих обстоятельств и отсутствии отягчающих может получить срок, не превышающий половину максимального. Пожизненное лишение свободы не применяется. Это и должно подвигнуть к активному сотрудничеству. Но что получается? Мы не раз писали о так называемой банде дальнобойщиков, в течение нескольких лет совершавшей кровавые преступления в ряде регионов. Один из обвиняемых решил пойти на сделку с правосудием. Обязался дать правдивые показания по всем эпизодам убийств и разбойных нападений, рассказать об остальных членах банды, которые следствию были неизвестны, о распределении ролей, а также сообщить о ранее неизвестных двух эпизодах убийств водителей. В итоге этот человек был признан виновным в совершении 13(!) убийств и разбойных нападений в составе банды, но гособвинитель не мог просить суд назначить наказание, связанное с пожизненным заключением. Приговор: 19 лет и 9 месяцев лишения свободы. В областной прокуратуре считают, что ряд норм, касающихся заключения досудебного соглашения, нужно доработать. Вместе с тем и сторонники, и критики новации признают: заключая такие сделки, следователь, прокурор экономят свое время и бюджетные деньги на судебное разбирательство, так как оно проходит в особом порядке, а преступник несет наказание, пусть и относительно мягкое, оказав при этом помощь в борьбе с криминалом.
