ТРУДная доля
Скромная тихая женщина в простеньком платьице грустно смотрит в сторону окна, точно зная: там она ничего не увидит. И вокруг себя — тоже. И вроде праздник сегодня в посёлке, и она одна из виновниц торжества. Но на лице Нины Михайловны ГУЖОВОЙ всё равно печаль. И никуда уже, похоже, от неё не деться…Тимирязевская жилаВ посёлок имени Тимирязева в Городецком районе мы приехали по настоятельному приглашению главы поселковой администрации Павла Иванова.— Это же событие нерядовое! — Павел Анатольевич пытался убедить меня в очевидном. — Вам просто необходимо увидеть всё своими глазами.На этот день здесь наметили долгожданное открытие монумента, посвящённого землякам — Героям Социалистического Труда. На красной кирпичной стене, в обрамлении звезды Героя и снопа из колосьев, — пять фотографий с фамилиями. Пятеро односельчан, удостоенных высокого звания. Не посёлок, а просто геройская жила какая-то! Тимирязевский феномен! Иван Абрамович Емельянов, Иван Порфирьевич Железов, Екатерина Кузьминична Коныгина, Прасковья Михайловна Сорокина. Среди них и фамилия Нины Михайловны Гужовой. Только вот сама Нина Михайловна этого памятника при жизни самой себе, в ста шагах от её дома, увы, не увидит.— Вот вы сидите, а у меня перед глазами просто тёмный столбик, — вздыхает она. — Совсем я ослепла, дочка. А почти год назад ещё и ногу отняли. Сижу теперь как коряга. Вот оно, всё моё житьё-бытьё. Спасибо, сыновья да снохи хорошие — не оставляют. Берут к себе, ухаживают…«Не пойдёшь — штраф дадим»Нина Михайловна неспешно рассказывает про свою жизнь, а я не могу оторвать взгляда от её сложенных рук. Точно отдыхают от трудов праведных. В колхозе имени Емельянова, того самого, чьё фото тоже на монументе, почитай, всю жизнь отработала. Как впряглась после четвёртого класса, так и устали, казалось, не знала.— Отца-то в армию взяли, — рассказывает. — А потом — война. На фронте он прожил месяц и четыре дня. Командиром был. Убили его под Старой Руссой. Помню, мама мне всё читала уголочки-письма от него. Трудно ей было одной нас с сестрой тянуть. Вот и не стала меня дальше учить — отправила работать.Я вот думаю: как жива-то до сих пор? Ведь одну гниль ели. Сначала маленькая Нина с мамой лён полола, потом в крольчатнике трудилась. До сих пор помнит, как ходила с ягодной корзиночкой в овраг, листья собирала да кроликов кормила. Через год её за курами смотреть поставили, дальше — в телятник отправили.— Совали во все дыры ребёнка, — сокрушается Нина Михайловна. — Батюшки, думаю, я и ведра-то не донесу. Какая из меня телятница? А мне в ответ: привыкнешь. И только всё стращали: не пойдёшь — штраф дадим.Ночами ревела: «Не буду Героем!»А потом Нина Гужова стала дояркой. Так большую часть жизни с коровками своими и проработала. И Героя Соцтруда ей дали, как говорит, «за молоко». По 5700 килограммов от каждой коровы надаивала. Первая в районе вошла в знаменитый клуб пятитысячниц.— Как получалось? Да Бог его знает, — задумывается она. — Себя не щадила. Только вот Героем быть совсем не хотела…Вот-те на! Первый раз слышу, чтобы от такого звания отказывались…— Муж мой и в правление ходил, и в Городец ездил просить, чтобы мне Героя не давали, — вспоминает Нина Михайловна. — Я всеми ночами ревела: «Не буду Героем!» Как-то мне всё страшно казалось.А потом она, скрепя сердце, пять годков ездила в Москву — когда депутатом Верховного Совета СССР избрали. Из столицы мчалась в родной посёлок и первым делом не домой — на ферму, к своим любимицам-коровкам. Как там они?С фермы в ночь-полночь домой возвращалась. А дома — то же самое: и корова, и телёнок, и поросята, и куры, и огород. Да и семейство покормить-обиходить надо. Едва всё успевала, а в полтретьего — снова на ферму. Вся жизнь в трудах прошла.— А вот теперь уж совсем никуды не годна, — вздыхает Нина Михайловна, кивая на свою культю. — Не привыкла я так, сидючи-то…Сын за отца отвечаетКонечно, не привыкла. Тем более если вспомнить, как трудилась ударно вместе с теми, чьи фото рядом с её на новеньком монументе. Со всеми дружна была. Только вот ушли они все. А Нине Михайловне 23 декабря 85 годков исполнится. И дай ей Бог побыть ещё рядом с нами. Хотя бы для того, чтобы у сегодняшних школьников подольше был перед глазами пример истинного труда и искренней любви к родной земле.Ведь прежде всего для этого так усердно хлопотал Павел Анатольевич Иванов о монументе. До него ещё дело это задумали, а он до конца довёл. Всех заразил идеей. Не зря на открытие всё районное руководство приехало. А ребятишки из местной и окрестной школ исследовательскую работу провели, о Героях сведения собрали. Ване Емельянову, десятикласснику Тимирязевской школы и правнуку знаменитого Героя, возможно, было проще, чем остальным: в семье бережно хранят память об Иване Абрамовиче. А может, и тяжелее: современным детям бывает сложно осознать, кем был их предок. А вот сын Емельянова-старшего, Валерий Иванович, это хорошо понимает.— Для меня всегда была особая ответственность, — говорит он. — И когда после отца колхоз 13 лет возглавлял, и сейчас: всё-таки предприятие, которым руковожу, носит его имя. До сих пор во мне это сидит: не подвести папу. Я нечасто видел отца дома — всегда у него была работа, работа… Но он на всю жизнь для меня пример.Валерий Иванович честно признаётся: дома о знаменитом родственнике говорят нечасто. Это ведь для людей посторонних он — легенда. А для родных — часть жизни: папа, дедушка. Простой, скромный и очень светлый человек. Такой же, какими были все эти люди, что смотрят на нас сегодня с поистине народного монумента. Какой осталась Нина Михайловна Гужова.
