Сказка белопенного гипюра
Белая льняная скатерть с богатым ажурным краем. Легкий воздушный узор из цветов-ромбиков. Я влюбилась в эту красоту с первого взгляда!«Куколка» в «окошке»В конце XIX века в Чкаловском районе появился особенный вид вышивки «по выдергу». Рукодельницы сначала дергали нитки из полотна вдоль и поперек. Получалась сеточка, или реферть. Для крепости нитки в этом «окошке» перевивали, натягивая полотно на пяльцы. А уже потом вышивали. «Куколка», «звездочка», «мушка на восьми ножках», «бабурка», «ушко» – называли мастерицы швы-разделки (всего около 50!), которыми украшали постельное, столовое белье, одежду. Помните кружевные подзоры, полотенца с расшитой каймой, салфеточки с мережкой? Умели наши бабушки украшать свой быт, сидя от зари до зари над пяльцами.В 1924 году в Катунках появилась первая артель строчей-вышивальщиц, которую организовала Софья Дубынина. За ними стали объединяться надомницы в Чкаловске, Пурехе, Новинках. В 1960 году на их основе создали Чкаловскую строчевышивальную фабрику, преобразованную в 1998‑м в предприятие «Гипюр». Настоящие шедевры создали за это время фабричные мастерицы в союзе с художниками. Произведения искусства! Ими восхищались в Лондоне, Брюсселе, Амстердаме, Осаке и других городах мира.– Наш гипюр называют белопенным, – замечает Елена Кириллова, гендиректор предприятия «Гипюр».Если бы красоту можно было измерить прибором, то в выставочном зале предприятия, где сошлись прошлое и настоящее знаменитого нижегородского ремесла, стрелка наверняка бы зашкалила. Одна комната «Русский лен» чего стоит! Всё в ней – от панно на стене, абажура на лампе до чехлов на стульях, покрывала и россыпи подушек на кровати – в кружеве-гипюре. Белоснежный лен по зелени. Сказка!Высший пилотажА начинается сказка, как и 100 лет назад, с прозаической держки.– Выдергивать нужно определенные нитки и только в определенных квадратах, – орудует лишь пальцами и иголкой заготовщица под ажур Альбина Короткова.– Утомительно! Да если еще не ту нитку вытащишь? – спрашиваю.– Да, усидеть надо. Стараемся без ошибок, чтобы дальше узор не исказился, – говорит мастерица, отдавшая больше 30 лет своему ремеслу.Дальше – машинная вышивка. Смотрю, женщины, как и в предыдущем цехе, все в очках (узоры сильно подсаживают зрение. – Авт.). И в возрасте.– 37 лет на фабрике, – не отрываясь от работы, рассказывает вышивальщица Галина Астахова.Надо ведь, не промахнется: иголочка точнехонько попадает в нужное место, закрепляя ниткой сетчатую основу. Строчит машина в таком ритме, что мне и уследить-то трудно. А Галина Юрьевна узор безукоризненный выводит. (Затем потрудятся над ним мастерицы цеха ручной вышивки, разошьют цветками, и родится ромбик-цветок с пушистыми лепестками, фирменный знак нижегородского гипюра. – Авт.) Филигранная работа! Но, уверяют бывалые вышивальщицы, самый трудный узор «ришелье» – это высший пилотаж.За волшебными узорами стоит огромный труд, требующий большого мастерства и сил. А зарплата на предприятиях народных художественных промыслов мизерная (средняя – 12 тысяч рублей. – Авт.). Может, и поэтому не украшают мастерицы в отличие от бабушек свои дома дорогими во всех смыслах вещами?Головная больСбыт, непосильное налоговое бремя, изношенность оборудования, контрафакт, уже упомянутая низкая зарплата и непрестижность профессии – головная боль всех директоров предприятий, производящих изделия народных художественных промыслов. Здесь огромная доля уникального ручного труда, а всех «энхапэшников» приравняли к среднему и малому бизнесу. Многие бьются как рыба об лед, чтоб выжить. И могут только мечтать о таком отношении, как за границей, к лучшим мастерам и предприятиям, работающим в традициях декоративно-прикладного искусства. Например, присваивают почетный титул «Живое культурное наследие Франции», обеспечивающий не только статус и престиж в обществе, но еще и целый ряд налоговых, финансовых, законодательных преференций.Неужели наши мастера, сохранившие самобытный народный промысел, нигде больше не встречающийся в России, из-под рук которых рождаются сказочной красоты вещи, недостойны такого же отношения?
