Война ? это всегда не просто так. Особенно кровопролитная
Как свидетельствует современная психология, каждая забытая могила предка в твоей семье, каждый трагически погибший или плохо похороненный дед, прадед или даже пра-пра не может стать бесстрастной страничкой семейного архива и уж тем более никогда не исчезает бесследно в анналах родовой памяти.Он останется в твоей семье бесплотным призраком и может вполне реально влиять на судьбу последующих поколений. Пока все почести не будут ему отданы, пока не откроется вся перенесенная им боль или несправедливость и пока его потомки не искупят его смерть, в которой, разумеется, совсем не были виноваты.Поэтому так важно назвать каждого безымянного солдата. Поэтому так важно опознать каждую могилу. И помнить всех, кто не вернулся.Поэтому День Победы ? это прежде всего праздник погибших.Тех, которые не пришли, не дожили, не исполнились. Тех, что не воспитали, а то и вовсе не родили положенных им судьбой детей. Недолюбили (или даже совсем не любили, не успели) своих суженых женщин или мужчин, недосмеялись и недоплакали, недогуляли и недогоревали в своей жизни. «Недо», как пел Высоцкий. И этих «недо» с той войны осталась тьма. Но каждое «недо» требует обязательного завершения, искупления. Оно не может кончиться просто так, невосполненным.А нам бы так хотелось, чтобы День Победы был праздником живых! Каждое 9 Мая в глубине души мы стараемся удержаться в луче жизни. Чествуем ветеранов, радуясь и восхищаясь, что те еще живы. И сознавая, что их почти уже совсем не осталось. Ведь самые молодые из них, кто успел повоевать хотя бы последний год, должны были родиться как минимум в 1927 году, а значит, в нынешнем, 2007‑м, отмечают своё 80-летие.Конечно, те, кто сумел выжить ? и тогда, и потом, ? теперь так просто не уйдут, не сдадутся.Остались ведь самые крепкие. И как бы ни торопилась за ними старуха с косой, она понимает, что этих голыми руками не возьмешь, что ей опять наверняка придется повременить. Она ведь на них уже не раз заглядывалась, кусая от бессилия седые космы. Они ведь с ней уже давно на «ты».Поэтому они живы, они еще с нами, всем на радость. Завтра они наденут свои ордена и выйдут на улицу, какая бы ни была погода и как бы ни шалил их организм.Потому что все мы хотим, чтобы День Победы был праздником живых. И они тоже.И вот уже ветеранами в нашей стране названы и те, кто не воевал, а был просто свидетелем войны. Ведь даже чтобы просто ее пережить, нужно мужество. И война, затмившая детские воспоминания, оказывается травмой на всю жизнь.Хотя и эти живые уже уходят. Даже просто свидетелей войны становится всё меньше и меньше. Но так трудно представить праздник Победы, в котором вообще не будет ее свидетелей.Трудно еще и потому, что каждый тогда останется с той войной, которую невольно унаследовал в своей душе от своих предков. Потому что даже тот, кто знает о ней из фильмов, книг, документальной хроники или из третьих уст, носит ее в себе. Ведь любая война не проходит просто так. Она доживает свои смерти в последующих поколениях, еще много десятилетий после победы.Кажется, никто пока не исследовал этот феномен в нашей стране. А вот последовательница французской психоаналитической школы Анн Анселин Шутценбергер уже много лет изучает связи между поколениями, семейные тайны, синдромы годовщины (когда в нескольких поколениях трагедии случаются в одни и те же даты). Она пишет, что во Франции потомкам Второй мировой войны, внукам или правнукам без вести пропавших или не ясно как погибших на фронте или не известно где и кем захороненных людей и сегодня снится, что они попадают под обстрелы и бомбежки. Так, в дни празднования годовщины освобождения узников концлагерей или высадки союзников разные люди во Франции вдруг начинают жаловаться на то, что их детей преследуют ужасные ночные кошмары.Мы, жители России, конечно, не исключение. Мы наверняка досматриваем подобные сны. Может быть, даже более страшные, потому что наша страна понесла куда большие потери, чем та же Франция. Потому что из-за разнообразных идеологических наслоений мы долго не имели возможности воспринимать эту войну такой, какая она была на самом деле, ? без прикрас и показного героизма, с вывороченными внутренностями и кризисом смыслов. Какой она показана у нас до сих пор пока лишь в единичных романах и фильмах. Может быть, поэтому мы вытесняем свои сны про бомбежки, забывая под утро, что снилось. Но просыпаясь с легкой тоской в душе.«Мертвые невидимы, но они не отсутствуют», ? говорил Блаженный Августин. «Мертвец хватает живого», ? максима, ставшая одним из принципов римского права. Или, как утверждает доктор Шутценбергер, плохо захороненные мертвецы не остаются в своих могилах, выходят из гробов и перемещаются в склепы души своих потомков. По ее словам, все мы продолжаем цепочку поколений и оплачиваем долги прошлого, и так до тех пор, пока «грифельная доска» не станет чистой.А мы даже не подсчитали пока точное количество жертв Великой отечественной. До сих пор не назвали еще все имена. Прошло 62 года со Дня Победы, а грифельная доска тех событий еще полна надписей, не все из которых мы даже успели расшифровать.
