Вихри враждебные
Сборник прозы Валерия Шамшурина, выпущенный в 2011 году издательством «Литера», озаглавлен «Ураган». И не только потому, что центральное произведение книги — последняя по времени написания повесть — имеет то же название. О враждебных вихрях современности так или иначе повествуется на всех страницах новинки известного писателя. Валерий Анатольевич относится к числу тех русских литераторов, которые, словно тончайший барометр, ощущают колебания социально-нравственной сферы. Угадывая в сегодняшних ситуациях, коллизиях вероятность грядущих потрясений и трансформаций, они воплощают свое предвидение в образах, тревожащих сознание читателя. Это относится и к книге «Ураган». Примечательно, что собраны под ее обложкой сочинения последних трех десятков лет. Вряд ли нужно подробно объяснять, что это за период в судьбе нашего общества. Отдельные писательские наблюдения за самочувствием человека, проживающего такие «минуты роковые», В. А. Шамшурин и сложил теперь в некую картину, собрав ее из шести фрагментов. У каждого — свой оттенок смысла и предощущений. Тут и драма юноши, испытавшего потрясение первого сильного чувства, а точнее — осознавшего свою неготовность к большой любви («Самые короткие ночи»). Тут и горькая констатация запустения нашей глубинки («Курмышское оцепенение»), брошенности детей, ставших ничьими («Ты чей, мальчик?»). Тут растерянность перед атакой себялюбивого тщеславия, ныне готового на все («Цветы для стервы»). Мотивы общего и личного бессилия, апатии переплетаются, перекликаются. Наиболее важны для постижения авторского замысла два произведения нового сборника: заглавная повесть, написанная в 2011 году, и рассказ десятилетней давности «Ниже травы». Герой последнего даже имени не имеет: писатель, как определение занятия, — и всё. Обезличен наподобие тех миллионов, что вдруг ощутили себя изгоями в собственной стране. Сочувствуя им, автор очень далек от мелодраматических воздыханий по поводу их участи. Поскольку задается вопросом суровым: а не сами ли мы виноваты в таком фиаско? Вот и герой рассказа «Ниже травы», похоже, закономерно пришел к цепи крушений — в профессии, частной жизни, в оценке собственной значимости. Смятение гонит его с паломниками в Дивеево. Но даже там, у святынь, он видит все ту же сгубившую и его мелочную людскую суету. И еще больше угнетается дух, до мыслей о самоубийстве. С их страшным грузом прибыл писатель в сельцо Верейка, с детства любимое. Здесь, в разоренном храме, найден целительный ответ на вопрос: «Быть или не быть?». Быть, но уже не как прежде. Взяв брошенные кем-то лопату и тачку, начинает писатель восстанавливать порушенное. Не словами — делом, может быть, и непосильным, искупая общий грех… О могуществе веры в собственный добрый поступок, умножающий энергию созидания, по сути, и повесть «Ураган». По мысли В. А. Шамшурина, вихрям враждебным, порожденным природой ли, волей ли человечьей, способна противостоять только та личность, которая сама неустанно аккумулирует в себе светоносное начало. Вопреки всему! Таковы бабушка Александрина Витальевна и ее внучка Надежда. Представительницы разных поколений объединены не только узами крови, а еще и своей способностью пребывать в гармонии с природой, ощущая ее ритмы, возмущения, предвидя катаклизмы, оберегая живое вокруг себя. Очень модно ныне обсуждать тему геологических катастроф. Повесть «Ураган» тоже обращается к ней, но не как сенсационной приманке. Автор пробует философски осмыслить глубинную связь деяний Человека и бытия живой Земли. Еще не осознанная нами необходимость качественно нового — космического мышления определяет лейтмотив повести. В столь интересной заявке Валерий Анатольевич опять демонстрирует замечательное свое писательское чутье на животрепещущий вопрос. Жаль только, что сама литературная форма новой повести оказалась несколько слабее замысла. По крайней мере, по моим читательским ощущениям, незавершенность свободного сюжета, эскизность обрисовки характеров, недостроенность взаимоотношений персонажей — все свидетельствует о стадии наброска. Наброска к многообещающему литературному полотну. А тема, заявленная в «Урагане», подразумевает именно полотно — масштабное, фресковое. Это подтверждают даже строки М. Волошина, любовно цитируемые В. А. Шамшуриным: Вся Русь — костер.Неугасимый пламеньИз края в край, из века в векГудит, ревет… И трескается камень.И каждый факел — человек.Не сами ль мы,подобно нашим предкам,Пустили пал? А ураганРаздул его, и тонут в дыме едкомЛеса и села огнищан…
