Вместо памятника березка со звездой
Их души наконец-то обрели покой. Наверное, обрели. Потому что пусть и не в родных краях их могилки, да и могилок-то уж нет, но память о тех, кто похоронен тут, в лесах Павловского Заочья, оживлена, обнародована. Поставлен один на всех памятный крест, отслужен поминальный молебен… Ребята из поискового отряда «Память» Тумботинской средней школы № 1 (точнее, ученики 9 «А» класса) сделали то, что сделать нужно было давно: установили место захоронений воинов, скончавшихся от ран в загородном филиале военного госпиталя № 1743, что базировался в Павлово с 1941 по 1945 годы в нескольких школах. Полина Кутина — командир поискового отряда «Память» Тумботинской средней школы № 1: — Нам хочется, чтобы все люди знали, что раньше здесь был госпиталь, что здесь захоронения есть. Очень жаль, что раньше никто этими поисками не занимался. Ведь многие знали об этом. Это память о прошлом нашей малой родины. Бабушка Нади Гусевой нам рассказывала, как была санитаркой в этом госпитале, и видела, что «хоронили солдат в белой одежде около старых ворот, а закапывали их солдаты в зеленых гимнастерках». Дедушка мой рассказывал, что раньше здесь были таблички, крест стоял. Но сейчас, к сожалению, ничего этого нет. Мы нашли надписи на березах. Нам это очень даже интересно! Отряд «Память» образовался в нашем, теперь уже 9 «А, классе. Но ребята из других классов тоже помогали нам, спрашивали у бабушек, дедушек, что они помнят про этот госпиталь и раненых. Родители нас поддерживают. Хочется, чтобы родственники воинов, что здесь захоронены, узнали об этом. Что ценно, дети нашли свидетелей того, что захоронения эти были! Ведь долгие годы об этом не говорили, сомневались: а есть ли там вообще могилы? Кстати, найти сами останки не смогли и приезжавшие в эти места летом по просьбе ребятишек и их классного руководителя Людмилы Мисюревой поисковики из отряда «Курган» во главе с заместителем декана исторического факультета Федором Дроздовым, что действует при Нижегородском государственном университете. Но это, в принципе, неудивительно: уровень воды в Пионерском (Свято) озере поднялся, и те места, что были когда-то сушей, превратились в болота. А березы со звездами и стрелками, указывавшими на то, что тут похоронен советский солдат, еще можно увидеть, хотя они уже практически в воде. Доказательством тому, что были тут могилы, служат многочисленные свидетельства жителей поселка Тумботино. Николай Максимович Святов — житель Тумботина: — Кроме того, что тут раненые наши лечились, вот еще что помню (я тогда мальчишкой был). Когда над Павловом сбили немецкий самолет, немцев похоронили около деревни Санницы. Место то не сохранилось — там болотина, скорее всего. А самолет увезли в Горький. Я был свидетелем самого факта, когда самолет падал. Видел командира немецкого экипажа, у него снесен был череп. Еще три летчика были в кабине. Помню и нашего летчика Шавурина, который совершил таран. Мальчишки с немцев стаскивали награды и все прочее. Тут разногласия возникали по госпиталю: было тут кладбище или нет. Было! Мальчишкой видел недалеко от лагеря «Орленок» таблички на колышках. Еще вот какое подтверждение, что было: в послевоенные годы долгие годы люди пожилого возраста ходили по дороге за грибами — все останавливались и крестились. Так что сомнений это не вызывает. Здесь много зарыто наших раненых. Сейчас у школьников начинается еще более серьезный этап, чем просто найти березки с отметинами. Они проделали большую работу по документальному поиску: обращались в Центральный архив Министерства обороны России, в архив военно-медицинских документов Санкт-Петербурга (оттуда ответили, что госпиталь № 1743 дислоцировался в Павлове), к электронной системе поиска «Мемориал», Книге Памяти. Нашли там имена тех, кто умер в Павловском эвакогоспитале. Потом побывали на центральном кладбище Павлова у братской могилы. Выяснили, что нет среди захороненных ни тут, ни в индивидуальном порядке 17 человек из значащихся в списках умерших. Вероятно, именно в зоне пионерских лагерей они и нашли свой вечный приют. Валентина Михайловна Уткина — жительница Тумботина: — Видали раненых, когда они приходили к нам в поселок. Их много ходило, в пижамах даже. А потом здесь вот их зарывали. Мы ходили по грибы и видали могилы тут вот, в этой стороне. Госпиталь располагался на территории, ныне занимаемой турбазой «Лесная здравница». Там, кстати, и табличка мемориальная есть. А старожилы вспоминают даже то, каким было двухэтажное здание госпиталя, в какие цвета стены были выкрашены… Много тут было воинов из разных областей и краев Советского Союза, с разных фронтов Великой Отечественной. Разными были их ранения, разной степень тяжести болезни. Кто поздоровее, ходили в Тумботино прогуляться и в местный клуб на танцы. Молодые ведь были! Виктор Иванович Смолин — председатель Совета ветеранов завода имени Максима Горького, член Павловского районного совета ветеранов: — Я в армию был призван в 43‑м году. А до этого… У нас клуб при заводе имени Максима Горького работал — были и кинофильмы, и танцы. Вот ребята, военные, которые легко ранены, приходили на танцы, на концерты. Мы там встречались. Хорошие ребята! Были как свои. Мы с ними дружили. Они были с разных фронтов. После битвы под Москвой раненых много поступило. Но в основном у нас в разговорах была тема молодости. Кто-то из тех пациентов госпиталя не дожил до Победы и нашел последний приют в хвойных лесах за Окой. Хоронили их, говорят, без гробов: прямо в простынях да в белых рубахах. Не до условностей да церемоний тогда было! А вот память об умерших старались увековечить. Вспоминают жители Тумботина и кресты из молодых березок, и таблички, и те самые звезды на березах, что были в лесу еще 20 – 30 лет назад. Тут местным ребятишкам родители запрещали собирать ягоды и грибы: кладбище ведь! Мужчины, проходя мимо этих мест, снимали шапки в знак уважения, женщины крестились. Но не было признано, что есть тут могилки. Теперь сомневаться не приходится. И крест поставлен и освящен, и небольшой митинг провели, и обещали ухаживать за этим памятником. Александр Ефимович Мисюрев — преподаватель технологии Тумботинской средней школы № 1: — Мой отец Ефим Николаевич родом с Урала. А по тяжелому ранению здесь, именно в этом госпитале лечился. Его, как крупного специалиста по тракторам — механика, завод оставил по брони здесь. В госпитале лежали отовсюду, со всей страны. Были и тяжелобольные. Кто-то находил вторую половину, женился и оставался в этих краях. Мы с тестем Виктором Ивановичем Матвеевым (он из Филинского Вачского района) разговорились как-то. Он тоже был в этом госпитале. Говорит мне: «Саш, может, я твоего отца-то знаю — ты привези фотографию его». (Отца тогда уже не было в живых.) Я привез снимок. А он говорит: «Я ведь его помню. Даже разговаривал с ним». Виделись они в 43 году. Что приятно, хотя, мне думается, вполне естественно, сделано все на добровольной основе. Предприниматель Александр Николаевич Березин откликнулся на просьбу ребятишек и изготовил и установил за свой счет крест. Признается, что не знал о захоронениях, но рассказ школьников его сильно взволновал. Поддержала учеников поселковая администрация: морально и транспортом для поездки на установку креста 25 августа. Школа во главе с Константином Валентиновичем Балакиным может гордиться своими воспитанниками. То, на что столько лет (65 почти!) не решались взрослые, сделали дети.
