Второй отчет первого министра

Политические традиции формируются небыстро и непросто. Многое в этом процессе зависит от конкретных участников и персонажей, как закладывающих традиции, так и поддерживающих их. Сейчас в России, кажется, формируется новая традиция, заложенная президентом Медведевым в предложенном и утвержденном им пару лет назад законе. Традиция, может быть, и не новая для некоторых западных стран, но для России точно новая. Потому что всего второй раз премьер-министр России выступает перед Государственной Думой с ежегодным отчетом о работе правительства. Всего второй раз. Или уже второй раз. Это как посмотреть. Не без доли хвастовства Конечно, похвастаться первому министру было чем. Имел право. Справедливо заметив, что прошлый, 2009 год был самым тяжелым за прошедшее десятилетие — и не только для России, но и едва ли не для всего мира, — Владимир Путин констатировал, что правительство России справилось с ситуацией вполне достойно. Лучше, чем многие зарубежные коллеги. И лучше, чем можно было бы ожидать. Тут, конечно, не обойтись без соответствующего подтверждения этих, может быть, немного хвастливых утверждений. И премьер-министр, разумеется, не замедлил предоставить эти подтверждения. Рост промышленного производства по итогам первого квартала 2010 года составил 5,8 проц. Рост реальных доходов населения — 7,4 проц.После катастрофического провала конца 2008 — начала 2009 года, в этом году, по словам премьер-министра, есть большая вероятность, что рост ВВП превысит первоначальный официальный прогноз, равный 3,1 проц. И это при том, что ряд отечественных экономических аналитиков прогнозируют рост в 5 проц. А экономисты Bank of America и Merrill Lynch в начале апреля так и вовсе подняли прогноз роста российской экономики на 2010 год с 5 проц. до 7 проц. Это тот самый рост, какой она демонстрировала в докризисный период. Так что у премьера были все основания заявить, что «рецессия в нашей экономике закончилась. Это не значит, что кризис закончился, но рецессия — она приказала долго жить». И ведь не просто так, не сама по себе, и даже не за счет вновь дорожающих энергоносителей возобновился рост ВВП и пошла вверх российская экономика. Отнюдь! За всем этим стоит колоссальная, напряженная каждодневная работа по чуть ли не ручному вытаскиванию страны из кризиса, в который она попала меньше всего из-за ошибок отечественного руководства, а больше всего из-за ошибок зарубежных руководителей, которые, свалив в экономическую пропасть собственные страны, увлекли за собой и всех остальных.На антикризисную политику было потрачено, по словам премьера, более 3 трлн руб., что составляет более $100 млрд.Конечно, в этой сумме учитываются средства и федерального бюджета, и Фонда национального благосостояния, и ресурсы ЦБ, и госгарантии, но даже с учетом всего этого сумма представляется весьма внушительной. Конечно, многие страны потратили на антикризисные меры не менее внушительные средства, но, кажется, только российскому правительству удалось на этом еще и заработать. По словам Владимира Путина, доход бюджета от размещения возврата средств составил 19,2 млрд руб. Он отметил, что это стало возможным, так как никакие средства не раздавались бесплатно, а предоставлялись в форме кредитов. Более того, подобная масштабная финансовая помощь оказалась возможной практически без урезания каких-либо статей бюджета, на что были вынуждены пойти очень и очень многие страны, что аукнулось им ввиде роста социального напряжения и недовольства. Обошлось правительство при этом и без масштабных заимствований за рубежом, на что пошли опять-таки довольно многие не столь ответственные зарубежные власти. По словам премьер-министра, это была принципиальная позиция. «Важно проводить ответственную финансовую политику, чтобы потом не идти с протянутой рукой ни к кому, теряя экономический, а затем и политический суверенитет», — заявил он, явно намекая на каких-то вполне конкретных руководителей и лидеров государств. Ответственность российского правительства дошла даже до того, что, несмотря на всю тяжесть ситуации, обошлись без включения печатного станка, чем активно злоупотребляли и злоупотребляют сейчас США.И эта сдержанность дала блестящие результаты. Инфляция не только не увеличилась — она снизилась. Докризисный перегрев экономики был ликвидирован, потребительский пузырь, финансировавшийся за счет кредита, сжался. Стало возможным снизить ставку рефинансирования ЦБ с 13 проц. до 8,25 проц., что, в свою очередь, способствует увеличению денежного оборота и экономического роста. Так что да, похвастаться есть чем. Премьер имел на это полное право. Резервы и ресурсы Когда лидер КПРФ Геннадий Зюганов сталпо итогам отчета премьера Путина вновь и опять критиковать министра финансов Кудрина, он вряд ли сам понимал, что говорит. Те деньги, которыми тушились самые срочные финансовые пожары на экономическом рынке, были в подавляющем большинстве из той самой кудринской «заначки», пресловутого Стабфонда, за который Кудрина ругали многие. Именно средства этого фонда, созданного по настоянию Кудрина и упорно отстаиваемого им от всех