Своя колея
«Кто не жалеет о распаде СССР – у того нет сердца, ктожелает его воссоздания – у того нет мозгов», – сказал как-то Владимир Путин.Весомый повод вспомнить эти слова: завтра четверть века ГКЧП – последнейпопытке спасти тот самый, гибнувший, СССР. Провальной попытке.Конец или начало?Можно до посинения спорить, на благо или на беду случилсяразвал СССР – к согласию здесь не прийти ещё много лет. Был ли этот распадобъективной исторической неизбежностью или стал следствием катастрофическихошибок одних и злого умысла других – об этом тоже договориться сейчас неудастся. Да и не нужно. Оставим эти споры потомкам и будущим поколениямисториков, которые разложат всё по полочкам, отделят объективную неизбежностьот субъективных стремлений и выведут непреложный закон гибели великих империй.Римскую, кстати, тоже пытались спасти отдельные сенаторы ивоеначальники. И Монгольскую. И Британскую. И российскую. Не спасли. И, прямоскажем, попытка заговорщиков ГКЧП (самопровозглашённого Госкомитета почрезвычайному положению) выглядит не самым внушительным образом, на фоне прочихобразцов истории. Возможно, дело в том, что путчисты были трусливы инекомпетентны; возможно, в том, что народ их не поддержал, как поддержалнедавно турецкого президента Эрдогана. Возможно, и то и другое. Так или иначе,путч провалился, и с того времени берёт своё начало новая Россия.Гибель империи иногда сопровождается гибельюгосударствообразующего народа, как в случае с Римской или Византийскойимперией. Иногда не сопровождается. Монгольская империя почила в веках, ноМонголия до сих пор на картах мира. Османская погибла, взрастив на своихостанках Турцию и многие нынешние арабские государства Ближнего Востока. Наразвалах СССР выросла сегодняшняя Россия, и русские отнюдь не собираются отправлятьсяв историю вслед за рухнувшими империями. Так стоит ли считать распад СССРгибелью страны? Или всё-таки её переформатированием?Постсоветское поколениеУменьшение в размерах не всегда свидетельствует о болезни идеградации. Похудевшие и постройневшие толстяки, сбросившие лишний вес, могутэто подтвердить. Конечно, люди – не «лишний вес», и аналогия не совсемкорректна. По-настоящему болезненной стала для нас потеря русскоязычныхобластей Украины, Беларуси и, возможно, Казахстана. Но и эта потеря, как сейчасвидится, не является окончательной и бесповоротной. Сократившись в размерах,пережив период болезненной, зачастую кровавой, трансформации, Россия сталалегче, быстрее и монолитнее.За четверть века выросло новое поколение. Его представителиокончили школы и университеты, молодые уверенно входят в жизнь. Они разные.Есть и пьяницы, и наркоманы. Есть и мажоры, прожигающие жизнь на родительскиесостояния. Но большинство – вполне нормальные, вменяемые ребята, готовыеработать, строить семьи, дома и свою страну, растить детей. У этого поколениянет ощущения обречённости, которое явственно чувствовалось у поколения 80-хпрошлого века. У них нет впечатления глобального тупика и фатальнойбезнадёжности, вырваться из которой можно, лишь разрушив всё вокруг. Тамолодёжь думала, что все их проблемы от коммунистической власти и стоит сменитьэту власть – исчезнут и проблемы. ГКЧП провалился и Союз распался не потому, чтолюди не любили страну, а потому, что не любили власть. Не любили, не уважали ине верили. И потому, что была весьма привлекательная альтернатива.Иллюзии и идеалыТе люди, что выходили на митинги против ГКЧП, были твёрдоуверены в необходимости защиты демократии, капитализма, западных ценностей, откоторых их пытались отгородить старики из Политбюро. За четверть века многоеизменилось. Люди вдосталь распробовали и демократию, и капитализм, и западныеценности, побывали и в Европе, и в Азии, и в Америке и кое-чему научились.Иллюзии растаяли, идеалы померкли. Многим теперь стыдновспоминать, как когда-то радостно верили в счастливую совместную жизнь сЗападом. Европа с Америкой больше не идеалы, о них больше не говорят спридыханием и не смотрят на них с восхищением. И капитализм, выяснилось, нетакая уж панацея для экономики, и демократия не гарантирует избавления от всехпроблем общества. Потыкавшись несколько лет по углам, Россия всё же осознала,что своя колея – это не блажь и не проклятие, а единственно приемлемый способдвигаться вперёд, не тащась в хвосте обоза.Мир перевернулся. На «отсталую» Россию многие теперь смотрятс восхищением и завистью. Даже на Западе, не говоря уже про прочий мир, всёбольшую популярность приобретают политики, ориентирующиеся на главу России.
