Трансплантология по новым законам

Любой из нас может стать нуждающимся в пересадке органа, — говоритглавный внештатный трансплантолог Нижегородской области, главныйспециалист по хирургии Приволжского окружного медицинского центра, зав.кафедрой хирургии ФОИС Нижегородской медицинской академии ВладимирЗагайнов. — Без пересадки печени невозможно спасти больных с остройпеченочной недостаточностью, отравившихся например бледной поганкой (атаких случаев в регионе ежегодно не меньше пяти), больных с разрушеннойпеченью из-за вирусного гепатита или неправильного питания.Новый закон о здравоохранении, принятый в конце 2011 года, ещераз подтвердил основные положения ранее существующего закона отрансплантации. В законе четко прописаны условия изъятия органов послесмерти человека и подтверждена презумпция согласия. Важным новыммоментом в законе стало разрешение на детское органное донорство, какоснову детской трансплантологии, если на это есть согласие родителей илизаконных представителей погибшего ребенка. До 1 января этого года дети,нуждающиеся в пересадке органов, было просто обречены — лишь оченьнемногие отправлялись в рубежные клиники за огромные деньги. — У нас в клинике лечилась 16-летняя девушка из Дзержинска, укоторой печень буквально разложилась из-за… обычного лимонада (как мывыяснили, ничего другого она не употребляла), — говорит ВладимирЗагайнов. — Сейчас в областном «листе ожидания» на пересадку печенистоит 46 человек, на пересадку почки — 97.В отделении хирургии Приволжского окружного медцентра сейчаснаходится на восстановительном лечении после пересадки сердца, сделаннойв Москве, 21-летний юноша. Совсем недавно он был совершенно здоров, ноперенесенное вирусное заболевание привело к осложнению — миокардиту. Безпересадки сердца он бы погиб.- В этом году нижегородские тансплаетологи тоже получилиразрешение на пересадку сердца. И поджелудочной железы. Кстати,пересадка поджелудочной железы приводит к полному избавлению отсахарного диабета. Но ввиду сложности с получением донорских органов в«лист ожидания» на эту операцию ставят только с самыми тяжелыми формамисахарного диабета. Уже сейчас в очереди на пересадку сердца находятся 8жителей области, и шестеро — на пересадку поджелудочной железы. Еще в сентябре 2011 года приехавший на первую в Нижнем операциюпо перитонеальному диализу известный петербургский профессор Гуревичпредложил журналистам сравнить, сколько нижегородцев ежегодно погибает вДТП и от сердечно-сосудистых заболеваний, и сколько стоит в листеожидания на пересадку печени и почек. Каждый погибший, не страдающийонкологическими и вирусными заболеваниями, может дать вторую жизнь, сполученным недавно разрешением на трансплантацию сердца и поджелудочнойжелезы, целым пяти больным. Откуда же тогда такие очереди? Почему не всебольные могут дождаться донорских органов и умирают?По словам Владимира Загайнова, они проводили социологическиеисследования и круглые столы на эту тему совместно с университетом им.Лобачевского, в том числе с представителями всех религиозных конфессий. Иоказалось, все конфессии поддерживают трансплантологию, даже ислам. Ахристианство вообще это объясняет как «малый подвиг Христа»: Господьвсего себя отдал людям, а человек после смерти оставляет часть себя дляспасения других. Это проявление любви, которая простирается по тусторону смерти.- Российское законодательство в плане трансплантологии оченьхорошее, в нем все четко прописано, — считает он. — И хотя закон непредусматривает испрошенного заранее согласия на изъятие органа в случаеконстатации смерти человека, мы пошли по пути, предложенному епархией:испрашиваем разрешения на это у родственников умершего.Владимир Евгеньевич рассказал случай, когда родные погибшегочеловека ходили советоваться со священником, давать ли это согласие(после смерти потенциального донора его органы могут оставатьсяжизнеспособным не более шести часов). И тот посоветовал им датьсогласие.