попыток «забрать и поделить», позволили России более-менее безболезненно пройти самый острый период кризиса и сохранить все основные финансовые и экономические институты страны. Устояла банковская система, устоял фондовый рынок. Страна избежала дефолта, страна избежала банкротства. Причем как государственного, так и волны частных банкротств. Совсем без них обойтись, конечно, не удалось, но предотвратить волну массового банкротства, резкого экономического спада и ухудшения жизни населения оказалось возможным. Именно за счет средств резервных фондов, созданных Кудриным. Понятно, почему Владимир Путин так отстаивал Кудрина и во время своего прошлогоднего выступления перед Госдумой, и во время нынешнего. Значительная часть успеха работы правительства принадлежит именно Кудрину. Ведь именно наличие свободных средств на счетах позволило правительству в минувшем году не только поддержать ключевых экономических субъектов, что способствовало сохранению значительного количества рабочих мест, но и провести пенсионную реформу, чем Владимир Путин гордится едва ли не больше всего. Во всяком случае, во время своего выступления он специально подчеркнул, что «Россия — единственная страна в мире, которая в нынешней ситуации пошла на масштабную пенсионную реформу, на существенное повышение пенсий». В результате чего в России «не осталось пенсионеров, живущих за официальной чертой бедности». Это, конечно, не значит, оговорился премьер, что они «стали жить богато». Но, по крайней мере, о снижении их доходов, как, скажем, в прибалтийских странах, речи не идет. И этого также удалось добиться благодаря грамотной финансовой политике и накопленным Кудриным резервам. Еще один финансовый инструмент правительства, созданный в докризисный период, но пригодившийся и весьма хорошо зарекомендовавший себя в кризис, — так называемый материнский капитал. Это ведь, по сути, те же резервы, сформированные государством не для своих целей, а на нужды частных лиц. Деньги, накопленные на счетах за прошедший период, весьма помогли многим гражданам при решении финансовых проблем, связанных с ипотекой. Не будь этих денег, слишком многие семейные пары с маленькими детьми лишились бы жилья. А с крышей над головой жить, хоть, может, и нелегко, но вполне возможно. Массового выселения и отъема жилья, как в США, в России удалось избежать. Опять-таки — очевидный положительный итог прошедшего года, который правительство с чистой совестью может записать себе в актив. Работа над ошибками Ну, не над ошибками, может, скорее, над недоработками. Об этом премьер-министр тоже говорил, и говорил немало. По его словам, необходимо реформировать бюджетную политику и повысить эффективность использования казенных денег. «По сути, нам предстоит провести глубокую реформу бюджета, глубокую реформу государственных финансов и всего государственного управления, причем уже в течение 2011 — 2012 годов», — сообщил Владимир Путин, добавив, что цель реформы — «заставить деньги работать по-другому». Как именно? Тут не обойтись без небольшого пояснения. Дело в том, что на прошлой неделе экономисты компании «Ренессанс капитал» опубликовали прогноз, согласно которому нынешняя фискальная политика России делает ее уязвимой для нового экономического спада и может привести к бюджетному кризису, если спрос на топливо упадет. По их мнению, избежать этого можно, если либерализировать валютную политику, сократить бюджетный дефицит и избежать накопления внешнего долга. Вот в рамках этого курса, по всей видимости, и собирается двигаться правительство Владимира Путина. Кроме того, по словам премьер-министра, правительство хотело бы избавиться от дублирования расходов на одни и те же цели. «Сейчас всего лишь около 10 проц. расходов бюджета можно с полным основанием отнести к программно-целевым. Часто деньги тратятся без всякой связи с общей логикой преобразований, а иногда и прямо вопреки этой логике», — сказал премьер. В результате реформы, по его словам, большая часть средств будет распределена по государственным программам, за реализацию которых будут отвечать профильные министерства и ведомства. Повысятся ответственность, и, как следствие, качество работы и управления бюджетными средствами. Так что реформы будут, они намечаются, и премьер-министр заранее их анонсирует. Но никаких резких движений, никаких революционных преобразований всего и вся, кчему уже призывают отдельные горячие головы, недовольные осторожностью и умеренностью правительства, не будет. Политическая и экономическая система, созданная в России за последние годы, худо-бедно, более-менее, но работает. Кризис, в отличие от многих прочих, она прошла с минимальными потерями, так что ничего уже никому доказывать не надо. Система устояла в кризис, какой смысл ломать ее на выходе из кризиса? В рамках этой системы вполне возможно решать сложные задачи наподобие возвращения к бездефицитному бюджету и смены экономической модели с полностью зависимой от мировой конъюнктуры цен на сырье на инновационную, способную самостоятельно служить двигателем экономического роста. Таков был главный посыл второго отчета первого министра.