Страна в отпуске

Вот облегченно вздыхают враги,А друзья говорят: «Устал!»Ошибаются и те, и другие ‑Это привал!Игорь Тальков.Второй раз страна отпраздновала День народного единства. Много было споров вокруг нового праздника, много было сплетен и слухов вокруг его проведения. Скептики говорили и говорят, что праздник притянут за уши, что он придуман и спущен сверху, что в народе он не приживется, что вообще глупо отмечать как общенародный праздник день окончательного изгнания поляков из Московского Кремля. И самое главное, что отмечать-то, по сути, нечего ? нет никакого народного единства.Представляется, что скептики все же ошибаются. День народного единства ? это не просто лишний выходной в году и не очередная блажь вышестоящих, не знающих, куда девать свою административную прыть. Это вполне конкретный символ, веха, если угодно, знаменующая собой новый этап в жизни страны. Праздник этот заменил собой другой ? День Октябрьской революции, празднуемый в стране свыше восьмидесяти лет. Что интересно, празднуемый уже в новых исторических условиях, когда исчезли уже и исторические, и социальные предпосылки для широких народных гуляний по поводу очередной годовщины Октябрьской революции.Сей парадокс ? отнюдь не уникальное явление, присущее лишь российской действительности. Из наиболее близких и показательных примеров ? День взятия Бастилии во Франции, вполне адекватный по духу и сути нашему Дню Октябрьской революции. Отмечается во Франции как государственный праздник до сих пор, хотя с момента того самого «исторического» взятия прошло уж более двухсот лет, и про изменение исторических предпосылок празднования сего знаменательного дня по сравнению с российскими и говорить не стоит.В этом-то, однако, и заключается закавыка, делающая французский национальный опыт неприемлемым для России. Французы чтят, отмечают и празднуют день, положивший начало такой кровавой революционной бане в стране, что по сравнению с ней тускнеет даже аналогичная российская. Возведя в степень национальной гордости свою способность уничтожать друг друга и по малейшему поводу сцепляться в очередной бестолковой сваре, французы обрекли себя на бесконечную повторяемость одних и тех же исторических сюжетов. Ни одна европейская страна не пережила в ХIХ веке столько революций, сколько Франция. Причем революций, вспыхивающих по таким поводам, что французы легко могли бы договориться между собой, имей они такое желание. Обошлись же англичане без революции. Вернее, революция-то у них была, но еще в XVI веке, да и не особо-то англичане ею гордились и день усекновения головы своему королю Карлу I не отмечали как национальный праздник. Для англичан их революция была и остается неизбежным злом, которое не стоит забывать, но и праздновать нет никакого резона.Разница между французским и английским отношением к революции принципиальна. Одно дело ? смотреть на нее как на необходимое развитие вполне определенных и не самых приятных исторических процессов, могущее, впрочем, разрешиться совсем по-другому при желании и воле заинтересованных сторон. Совсем другое ? когда революция преподносится как великая и справедливая победа одной части страны над другой. В первом случае делается все, чтобы подобного развития событий больше не допустить, в том числе и на идеологическом уровне. Во втором ? явно или неявно подразумевается, что революция дело ? хорошее и нет никакого резона, чтобы это дело время от времени не воспроизводить.Вплоть до самого последнего времени у России были все шансы повторить французский сценарий. Хотя по известному закону повторяющаяся история обращается в фарс, но и фарс неприятная вещь, особенно учитывая, как он выглядит в глазах соседей. Но, вроде бы, опомнились. Сообразили вдруг, что праздновать начало гражданской войны в стране, унесшей миллионы жизней и на без малого сто лет расколовшей народ, не совсем верное дело. Скверное дело, прямо сказать. Политика политикой, режимы режимами, но, пока нация празднует день раскола страны, все потуги к объединению могут оказаться безуспешными и, самое главное, необоснованными.Кому в голову пришла эта светлая мысль заменить День Октябрьской революции Днем народного единства, сейчас уже не столь важно. Важно, что возражающих против этого практически не было. Активно возражающих. Ибо брюзжания старых бойцов с антинародным режимом было, конечно, достаточно, но погоды они уже не делали. И на протестные митинги люди не вышли. Даже старые кондовые коммунисты устали от столетней национальной свары. От разобщенности и разъединения, от постоянных выяснений отношений, кто прав, а кто виноват, устали многие, почти все. Это понятно и вполне объяснимо как на бытовом, так и на историческом уровне.Нет резона считать, что пускать кровь друг другу ? это исконно русская забава. Все великие нации и этносы этим пробавляются. Не всегда, конечно, но в определенные промежутки времени обязательно. Вопрос лишь в продолжительности, интенсивности и итогах этого кровопускания, а вовсе не в его причинах и поводах, кои, как известно, могут быть самыми ничтожными. Через гражданские войны, раскалывающие всю страну, проходили в свое время Древний Египет и Израиль, Римская империя и Поднебесная, Индия и арабский халифат, Византия и империя Чингисхана, Европа и доколумбова Америка. Кто хоть немного знает историю, сам подберет соответствующие примеры, нам здесь заниматься этим не с руки, да и тема другая.Важно лишь то, что невероятный всплеск национальной энергии, до раскола направленный на созидание и освоение новых территорий, в том числе и путем военного захвата, во время гражданской войны шел на истребление друг друга. Объяснить, почему так, пытались многие и с разных позиций ? политических, социологических, биологических, теологических. Есть даже вполне убедительные теории, но излагать мы их сейчас не будем. Достаточно и того, что факт внутринациональной резни как неизбежного периода в жизни любого этноса установлен и сомнению не подлежит.Интересно другое ? что происходит после этого? Истории известны факты распада великих держав в ходе гражданских войн ? арабский халифат, империя Чингисхана, но знает история и примеры консолидаций после подобных внутренних конфликтов ? сегодняшний Китай или Римская империя. Отчего это зависит, понять уже проще. Если силы страны вконец истощены гражданской войной, их уже не хватает на поддержание единства и мессианскую деятельность, в той или иной степени присущую всем великим державам. Самые лучшие, самые смелые, самые активные первыми гибнут во всех войнах и конфликтах, и после наступления мира наверх выползает всякая шваль, трусливая и бездарная, ни способная не только развивать страну, но и сохранить ее.Бывает, впрочем, и иначе. Бывает, что гражданские войны, как бы яростно они не велись, все же не отнимают у народа всех его сил, и после известного периода передышки и консолидации он вновь способен к развитию и даже процветанию. Так случилось в Римской империи, когда после столетия гражданских войн, проскрипций Суллы и диктатуры Цезаря во главе страны встал Октавиан Август. Дав империи отдохнуть и собраться с силами, он вновь повел наступление по всем фронтам и фактически создал первую сверхдержаву в истории человечества. Так случилось и в Европе, когда после завершения кровавой Реформации и Тридцатилетней войны, в которой воевали все против всех, европейцы вновь обрели целостность и целеустремленность, позволившие им покорить и освоить практически всю ойкумену.В России гражданская война тоже закончилась. Поставил в ней точку День народного единства. Есть у нас и свой Октавиан Август. Стране осталось только немного отдохнуть и прийти в себя после колоссальных исторических потрясений прошлого века. А там она будет готова к новым свершениям. Пока же Россия в отпуске.