Убийственная «любовь»
В минувшую пятницу депутаты Госдумы приняли в первом чтении поправки в Трудовой кодекс: тем, кто привлекался к ответственности за совращение малолетних, запретят работать в школах, детских больницах и вообще с детьми где бы то ни было. Идею законопроекта предложил Президент Дмитрий Медведев. Обсуждение в очередной раз высветило проблему. И даже лучше сказать угрозу — постоянную, страшную. Прозвучала цифра: в стране за насилие над детьми отбывают наказание 10,5 тысячи человек, из которых около 400 были педагогами. А сколько еще не отбывают и находятся среди нас? И как с этим жить?.. Мы беседуем с Людмилой ЧЕРНОВОЙ, аналитиком, старшим референтом Следственного управления Следственного комитета при Прокуратуре РФ по Нижегородской области. — Людмила Васильевна, сейчас расследуется уголовное дело о «любви» к детям, по которому арестован как раз бывший педагог. — Он раньше был директором сельской школы, а затем — детского дома. Отлично знает психологию детей, умеет с ними ладить, чем и пользовался. Арестован также подельник педагога, ранее судимый за мошенничество. Их свел интерес к мальчикам. Подельник подыскивал детей для «утех» во дворах, на вокзалах. Это были мальчишки, сбежавшие из детдомов, интернатов. Их сразу видно. Им нравилось уже то, что с ними просто ласково разговаривают. И они шли за «дядей». А потом оказывались на съемных квартирах, где совершалось то, что в Уголовном кодексе называется насильственными действиями сексуального характера. Некоторым мальчишкам было по 10 – 11 лет! Сейчас по делу проходят шестеро потерпевших, уже повзрослевших, ведь «дяди» развлекались таким образом больше пяти лет. И не исключено, что число потерпевших увеличится. — Пять лет! Вот так легко, без проблем… — А никто из окружающих ничего не знал. Для соседей, знакомых эти двое были приличными людьми, мальчишки же о случившемся никому не рассказывали. В этом как раз и сложность в выявлении таких преступлений: многие дети молчат — им стыдно, страшно, они не понимают, что произошло, замыкаются в себе. Вспомним, например, маньяка Жукова: его задержали через восемь лет после совершения первого преступления! Все потому, что девочки молчали или были в таком шоке, что даже не могли насильника описать. (Жертвами Владимира Жукова, напомним, стали 14 детей в возрасте 7 – 12 лет, из которых троих он убил. В сентябре 2008 года его приговорили к пожизненном лишению свободы. — Ю.П.) Или другой пример. Сейчас готовится к направлению в суд уголовное дело в отношении 40-летнего нижегородца. Он на протяжении долгого времени насиловал 13-летнюю дочь своей знакомой. Доказано больше 80-эпизодов! — О том, что детей надо защищать от насильников, говорится много, в том числе с высоких трибун. А преступлений таких все больше. Такое ощущение, что педофилы никого и ничего не боятся. Как их сегодня наказывают? — Санкции в прошлом году ужесточили. Если жертве сексуального насилия нет 12 лет, предусмотрено до 20 лет лишения свободы. Однако все зависит от обстоятельств дела и последнее слово, конечно, за каждым конкретным судьей. Павловскому насильнику, надругавшемуся над 8‑летней девочкой, дали 22 года колонии строгого режима. Но дело в том, что он убил ребенка… А вот, например, сергачская история. В селе Спасском после вечерних посиделок молодой человек пошел провожать знакомую. Девчонке не было 18 лет. Прямо на улице парень попытался ее изнасиловать, ударил по голове, стал раздевать. Она вырвалась, побежала. Он догнал, стал бить ногами. На крики девчонки прибежал сторож техникума, спас ее. И вот приговор: за попытку изнасилования несовершеннолетней 3 года условно. В Павлове парню, совершившему насильственные действия сексуального характера в отношении 12-летней девочки, а доказано было 6 эпизодов, дали два года условно. А что будет с этой девочкой? Для ребенка