Враг стоял на коленях
У меня, фронтовика, всегда возникает вопрос: почему мы победили в этой кровопролитной войне? Победили потому, что мы защищали отчий дом, свою Родину. Наше дело правое! Это понимал каждый солдат, каждый офицер Красной армии, что и явилось источником мужества и храбрости наших войск. А как понимать храбрость на войне? По моему личному убеждению — это то самое, когда идешь в бой и сознаешь: в тебя стреляют, а ты все равно, во что бы то ни стало идешь вперед и тем самым выполняешь свой воинский долг. Наконец, на войне необходимо обладать солдатским мужеством, переносить ранения и тяжкий фронтовой быт. Мне пришлось пережить сравнительно легкое, а затем и тяжелое ранение. Был и контужен. А на Курской дуге попал под танк и потерял сознание.Мне нередко задавали вопрос: «Вы Герой Советского Союза, действительно не знали страха?» Я всегда давал однозначный ответ: считаю себя нормальным человеком. Страх смерти мне знаком.На фронте все страшно и смертельно опасно. Например, в зимний морозный день во время наступления преодолевать колючее проволочное заграждение под шквальным огнем немецкой артиллерии и пулеметов. Невозможно выразить это словами обыденной жизни. Надо побывать и пережить все это. Непредсказуемо и опасно форсирование водных рубежей. Посадят тебя в рыбацкую лодку с твоим подразделением — и гадай, что предпримет враг, затаившийся на противоположном берегу. Мне лично пришлось форсировать такую водную преграду как Днепр севернее Киева. Шесть суток продолжалось кровопролитное сражение. Победа одержана, но какой ценой… В этом страшном бою на правом берегу Днепра от моей роты в живых осталось 15 человек. За этот бой мне было присвоено звание Героя Советского Союза.Но особенно трудное и рискованное дело на войне — ходить в разведку за «языком». Мне приходилось идти к врагу не один раз. Взять «языка» — это значит взять в плен немецкого солдата, а лучше бы офицера на его территории. Помню, мы однажды взяли «языка», но только с третьей попытки, теряя убитыми и ранеными своих солдат и офицеров.Следует особо подчеркнуть: нам противостоял сильный и умело организованный враг. Удивительная нация эти немцы! Драться умеют и жить по-человечески могут. С немцами я познакомился еще зимой 1942 года. В ту пору я был лейтенантом, командовал взводом ротных минометов. Наша восьмая стрелковая дивизия в составе 13‑й армии в зимнем наступлении нанесла немцам сокрушительное поражение. Помню, бой закончен. После грома пушек установилась какая-то необыкновенная, зловещая тишина. От горизонта до горизонта, справа и слева по белому снегу в разных позах лежат множество трупов немецких и наших солдат и офицеров. Я уже не раз был в боях, но такого смертного побоища еще не видывал. Оставшиеся в живых наши солдаты, измученные боем, отдельными группами расположились на снегу и жадно чадили махоркой. Запомнились их багровые лица от зимней стужи с темным налетом порохового дыма.Ко мне подошел старший политрук нашего батальона. Вид у него, как и у меня, был далеко не офицерский. Клочьями висели на нас белые маскировочные халаты, изорванные во время преодоления проволочного заграждения немецкой обороны. Политрук предложил мне пройтись и посмотреть в полосе наступления нашего батальона, не остался ли кто из тяжелораненых без помощи. Но еще раньше я заметил, что к нам приближается большая группа пленных немецких солдат. Их вел армейский сержант. Мы подождали их. Когда они подошли, сержант доложил нам, что не знает, куда дальше вести пленных и как с ними поступить… Старший политрук распорядился доставить пленных в штаб нашего полка, а сейчас их разоружить. Немцы, не зная толком русской речи, поняли так, что это последние минуты их жизни. Разоружат, а потом под горячую руку после того страшного боя перестреляют. Немецкая пропаганда, согласно расовой теории фашистского режима, внушала своим солдатам, что русские — это недочеловеки и дикари. В толпе пленных началось волнение. Но разоружение началось. Первым шел пожилой солдат в железной каске. Он злобно взглянул на нас и бросил свою винтовку к нашим ногам. За ним следом подошел молодой немецкий солдат без головного убора, без оружия с поднятыми вверх руками. Видимо, он хотел обратиться к старшему политруку, но, напуганный его угрюмым видом, с мольбой в глазах взглянул на меня и… бросился мне в ноги. Я, откровенно говоря, немного растерялся. Не ожидал я такого в этой жестокой, бескомпромиссной войне.Потом парень встал, пристально взглянул мне в глаза и медленно, словно пьяный, раскачиваясь на ходу, побрел мимо нас. Это были солдаты немецкой армии, которые с барабанным боем прошли столичные города покоренной Европы! Но именно в России немецкая армия растеряла свое могущество и превосходство. А немецкий солдат — это живое воплощение гордости и славы немецкой армии целует — русский сапог! Если вникнуть в историю человеческого общества с древних времен — это непрерывная, сплошная череда больших и малых войн. К войне надо быть готовым. Но сама война для человека — это истинное бедствие.