- А вообще я хотел бы видеть сайт, на котором бы оставлялисвои фамилии те, кто против того, чтобы стать посмертным донором. Тогдабы мы не стали брать их органы после смерти, но и им, в силусправедливости, надо было бы задуматься о возможности при жизни получитьтрансплантацию органа в случае болезни. А быть застрахованным от такойситуации не может никто…Подбор подходящего донора ‑тоже делонепростое. Должны совпадать группа крови и молекулярные составляющие.Донором не может стать носитель СПИДа, вирусных гепатитов В и С,онкологические больные. А вот пол и возраст значения не имеют. Впрактике Владимира Загайнова самому старшему донору, погибшему отобширного мозгового кровозлияния, было 68 лет. Причем, по его словам, умногих людей старшего поколения органы порой в лучшем состоянии, чем увыросших на генетически модифицированных продуктах двадцатилетних.После операции реципиент (тот, кому трансплантировали донорскийорган) вынужден всю жизнь принимать лекарства, подавляющие процессыотторжения. Это всего одна — две таблетки в день, никак не влияющие наобщий иммунитет и внешний вид человека. Но если он хотя бы несколькодней пропустит их прием, орган будет отторгнут и человек можетпогибнуть. А с централизованными поставками этих дорогостоящих лекарств,оплачиваемых из федерального или временно — местного бюджета, ксожалению, бывают перебои, что недопустимо. Владимир Загайнов дажевынужден был на днях отправлять письмо со списком пациентов, неполучивших необходимые лекарства по месту жительства в МЗ Нижегородскойобласти.- Сейчас, несмотря на закон о трансплантологии, по-прежнемутрудно получить донорские органы. Трансплантологи работают на уровнесобственной инициативы: пересадили органы нуждающимся- хорошо. Отказалидолжностные лица в изъятии органов — никто за это не в ответе, ‑вздыхает трансплантолог. — Отсутствует четкая озвученная политикаруководства области в вопросах органного донорства. Опыт регионов РФсвидетельствует, что при публичной поддержке первыми лицами региональнойтрансплантологии и органного донорства дела развиваются очень успешно(Краснодарский край, Татарстан, Самарская и Белгородская области и др.).Нижегородская область в ПФО обладает серьезными приоритетами ипервенством в области трансплантологии. Но одним хирургическиммастерством, без административного ресурса, невозможно надолгоудерживать достигнутое. Считается, что уровень развитиятрансплантологии, как наиболее высокотехнологичной науки, зеркальноотражает общий уровень здравоохранения в регионе.- Мечта:выступление губернатора Валерия Шанцева по вопросам развитиятрансплантологии и органного донорства в Нижегородской области… Кпримеру, в Белоруссии начало трансплантологии и органного донорстваознаменовалось выступлением по центральному телевидению в прайм-таймеПрезидента и первого иерарха Церкви. Результат — через два года КАЖДЫЙжитель Белоруссии получил возможность операции по трасплантации любогооргана, даже по экстренным показаниям. Как в Европе.А что касается страшилок о «черных трансплантологах» , которыегуляют по Интернету, Владимир Евгеньевич говорит так: «Специалистызнают, что невозможно организовать подпольный цех по изъятию органов. Воперационной должно быть очень дорогостоящее оборудование — раз, вкаждый пересадке органа задействовано не менее 26 специалистов, иобеспечить молчание всех было бы невозможно — два, непросто подобратьподходящего по всем параметрам донора ‑три. Да и кому нужны такиеогромные затраты и риск, если существует «трансплантационный туризм» вИндонезию, Пакистан, Китай и др.?Что же касается детской трансплантологии, то до 1 января этогогода в нашей стране дети, нуждающиеся в пересадке органов, были простообречены. Лишь малая часть их отправлялась в зарубежные клиники заогромные деньги. Теперь у них появился шанс.