Ударить по Сирии?
Сколько бы не грозились американцы, наземной операции в Сирии все ровно не будет, считают наши постоянные эксперты. Не выгодно. Но вот бомбардировки совершенно не исключены: так безопаснее и дешевле.Переворот под мирным соусомМихаил Рыхтик, как главный знаток международных отношений, первым взял слово.-Большинство экспертов не верят в военное вторжение и я с ними согласен. Главным образом потому, что у США недостаточно ресурсов для ведения еще одной войны. Понятно, что их главный интерес — это транзит энергоресурсов из стран Персидского залива, но в Сирии ситуация слишком запуталась, переросла в этно-культурный конфликт, и, как мне кажется, уже никем не управляется, даже самими американцами, — предположил аналитик.-С одной стороны, в ухудшающихся условиях война — старый добрый способ «взбодрить» экономику страны, особенно для США, политика которых заточена под ведение боевых действий, — размышляет Сергей Каптерев. — С другой стороны, действительно, в случае с Сирии слишком много «но». Даже Великобритания как-то не особо рвется в бой. В общем, как мне кажется, никакого вторжения и ударов в Сирии не будет.Евгений Семенов придерживается немного другого сценария. По его мнению, бомбовые удары — это самый реальный вариант действий США. Сведения, поступающие из Сирии, достаточно противоречивы, но ясно одно — ситуация нестабильна. Не понятно, кто выигрывает, кто проигрывает и на чьей стороне перевес сил. А бомбардировка снимет эту неопределенность — просто в стране начнется хаос и тут уже можно, засучив рукава, начинать гуманитарную операцию по спасению мирного населения.-А потом под этим соусом незаметно устроить государственный переворот. Ведь, несмотря на все прочие выгоды, конечная цель — свергнуть режим Асада, — считает Евгений Семенов.Факторы ОбамыОсобой темой обсуждения стала фигура президента Обамы. На фоне сирийского конфликта он проявляет, как считают эксперты, свои не самые лучшие качества. К этому его толкают не столько имиджевые стороны внешней политики США, сколько внутренние противоречия, связанные с выборными обязательствами. Проще говоря, как предполагают аналитики, на Обаму с разных сторон давит два фактора: его Нобелевская премия мира, которая все же чего-то да значит, и поддержка на выборах военных, без которой он вряд ли бы победил. А военные, конечно, хотят воевать, на то они и поставлены. Поэтому он и решил под видом консультаций с сенатом потянуть время, посмотреть, как будет развиваться ситуация и поискать возможные выходы из нее, хотя сам может без всякого спроса в любую минуту начать военную операцию. Собственно, эта нерешительность тоже становится фактором не в пользу войны: очень хотели бы воевать, воевали не раздумывая.-Обама подтвердил оценки многих скептиков, которые утверждали, что он достаточно зависим и, потому, непоследователен в своих решениях. Сейчас американский президент скорее старается решить свои внутренние проблемы при помощи военной риторики по отношению к Сирии, чем действительно принять силовые меры против этой страны. Но парадокс в том, что самим американцам не так уж все это и важно. Они не привыкли связывать жизнь страны исключительно с конкретной личностью и потому особо не переживают за политическую судьбу Обамы. А многие из них, наверняка, даже и не знают, где вообще эта Сирия находится, — резюмировал Михаил Рыхтик.Нечетка линия РоссииИнтересна вся эта ситуация и с точки зрения поведения нашей страны. Россия — против. Против военных действий, против внешнего вмешательства, против США, в конце концов. Но, как считают эксперты, это, к сожалению, не выглядит целенаправленной и продуманной и стратегически выверенной внешнеполитической линией. Скорее, тактическая позиция: то ли по привычке, то ли просто, чтобы что-то сказать, не молчать.-Если рассматривать наши заявления по Сирии в свете озвученной концепции внешней политики, то наша риторика совершенно далека от ее приоритетов. Что мы хотим добиться, выдвигая нашу точку зрения? Мне не понятно, — пожал плечами Михаил Рыхтик. — Но самое обидное, что мы снова оказались без союзников. Если не считать Китая, который не то что бы союзник, просто мнения в этот раз совпали.-Почему же, если России удастся продавить свое мнение, то это будет внешнеполитическая победа, которая добавит авторитета, — возразил Сергей Каптерев.-Среди кого же?, — парировал Рыхтик.-Разве что, если в СНГ., — вмешался Евгений Семнов. — Это укрепит позиции в лучшем случае среди соседей…И в этом месте разговор сам собой перешел к вопросам отношений России с ближайшими товарищами: с Белоруссией и Украиной, которые в последнее время совсем не конфетка.Сколько соседа не корми…Украинцы, по-видимому, собрались податься на Запад, а белорусам не очень нравится представительский тон Москвы по отношению к себе.-У нас было множество возможностей построить замечательные отношения и с Киевом, и с Минском, но почему то, несмотря на всю общность наших народов, постоянно возникали какие-то склоки и чаще всего по каким-то хозяйственным делам, — размышляет Евгений Семенов. — Россия не пыталась выстроить диалог, всегда взаимодействовала с позиции силы, такого «старшего брата». Евросоюз же напротив все время хотел наладить взаимовыгодное сотрудничество.-Здесь-то и есть вся загвоздка. В наших СМИ циркулируют мнения, что Украина и Белоруссия крепко держатся за нас, но это ошибочно. Да, народ, возможно и смотрит в сторону России, но элиты в этих странах всегда были лояльны Западу, — говорит Михаил Рыхтик. — Поэтому можно ожидать, что в конце концов они интегрируются с Евросоюзом и мы снова останемся одни и на этом внешнеполитическом поле. Ведь нужно понимать, что дружбу не купишь, ее нужно строить, — заключил эксперт.