насилие — сильнейшая психологическая травма. Последствия непредсказуемы. У многих оказывается сломанной жизнь. Более того, осужденных за подобные преступления у нас освобождают условно-досрочно! Как, например, насильника Серова, получившего прозвище «верхнепечерский маньяк». За изнасилования школьниц его приговорили к 15 годам лишения свободы, но выпустили почти на пять лет раньше за хорошее поведение. Конечно, ведь в колониях нет детей, вот педофилы и ведут себя хорошо. После освобождения Серов тут же взялся за старое. Входил вслед за детьми в лифт и… Конечно, наш закон по отношению к насильникам-педофилам гораздо более мягок, чем на Западе, где обсуждается даже идея их химической кастрации. Лично я за такую меру. — А можно ли распознать «любителя детей»? — Практически невозможно. Те, кто совершал серии подобных преступлений, были людьми с виду приличными, приятными в общении, быстро находили общий язык с детьми. Но это не значит, конечно, что всех, кто любит детей, надо подозревать в наличии грязных помыслов! Большинство же из тех, кто совершал разовые преступления, были судимыми. Все-таки колония накладывает отпечаток на психику. А тут еще телевидение чуть ли не пропагандирует агрессию, в Интернете множество сайтов, будоражащих чьи-то порочные фантазии… — Что же делать, если «вычислить» потенциальных насильников невозможно, но они продолжают находиться среди нас?! — Родителям, учителям надо объяснить детям, что нельзя идти с незнакомыми взрослыми, что бы те ни обещали: показать щенка, угостить конфетами и тому подобное. (Жуков, напомним, представлялся работником редакции детского журнала и заманивал девочек предложением заполнить какие-то анкеты. — Ю.П.) Если же взрослый берет за руку и пытается вести насильно, — кричать. Не гулять поздно вечером, не входить в лифт с незнакомым человеком, насторожиться, если кто-то подозрительно долго идет следом. Например, в Сарове мужчина шел за девочкой, возвращавшейся из школы домой. Поднялся за ней по лестнице, она не придала этому значения. А когда стала отпирать дверь, он втолкнул ее в квартиру и надругался… Простые правила безопасности дети должны запомнить настолько твердо, чтобы ни при каких обстоятельствах не растеряться. Наше управление разработало памятку по этой теме. Мы издали ее и распространили по всем школам области. Главное, у родителей и детей должны быть доверительные отношения, чтобы взрослые вовремя могли среагировать на какую-то опасность. Вообще, стандартный совет взрослым: не оставляйте детей без присмотра. Но ведь понятно, что это невозможно. К себе не привяжешь… — Получается, что мы должны постоянно опасаться и чуть ли не запирать детей, а насильники будут спокойно себе разгуливать? — Ну, это, конечно, преувеличение. Но вообще, береженого, как говорится, Бог бережет. P.S. Власти считают, что лучше перестраховаться, чем множить искалеченные судьбы детей. Как в школах, больницах и других детских учреждениях при приеме на работу нового сотрудника будут узнавать, судим он за насилие над детьми или нет в свете обсуждаемых поправок, пока неясно: станет начальство требовать справку от новичка на этот счет или само сделает запрос в какие-то структуры. Остается только надеяться, что у мужчин этот новый бюрократический зигзаг не отобьет окончательно охоту устраиваться в школы,а предложенные меры станут лишь одним из шагов к действительно существенному ужесточению законодательства по отношению к педофилам. Только цифры К началу октября в Нижегородской области жертвами насилия стали 56 детей. В прошлом году было столько же. Однако если тогда именно сексуальному насилию подверглись 44 несовершеннолетних, то теперь — уже 48. Причем насильников стали чаще «интересовать» именно дети — в возрасте 5 – 14 лет. Если в прошлом году в отношении их было совершено 25 преступлений, то в этом — уже 35.
