Вброд через Майдан
В 1958 году, когда мы, первокурсники, приехали с «картошки», то первое, что увидели в фойе вуза, — это портрет в траурной рамке: «Гедыма N. N. 1935 — 1958 гг.»Единственное, что мы, семнадцатилетние пацаны, знали об этом человеке, что он секретарь институтского комитета комсомола, студент старшего курса, выходец из Западной Украины. И еще: кто-то из смежной группы вспоминал, что он совсем недавно приезжал к ним и прямо на картофельном поле под моросящим дождем горячо поддерживал трудовой героизм. И рассказывал, как им, послевоенным комсомольцам, даже и в начале 50‑х годов приходилось воевать с недобитыми бандеровцами.А чуть позднее, когда наших красавиц сокурсниц быстро расхватали ребята старших потоков, мы о Гедыме стали узнавать из рассказов девчонок. Но сначала извинение за то, что, к стыду своему, не могу вспомнить имя этого героя. Врезалась только необычно звучная фамилия — Гедыма.Так вот, в одну из ночей на село напала группа головорезов из отряда бандеровцев, то и дело терроризировавших местное население. С необъяснимой жестокостью они расправлялись с советскими активистами, будь то украинцы, евреи, поляки, русские. В ту ночь они зверствовали в селе, где Гедыма был секретарем местной комсомольской ячейки. Его, избитого до полусмерти, пьяные молодчики посчитали убитым и бросили в общую кучу растерзанных. Но каким-то чудом он выжил. Его долго лечили, а потом направили учиться в Горький, где мы впервые и узнали, что, даже спустя десять лет после войны, творилось в наших западных областях. И умер наш герой от открывшихся неизлечимых ран, которые догнали его через столько лет.Сами понимаете, дорогие читатели, по какой причине услужливая память высветила тот давний эпизод. Мирное слово «майдан» ныне возродилось с такой кроваво-черной реальностью, как будто свершилось второе пришествие дьявола.Насторожился весь мир. Весь пропагандистско-новостной хаос завертелся вокруг одной пугающей и вождей, и обывателей темы. Во что выльется? Историческая справедливость возвращения России исконно русской Тавриды всколыхнула совсем уже было завядшие души великороссов. Свершилось воссоединение Крымского полуострова с российским материком. «Веселися, гордый росс!» А что дальше? Что с другими миллионами русских и русскоязычных в восточных областях бывшей Малороссии? Звериная ненависть восставшего из пепла радикального нацизма когда прекратит свои кровавые вылазки на восток? Отупевшая Европа и весь закостеневший от безнаказанности Запад приветствуют и обнимают фашиствующих самозванцев, хотя кошелек открывать не торопятся. Вот вам армейский сухпаек двадцатилетней давности.Как это всё выглядит и нелепо, и жутковато. На Обаму и Меркель глядеть жалко, у Маккейна лицо перекошено от злобы, у Керри — в противовес гранитной уверенности Лаврова — суетная ухмылка, тронутая страхом и напускной псевдорешительностью. А Путина народ еще больше зауважал. И не только в России.
