Вне зоны доступа?
О Светлане Куполовой, с 17 лет передвигающейся на инвалидной коляске, мы писали в 2012‑м. Автокатастрофа, случившаяся с автобусом, на котором она ехала 22 года назад, перевернула ее судьбу. Но Света не обиделась на жизнь, не замкнулась в четырех стенах. Получила высшее образование, работает, водит купленную в кредит машину. Не боится выходить из дома без сопровождения. Правда, как мы убедились тогда, в городе было очень мало мест, которые доступны колясочнику. Сегодня мы вновь встретились со Светланой, чтобы попросить ее выступить в роли эксперта реализации программы «Доступная среда».Пандус в поликлинику— Что изменилось за два года к лучшему? — Светлана на мгновение задумывается. — Перемены есть, но всё идет очень слабыми темпами. Например, в моей поликлинике № 47 на улице Снежной наконец-то сделали пандус. Но сколько пришлось для этого написать жалоб в прокуратуру за 22 года…Кстати, о зданиях прокуратур, судов и нотариальных контор Светлана тоже ничего хорошего сказать не может.— Ни одно здание суда в областном центре для колясочника по-прежнему не имеет доступности, — констатирует она.-То же с нотариальными конторами. Можно, конечно, вызвать нотариуса на дом, но это намного дороже. Правда, обещают сделать одну доступную нотариальную контору в Канавинском районе. Но почему здоровый человек может пойти к ближайшему к нему нотариусу, а инвалид должен ехать через весь город? А когда я однажды добралась до прокуратуры Ленинского района, на меня в ее коридорах смотрели как на космического пришельца: как это чудо к нам попало?Она по-прежнему покупает одежду на рынке, потому что коляска не проходит в узкие примерочные кабинки торговых центров, даже самых «продвинутых» в плане доступности среды. И всё так же мужественно преодолевает на коляске высоченные бордюры на пешеходных переходах и ямы на асфальте, в которых то и дело застревают колеса.В кафе путь заказанУ Светланы много друзей, большинство из которых — на инвалидных колясках. Приезжают гости из других регионов. Конечно, ей хочется показать им похорошевший родной город. Например, преображенную Рождественскую. Но посмотреть им можно, увы, только на фасады красивых зданий.— Когда нас водили на экскурсию по Рождественской, рассказывали, что даже цвет канделябров был согласован со всевозможными инстанциями, — говорит Светлана. — А вот сделать доступную среду забыли. Ни съездов, ни поручней по всей улице. Невозможно попасть на коляске ни в одно кафе на Рождественской. А ведь хочется не только видами на улице любоваться, но и выпить чашечку кофе с друзьями… Отдельная тема — туалеты для инвалидов. Их вообще нигде в городе нет.Среда, да не таБез кафе и торговых центров обойтись можно, но есть учреждения, жизненно необходимые инвалиду. Например, больницы.— Ни в одной больнице нет доступной среды для человека на инвалидной коляске — ни поручней, ни пандусов, ни оборудованных санузлов. На коляске не попадешь, например, в физиокабинет — узкие дверные проемы, и аппаратура поставлена так, что к ней не подъедешь, — продолжает наш эксперт.Даже здание профессионального училища инвалидов абсолютно не приспособлено для перемещений на коляске! Хотя логично было бы в первую очередь создать доступную среду в организациях, работающих с инвалидами. Та же ситуация с помещениями ВТЭК, бюро социально-медицинской экспертизы, с большинством поликлиник и женскими консультациями. Светлана была поражена, увидев, что в организацию, выдающую инвалидам технические средства реабилитации, ведет лестница в подвал на два пролета… без намека на пандус. А ведь эта организация выиграла тендер, получила государственные средства. — Ссылаются на то, что у них не было возможности арендовать оборудованное помещение, — поясняет Светлана. — Но тогда в условиях конкурса должно быть прописано условие «доступная среда». Предлагают привезти средства реабилитации на дом, но ведь их нужно сначала выбрать, чтобы они подходили человеку. Кстати, мне до сих пор их всё «везут», никак довезти не могут…Абсурдно, по мнению Светланы, расположен и фонд социального страхования — на третьем этаже, без лифта и пандуса.— При этом на первом этаже здания доступ есть, но там расположены какие-то фирмы, арендующие помещения, — удивляется она. — Зато они сделали отдельный кабинет на первом этаже, откуда инвалид может позвонить, чтобы к нему спустились с бумагами. Это же мартышкин труд!Прислушаться к колясочникуКак же сделать так, чтобы столь важная программа «Доступная среда» была действительно реализована? Светлана Куполова видит только один путь — ввести в состав ответственных лиц, принимающих объекты доступности, эксперта-колясочника.— Здоровые люди никогда не поймут потребности человека на коляске, — подчеркивает она. — Например, чтобы понять, правильно ли сделан пандус, нужно иметь опыт перемещения на коляске. У нас же половиной пандусов пользоваться невозможно.А еще нужно строго контролировать исполнение закона о доступной среде и наказывать виновных в том, что она по-прежнему вне зоны доступа.
